В центре, на самом почётном месте, стояла небольшая группа. Двести человек, не больше. Титулованные аристократы из высших домов. Но даже среди них было неравенство. Бароны стояли отдельно, сбившись в свою группу. Дальше — виконты, графы и, что меня удивило, даже маркиз. Один, но такой в этом году тоже нашёлся. Герцогов не было.

Вторая группа была намного больше и стояла по обе стороны от центра. Огромная толпа, выстроенная в аккуратные квадраты. Обычные аристократы. В первых рядах стояли представители высших домов — Соларионов, Вейранов, Кассианов, Лиарданов и других. В глубине стояли представители обычных домов, менее влиятельных.

Третья группа была крошечной. Двадцать три человека. Простолюдины. Те, кто заслужил право учиться в ИВА своими достижениями, а не происхождением. Гении, собранные со всей империи.

И четвёртая группа. «Малыши». Я, Вальтер, Зорина. Стояли сбоку от всех, словно нас не знали, куда засунуть. Вальтер был виконтом, я — бароном, так что формально мы должны были стоять в центре, но нас поставили отдельно. Видимо, решили, что наёмники не заслуживают чести стоять вместе с настоящими аристократами. Хотя, о чём это я? Это тупорылые груваки не заслуживают чести стоять с нами в одной группе!

На площади было тихо. Даже самые избалованные аристократы понимали — здесь нельзя шуметь. В десять на трибуне появились преподаватели, и, наконец, явился ректор Императорской военной академии.

Виктор Харгрейв.

Я видел его всего один раз, когда Арис Соларион своим решением перевернул всю мою жизнь. Тогда ректор выглядел уставшим, измотанным, словно на нём лежал груз всего мира. Сейчас он выглядел иначе. Так, как могла выглядеть сама дисциплина. Твёрдость, уверенность, невозмутимость. Эпитетов можно подобрать много, но они не смогут полностью характеризировать этого человека.

Харгрейв осмотрел собравшихся, после чего раздался его низкий голос:

— Курсанты Императорской военной академии, — начал он. — Сегодня для вас начинается новая жизнь. Вы пришли сюда, чтобы стать офицерами. Теми, кто поведёт за собой войска и флоты империи Тирис. Многие из вас рождены в великих домах. Вы привыкли к роскоши, к тому, что вам прислуживают, к тому, что ваше слово — закон. Забудьте об этом. Здесь вы не графы, не бароны, не наследники. Здесь вы курсанты. И вы будете работать.

Над трибуной активировались голографические проекторы и в воздухе появилось огромное изображение ректора. Эффект был впечатляющим — казалось, что гигант смотрит на тебя лично.

— В Императорской военной академии никто вас не будет жалеть. Не важно, кто ваш отец. Не важно, сколько систем контролирует ваш дом. Здесь важно только одно — ваша способность учиться, сражаться и командовать. Слабые отсеются. Ленивые провалятся. Трусы сбегут. Это нормально. Мы готовим элиту. И не каждому это слово подходит.

Ректор сделал паузу, позволяя собравшимся осмыслить его слова. По сути, вся его текущая речь предназначалась для тех, кто стоял перед ним. Титулованные аристократы. Все остальные и так зубами выгрызали себе право находиться в этом месте.

— Вы проведёте здесь следующие четыре года. Нагрузка будет такой, что многие её не выдержат. На текущий момент на четвёртом курсе обучается всего семь тысяч курсантов, и не все из них дойдут до конца. Остальные не справились и выбыли. Это нормально. Нам нужны только лучшие. Те, кто защитит наши миры от ксорхианцев, от пиратов, от внутреннего хаоса раздоров. Это не только великая честь, но и великая ответственность.

Харгрейв сделал ещё одну паузу, после чего торжественно закончил:

— Добро пожаловать в Императорскую военную академию! Докажите, что вы этого достойны.

Он замолчал и площадь взорвалась аплодисментами. Двадцать пять тысяч человек хлопали, выражая одобрение. Я тоже хлопал, хотя в душе ощущал тревогу. Семь тысяч из двадцати пяти? Неплохой здесь отсев! «Кузница» стоит в сторонке и нервно переминается с ноги на ногу.

Ректор поднял руку, и аплодисменты стихли.

— А теперь, — продолжил он, — у нас с вами есть ещё одно мероприятие. Граф Кайден Вейран вызвал барона Каэля Золотого на поединок чести, что открывает сезон дуэлей. На самом деле это седьмая дуэль этого дня, но смотреть на старые раздоры старших курсов мало кому интересно. Поэтому я решил, что первыми выйдут первокурсники. Должны же у ректора быть какие-то привилегии?

Это прозвучало как шутка и некоторые даже засмеялись. Вот только мне смешно совершенно не было. Складывалось ощущение, что наша случайная встреча с Кайденом Вейраном во время получения домов была срежиссирована самой ИВА!

— Дуэль состоится через час на главной арене академии. Рекомендую всем желающим, студентам других курсов, а также преподавательскому составу присутствовать на открытии дуэльного сезона! А вот и участники этого события!

Над моей головой вспыхнул огромный красный луч света, создаваемый несколькими дронами. Подобный луч, только уже синий, появился над готовой Кайдена. Активировались голографические проекторы и наши увеличенные изображения появились в воздухе рядом с фигурой ректора. Необычное это зрелище — видеть себя со стороны. Красавец, что взять! Рядом со мной была проекция Кайдена с его надменной ухмылкой и высокомерным взглядом. Не красавец!

Ощутив на себе взгляды десятка тысяч человек, я сделал непроницаемое лицо, словно каждый день участвую в подобных мероприятиях. Корнелиус может гордится своим учеником! Ко мне подошёл офицер в форме академии.

— Курсант Каэль Золотой, прошу следовать за мной, — произнёс он. — Вам нужно подготовиться к дуэли.

Курсант. Не барон. Уже хорошо. Смотреть на Вальтера или Зорину я не стал. Не хватало показывать всем, что мне нужна поддержка.

Внутри арены было прохладно. Капитан провёл меня в небольшую комнату, где находились несколько техников.

— Здесь вам установят блокираторы, — объяснил капитан.

Меня усадили в кресло в центре комнаты, после чего техники принялись крепить на шее, плечах, корпусе и бёдрах металлические браслеты.

— Блокираторы синхронизированы с силовым полем арены, — объяснял один из них. — Если удар будет потенциально смертельным, система заблокирует меч за доли секунды до контакта. Однако это распространяется только на внутренний контур. Руки и ноги сюда не входят. Их нужно беречь.

«Эхо?» — спросил я, опасаясь подставы от дома Вейран.

«Сканирую. Блокираторы функционируют корректно. Модификаций не обнаружено. Система безопасна».

Хорошо. Если что-то и будет, то уже на арене.

— Всё готово, — объявил техник. — Можете выходить.

Трибуны арены были огорожены силовым полем, так что я просто не видел, сколько зрителей всего здесь собралось. Ни гула, ни свиста, ничего, что может отвлечь дуэлянтов от их главного дела — борьбе за честь. Под ногами была настоящая трава, мягкая и упругая. Над головой — купол силового поля с мягкой подсветкой. Чтобы ничто не слепило. Сама арена была идеально круглой, метров сто в диаметре. Достаточно места для манёвров.

С противоположного конца арены открылась дверь и на зелёный газон вышел… не Кайден. Брен! Бритоголовый громила с кибернетическими имплантами, образующими экзоскелет под кожей.

Над ареной тут же прокатился голос:

— В соответствии с правилами дуэльного кодекса империи Тирис, граф Кайден Вейран сделал замену. Вместо него отстаивать честь будет Брен Вейран!

Кровожадная улыбка наползла на моё лицо сама собой. Вот оно, преимущество высших домов! Дуэльный кодекс академии в сторону, включаем дуэльный кодекс империи! Эхо сделал анализ и подтвердил, что по второму замена возможна. В первом она даже не оговаривается.

Кайден струсил. Несмотря на всю свою подготовку, выходить против героя империи он не посмел, отправив вместо себя телохранителя. Пусть Брен Вейран и был таким же курсантом, как и остальные, все прекрасно знали, кто он на самом деле. Кибернетически усиленный телохранитель, которого с детства готовили защищать графа, а теперь уже и будущего маркиза. Брен остановился недалеко от центра, скрестив руки на груди. Его ухмылка стала ещё шире.