— Пацаны, а пацаны, — наконец сказал я с нарочито широкой, почти добродушной улыбкой. — Ну вы всё-таки подумайте хорошенько над моим предложением. Я ведь не просто так вам его озвучил.

Ответ не заставил себя ждать.

— Отвали, — буркнул Костя, даже не поднимая головы.

— Мы тебе ничего говорить не будем, это точно, — поддержал Влад, уже увереннее, будто подбадривая сам себя.

Я в ответ медленно развёл руки в стороны. Раздражаться не стал, отвечать на грубость тоже не стал, потому что смысла в этом не было никакого. Всё, что должен был сказать словами, я уже сказал, а вежливость они ожидаемо приняли за слабость.

Именно поэтому я просто молча достал телефон. Пролистал список вызовов, нашёл нужный контакт и нажал на кнопку звонка. Длинные гудки потянулись один за другим.

Я сделал несколько шагов в сторону, чтобы пацаны не слышали, о чём пойдёт разговор.

Звонил я сейчас напрямую товарищу майору. Тому самому, чьими контактами обзавёлся накануне, когда задерживали Али.

Контакт был не случайный, и этот звонок тоже был не спонтанным. Этот разговор изначально был частью плана, а сам звонок должен был лечь на уже заранее подготовленную почву.

— Володя, привет, — послышался из динамика бодрый голос майора.

— Ты на месте? — спросил я.

— На месте, — охотно отозвался Борисов. — Сижу в кабинете и жду твоего звонка, как и договаривались.

— Ну вот, как обещал, я тебе звоню, — сказал я.

— Понял, — тут же ответил Борисов, и по интонации было слышно, что человек включился моментально. — Тогда тем более жду.

— Готов к труду и обороне, товарищ майор?

— Всегда готов, — не задумываясь ответил он.

— Отлично, тогда жди. Я скоро буду не один.

После этого я просто сбросил вызов и убрал телефон обратно в карман.

Следом развернулся и направился обратно к пацанам, те так и сидели на бетонном полу под присмотром Тиграна. Подошёл к ним вплотную, окинул обоих оценивающим взглядом.

— Ну что, охломоны, поехали, раз у нас договориться не получается, — сказал я.

— В смысле куда мы поехали? — дёрнулся Костя, вскакивая с места. — Нет, мы никуда с вами отсюда не поедем!

Я на этот всплеск не отреагировал вообще никак. Даже взгляда на него не потратил. Время сейчас было слишком дорогим ресурсом, чтобы тратить его на пустые реплики и истерику. Этап разговоров, уговоров и попыток договориться уже закончился — пацаны сами этот этап благополучно слили.

Вместо ответа я повернулся к Тиграну:

— Братец, не в службу, а в дружбу. Сходи на улицу, посмотри, что у них в багажнике Приоры лежит. И заодно оцени, хватит ли там места.

Тигран понял меня мгновенно. Более того, мужик явно решил мне подыграть и сделал это с удовольствием. На его лице медленно расползлась почти хищная улыбка.

— Володя, а ты уверен, что они оба в багажник Приоры влезут? — с показной серьёзностью уточнил он. — Машинка-то небольшая или как сельдь в бочку утрамбовать?

Я хмыкнул, не меняя выражения лица, и нарочно добавил к этой сцене немного театра:

— Да брось, Тигран, куда эти юнцы денутся. Ты только посмотри на них — худые, дохлые. Я медленно повернулся к пацанам, демонстративно приподнял бровь и уже им сказал, почти равнодушно:

— Ну что, герои, доигрались? Хотели быть крутыми — так давайте до конца держите роль.

— Ку… ку… куда вы нас собрались вести? — заикаясь от страха, выдавил Влад.

Глаза у него стали круглыми, огромными, почти стеклянными.

— На Кудыкину гору, — сказал я

лениво. — Не бойся ты так. Раньше бояться надо было, до того как вы решили во взрослые игры играть. Ехать нам недалеко. Сейчас сядем, поедем в лес, а там вы себе ямки выкопаете. Всё чин по чину.

Оба пацана побледнели мгновенно. Лица стали серыми, будто из них кровь кто-то шприцом откачал. Кадыки на шеях у обоих дёргались вверх-вниз от судорожных глотков, губы начали дрожать.

Они поверили.

Пока они переваривали услышанное, я оглядел помещение и заметил на месте, где лежал бездомный, какие-то грязные тряпки. Похоже было на куски одеяла и старую куртку. Тряпки были вполне пригодные для тех задач, которые я в голове уже прокрутил.

Разумеется, в лес я этих двоих вести не собирался. Маршрут у нас был совершенно другой, и конечной точкой была не Кудыкина гора, а вполне конкретное здание с табличкой и дежурной частью, где нас ждал товарищ майор Борисов.

Но вот что касается багажника — здесь я уже не шутил.

Я прекрасно понимал, что если эти двое вдруг решат рыпнуться и пойти в отказ, то вариантов у нас с Тиграном останется не так уж и много. В таком случае пацаны поедут к ментам именно так, как я им только что описал. В багажнике собственной же «Приоры», с руками, связанными тряпками, которые я уже приметил, и с кляпами во рту. Ччтобы не орали и не пытались привлекать к себе лишнее внимание. Все же иногда простые меры безопасности спасают кучу времени и нервов.

— Кстати, про лес — это я, если что, пошутил, — сказал я, будто между делом. — Но вы же понимаете, пацаны, что в каждой шутке всегда есть только часть шутки. Всё остальное — это чистая правда. Поэтому настоятельно рекомендую не испытывать моё терпение. Оно у меня не бесконечное, и настроение может испортиться.

Пацаны молчали, но по глазам было видно, что доходит. Не сразу, но доходит.

— План простой, — продолжил я. — Сейчас мы все вместе садимся в вашу же «Приору» и едем прямиком в отдел полиции. Чем тише и адекватнее вы себя поведёте, тем легче для всех будет дальше.

После этих слов лицо Кости заметно изменилось.

— Это ты что, физрук… — протянул он с явным пренебрежением, пытаясь снова зацепиться за привычную роль. — Ты что, реально собрался на нас заяву в ментовке катать?

— А вот это ты уже сам узнаешь, — ответил я, подмигнув. — Ждать тебе осталось недолго.

Если честно, я никогда в жизни не был сторонником всей этой блатной романтики, где считается зазорным обращаться к ментам, где «стукачество» — это самый страшный грех, а решать вопросы «по-мужски» означает обязательно через кровь, угрозы и силовые разборки.

Даже в девяностые, когда подобная философия считалась чуть ли не единственно возможной, я всегда смотрел на это проще и трезвее.

Для меня обратиться в правоохранительные органы — это нормальный, взрослый и логичный шаг. С условием. если эти самые органы действительно готовы работать и решать проблему, а не делать вид, что её не существует.

Проблема была лишь в том, что в моём прошлом, в девяностых, рассчитывать на такую роскошь, как реальная помощь от ментов, было почти наивно. Там всё чаще решалось иначе, и потому большую часть своих вопросов я привык закрывать сам. Ровно теми методами, которые считал эффективными и справедливыми.

Но сейчас ситуация все же была другой. Время было другое, система другая. Да и майор Борисов, с которым я уже успел пообщаться, производил впечатление человека, который не просто сидит в кресле ради погон.

На самом деле я не собирался писать на этих двоих никакое заявление. Не потому что мне было их жалко, или я вдруг решил сыграть в благородство. Нет — потому что мой план изначально был совсем другим.

Просто узнают они об этом чуть позже, когда мы уже приедем к Борисову. Вот тогда сюрприз будет максимально полным и доходчивым.

В остальном — как только слово «полиция» прозвучало вслух, пацаны повели себя ровно так, как я и ожидал. Сначала попытались дёрнуться, потом начали дергаться активнее,

Костя попробовал вскочить на ноги, второй попытался что-то выкрикнуть. Однако вся эта их суета выглядела одинаково жалко и предсказуемо.

Я повернулся к Тиграну,

— Тигран, работаем.

Этого было достаточно. Уже через несколько минут мы выводили обоих молодых героев из заброшенного здания, с завязанными за спиной руками и с кляпами во ртах.

Я мимоходом подумал, что местный обитатель этого здания, если он вообще заметит пропажу своих тряпок, вряд ли сильно на нас обидится. В конце концов, они сейчас послужили делу. Наверняка куда более полезному, чем если бы продолжали валяться на грязном полу.