— Давай к делу, что там задумали поляки? — Спрашиваю сварливо. Я ведь тут целый день потерял в ожидании. Небесполезно, конечно. Но!

— Прежде поляки спорили, как брать тебя будут. Воеводы предлагали силой, а герцог Войтех затеял на твой город зелёную чуму нагнать. Особенно, когда молва пошла о том, что Ярославец теперь неприступен.

— И как они собираются это сделать? Заражённого к нам подошлют?

Вот суки, решили биологическим оружием нас взять⁈ Чумой? Да ещё и зелёной⁈ Спасибо, что не серо-буро–малиной, млять.

— Войтех всё держит в строжайшем секрете. Прости, Ярослав, подробностей не знаю.

— Подожди, тогда откуда такие выводы?

— Ещё прошлым летом наместник у меня мужиков просил на особые работы, подробностей не сказав. Забрали их прямо с поместья и повезли в неизвестном направлении. А потом никто не вернулся. Когда я возмутился, сказали, что берендеи напали на рудник и всех пожрали. Делать было нечего, только семьи утешать. А потом один из моих охотников нашёл в лесу странный труп. Опытный дядька Калин сразу распознал неладное и не полез. Чёрно–зелёная гниль на костях, трава вокруг пожухла, зверь рядом не бегает. Узнать, чьи останки было невозможно, однако, при нём Калин распознал амулет — по нему и понял, что это сын его друга, один из тех, кого поляки забирали на свои работы. В ноге его стрела была, похоже, умер от потери крови. А потом только чума доела.

— Подожди, получается, поляки взяли у тебя мужиков на испытания своей чумы?

— Много людей на такое не надо. Они что–то грузили и подцепили её разом. Поэтому их и прикончили, один только сумел сбежать. И ему почти удалось, истёк кровью.

— То есть поляки были уверены, что мужики заразились? Ведь вирус сразу не проявляется, — комментирую. — Получается, они что–то опрокинули. Что–то большое.

— Бочки, — предполагает граф. — В них чума.

— Раз ещё нигде не проявилась, значит, миновало, — озвучиваю мысли вслух. — И коль мой город стоит, они ещё не распространили её. Получается, где–то эти бочки лежат да ждут своего часа.

— Вот именно, Ярослав.

— Так, и всё же не ясно. Как они собрались мой город заражать? Бочки с катапульт бросят или… твою ж мать!

Воскликнул так, что с других столов на нас уставились. А меня тем временем осенило. Я вспомнил, как накрыл лазутчиков, которые рисовали карту местности. Колодцы, реки, направления течений… через воду отравят! Ведь с брянской земли и течёт наша основная река! Им достаточно в одном из притоков заразные бочки утопить, и всё, что ниже по течению будет заражено. На западе они перекроют оттоки, и их дерьмо польётся чётко в Ярославец.

Как же они всё хорошо продумали. Мрази.

Даже с такой огромной армией перестраховаться решили. И не хотят по–человечески драться. Не гнушаются и такими мерзкими негуманными средствами. Чума не выбирает, женщины, дети, ей без разницы… Из истории родного мира помню, чума пол Европы скосила.

Когда она нагрянет в Ярославец, до обороны города уже никому не будет дела. От разбоя, пожаров, голода и даже болезней людей я защитил. А как защитить от чумы? Магией? Рунами? Что бы алхимики сказали? Массовой эпидемии мне только не хватало. Ну, суки. Сраные поляки.

— Как думаешь, где всё это лежит? — Спросил шёпотом сквозь зубы.

Третьяк задумался, глаза его забегали. Похоже, почуял мой грев и сам перепугался.

— Притоков рыжковской реки у нас много, — начинает неуверенно. — Я могу указать, где труп нашли, тогда поиск сузится. Но там километры диких лесов, искать придётся очень долго.

— Это вряд ли открытое место. Бочки должны храниться где–то под землёй в изолированной среде, но и рядом с оттоком. Думай, граф, думай. Где может быть такое место?

— Юг, юго–запад, холмов с расщелинами у нас там много. Труп нашли южнее, в четырёх километрах отсюда. И это единственная подсказка. Прости, Ярослав, что больше ничего не могу добавить.

— А что на счёт поляков? Кто может знать, где это место? Войтех?

— Да, но сейчас соваться к нему нельзя, — напомнил Третьяк.

— Там Гершт, — хмыкаю.

Млять, и что делать? Бочки с чумой без присмотра не оставят, там должна быть охрана. Скорее всего, она постоянная, ибо находится под негласным карантином. Войтех понимает всю серьёзность мероприятия, утечка вируса — это катастрофа и для польской армии. Нужно искать некую карантинную зону с холмом и пещерой, где ошиваются люди на местности, но не могут никуда уйти.

Ведь раз польские спецы взялись за биооружием, они должны уметь с ним верно обращаться. Условия хранения, техника безопасности и всё такое.

Больше граф ничего полезного не сказал, указав лишь примерное направление, где нашли труп его крестьянина. Чтоб не вызывать подозрений у дворцовых стукачей, вскоре он поспешил обратно. А я ещё какое–то время посидел за столом, вылавливая заинтересованные взгляды бандитов.

Затем демонстративно достал жирный кошель, вынул золотую монетку, которую любезно передал ошарашенной тётке. Когда вышел на улицу, за мной выскочили практически сразу, но нападать не спешили. Двинулись следом, убедившись, что углубляюсь в лес, дали побольше времени на это.

Когда уже пошёл по сугробам, заметил, как стягивается целых пятнадцать человек с факелами. Тогда и встал у крупного дерева в ожидании моих новых друзей.

Толпа с торжеством на рожах быстро окружила.

— Если хотел посрать, мог выбрать место поближе, — усмехнулся один из них, тощий и беззубый, демонстративно вынимая нож.

— Знал же, что идём, чего не побежал в другую сторону? — Спросил ещё один более матёрый с издевательской участливостью.

— Васька Лупоглазый ваш главарь? — Уточняю сразу.

— А то, — заржали. — Даже польские псы сюда не суются. А богатый мальчонка вдруг решил. И чего от графа Третьяка было надо? Похоже, не договорились, а лучше бы договорились.

— Всё, пасти закройте, — бросаю строго.

— Чё⁈ Попутал? С белены объелся? Вроде не пьяный…

— Я тёмный лорд Ярослав. Слышали о таком? — Представился, чтобы не было глупостей и лишних жертв.

Разбойники погрустнели, переглядываться стали.

— Не похож ты на него, слишком миловидный, — выпалил худощавый и заржал один, как идиот. А остальные всматриваться стали.

— Не губи! — Отшатнулся матёрый, явно меня узнав.

— Пожалей нас дураков, — завыли и другие.

— Да я по делу, успокойтесь, — произнёс мирно. — Поможете мне, не только живыми останетесь, но и каждому на рыло по золотой монете дам.

— Каждому⁈ — Ахнул матёрый, окидывая толпу дружков, которые заулыбались теперь, как дебилы.

— Всей банде, — уточнил. — Сколько вас?

— Три сотни наберётся, — хмыкнул матёрый. — За что ж такая благодать от самого лорда тьмы?

— Любая падшая душа заслуживает второй шанс, — говорю, как проповедник. — Вы такие, потому что жизнь такая. А сейчас и время непростое, да враг у нас общий. Дошло, мужики?

— Дошло, дошло, лорд! — Закивали живенько. В рот теперь смотрят, как дети малые.

Вскоре мне организовали встречу с Васькой, у которого логово на старом руднике в глубине леса. Наивные бандиты без всяких уточнений привели меня в свой штаб, куда мы добирались около двух часов по узкой тропе, минуя ложные ответвления с замаскированными ямами. Это они так от поляков страховались.

Вход — ничем не примечательная трещина, а внутри длинные тоннели с несколькими большими полостями, где у них стоят шалаши и сараи. А там не только ворьё, но и их семьи с детками. Все ютятся, как партизане. И, похоже, не жалуются.

Васька вышел весь из себя харизматичный молодой человек, похожий на актёра Голливуда. Начал было выделываться, но после слов:

— Это тёмный лорд Ярослав.

Он сделался паинькой.

У костра с грамотной вытяжкой наружу, я изложил свою проблему всему «табору», облепившему нас. Рассказал про зелёную чуму, которой поляки грозят отравить мой город и все земли южнее. Но только когда вытащил три мешочка с золотыми монетами, бандиты участливо закивали и начали открыто обсуждать варианты.