Внимание: при применении на расстоянии сила эффекта снижается пропорционально дистанции до цели.

Вот это звучит интригующе! Я насчитал два изменения, зато каких! Значит, увеличилась дальность, теперь можно применять навык аж до пяти метров от меня, пусть и с ослабленным эффектом! Но и сила эффекта так же выросла. Если ранее я уничтожал сферу примерно метр в диаметре, то сейчас должно быть больше! Круто, не зря я не стал докачивать уровень инвентаря до третьего уровня.

Пора пробовать! Многострадальный камень с прямоугольной дыркой, сформированной прошлыми тренировками, я расщепил в порошок взглядом. Как какой-то супергерой из комиксов, мда уж. Ну и сравнение мой возбужденный разум выдумал. Однако, это произошло мгновенно, просто по моей воле, достаточно оказалось лишь сфокусировать свой взгляд на цели.

Много ли применений можно этому придумать? Да целую кучу. Рад ли я? Вне всяких сомнений. Интересный у меня класс и набор способностей!

— Уаааа. — Зевнули сбоку от меня. Я встрепенулся, резко повернул голову. — Чего это ты довольный такой, Марк? — Сворачивала челюсть Катя.

— Да сижу, навыки перечитываю. Задумался. — Ответил я. — Чего встала в такую рань?

— Ну договаривались же! — Возмутилась она. — Кстати, ты свою часть уговора выполнил?

— Выполнил. — Подтвердил я и вызвал из инвентаря новенький арбалет. — Твое.

— Вот спасибки! А пару стрел можно мне? Ну, или пяток. — Улыбнулась девушка, приняв оружие.

— Есть десяток, но нам снова нужны перья. Больше не могу дать, потому что не сделал. — Развел я руками, и из инвентаря высыпал пучок болтов.

— Не проблема, я думаю. Если мне повезет, пока буду делать работу, могу постараться принести. — Взяла она у меня боеприпасы и все попрятала в инвентарь.

— Не рискуй зазря. Это вообще всего касается. — Насупился я.

— Постараюсь. — Снова зевнула она и ушла чистить зубы.

Часом позже лагерь проснулся и ожил. Дима, Антон и Леонид выглядели невыспавшимися, но какими-то чересчур активными, воодушевленными. Принялись за сборы, ни с кем не здороваясь. Я припомнил, что в инвентаре у Антона лежит палатка, и хотел было заставить его ее выложить, но… передумал. В конце-концов, с ними Женя, а отбери я палатку, значит, беременной женщине придется спать где попало. Бог с ней, с палаткой. Невелика потеря.

Борис тоже проснулся, и вид его был мрачнее тучи. Поздоровался со мной легким кивком и тоже пошел к умывальнику.

— Черт! Вода замерзла! — Выругалась Катя.

Судя по дальнейшей обстановке, ребята решили разводить огонь под чаном. Пусть. Однако тот факт, что температура длительное время находится ниже ноля это плохо. Как минимум потому, что чан для сбора воды больше не будет пополняться по дренажу. С другой стороны, снег — тоже своего рода вода. Это в какой-то степени даже упростит задачу, ведь его можно растопить.

Последней наружу из шалаша вышла Женя. Глаза ее были красными, а вид еще более усталым, чем вчера. На ее плечах сейчас была мантия, которую я ей вчера подарил, а голова укрыта капюшоном. Она хотела было пойти к мужу, который уже стоял на краю пригорка, но остановилась прямо рядом с бревном, на котором я сидел.

— Спасибо тебе большое, Марк, за все, будь осторожен. Я верю, что у тебя получится отыскать супругу. Ей очень повезло с мужем, я в это верю. — Сказала она слабо и едва-едва слышно, так, чтобы только я понял смысл ее слов.

— Берегите себя. — Кивнул я ей, улыбнулся, а вынутая связка из пятидесяти болтов легла в мою руку. Девушка взяла эту вязанку, забросила ее в инвентарь, еще раз кивнула и поспешила к троице мужчин.

Ушли они не попрощавшись, спустились с юго-восточного склона и быстро скрылись в деревьях. Что ж, вот нас и осталось четверо. Я, Боря, Варя и Катя. Ну и девчонка в довесок.

Я посмотрел вокруг, выискивая глазами Катю, но найти ее уже не смог. Скрылась, значит, и последовала за уходящими. Не то чтобы я сильно горел желанием узнать, куда они отправились, но то, что у них есть весьма конкретная цель я понял отчетливо.

Вскоре, двое оставшихся в лагере ребят присоединились к моим утренним посиделкам у огня. Мерзли все, так что, надо бы обсудить план дальнейших действий. И, раз уж Кати нет, то и ягодный отвар заварить некому. Поэтому, эту роль взял на себя я — купил воды, набрал котелок, закинул туда ягод и сахара. Так она, вроде бы, делала.

— Варь, что там у девочки? Женя не рассказывала? — Начал я, предложив ей напиток.

— Мы поговорили вчера с Женей, она выражает робкую надежду на то, что подросток поправится. Воду она пьет, бульоны тоже, но еще как минимум сутки ей нельзя ничего тверже пюрешки. Она говорит, хотела попросить тебя, чтобы ты превратил в жижу орехи и ягоды, это Лиза ест с удовольствием и не срыгивает.

— Сделаю, конечно. — Тотчас сказал я и поспешил исполнить просьбу. Взял нужный набор, положил содержимое в миску, размолотил в пыль, добавил каплю воды. — Что-то еще надо? — Протянул я готовый «завтрак» для нашей больной.

— Ей ходить надо, что-то делать, чтобы организм восстанавливался. Но все это займет месяцы, ведь как я поняла, проблема голодания с ней приключилась задолго до попадания сюда.

— Понял… попробуешь ее как-то, ну не знаю, смотивировать двигаться?

— Да я бы и с радостью. — Послышался мне едва знакомый голос из лазарета. — Но только тут очуметь как холодно!

— О, значит, проснулась. — Глянул я на бледную, тощую мордашку девчонки, высунувшуюся из лазарета. — Завтрак. — Я встал с бревна, прошел к палатке, где отлеживалась Лиза, протянул ей миску, присел на корточки.

— Спасибо, э-э… Марк, да? — Смутилась девчонка, да только порозоветь не сумела, была слишком бледна.

— Ага. — Кивнул я, затем отвел взгляд, переключившись на вкладки магазина достижений. — А ты Лиза?

Экипировка, далее, одежда, верхняя одежда… да, действительно, мантия, которую я отдал Жене, есть в каталоге. Десять очков. Берем не раздумывая, причем сразу пять. Охотиться на ржавых волков, потом дубить кожу сколько-то дней, шить накидки? К черту. Холодно сейчас. Хотел потратить эти деньги на что-то полезное — вот и потратил. А оставшихся девятнадцати хватит на первое время.

— Это тоже тебе. — Протянул я один из экземпляров. — Бери.

Девушка накидку взяла, и с полными руками скрылась за ширмой. Мне стало как-то тепло на душе, от той мысли, что она поправляется. Пусть я ее не знаю, но детям в муках умирать ни за что не позволю.

Одну мантию отдал Варе, вторую — Борису. Третью нацепил на себя. А последнюю забросил в шатер Кати, пусть пользуется, когда вернется. Эх, надо было сразу так сделать, сейчас ей наверняка не очень комфортно преследовать наших бывших союзников.

— Ничерта себе, что за щедрость такая, сегодня что, Новый год? — Съязвила Варя, но скорее уже просто по инерции, рассматривая мантию.

— Можешь считать и так. — Улыбнулся я и уселся обратно к огню.

— Полагаю, раз ты закинул в Катин шатер мантию, тебе известно, где она прохлаждается? С утра ее видела, а сейчас как сквозь землю провалилась. — Поинтересовалась волшебница.

— Известно. Скоро придет. — Ответил я уклончиво, но тоном успокаивающим.

— Жаль, у меня день не начнется, пока я ее как-нибудь не задену.

— Вы больше не ругаетесь, а теперь шутите друг над другом? — Спросил Боря удивленно.

— Да, толстячок, нечего нам делить. Характеры свои в трубочки посворачивали и в причинное место запихали, потому что умирать не хочется. — Печально улыбнулась волшебница.

Пятью минутами позже мы наблюдали следующее. Лиза, тоненькая, словно осина, замоталась в мантию, как в рулет, выбралась из лазарета, озираясь по сторонам, медленно подошла к Варе и наклонилась к ней, чтобы что-то прошептать на ушко.

Варя улыбнулась широко, а затем шепнула что-то в ответ. Поднялась, ничего нам не сказав, и ушла куда-то с девочкой.

— Борь, мы с тобой двое тут остались, нам придется работать за пятерых. — Обратился я к парню, уже допившему свою порцию напитка и тянущемуся за следующей.