Перекличка, доклады о занятии позиций, приказ на тишину в эфире. И потянулось время ожидания…

Я не расслаблялся и продолжал отслеживать окружающую обстановку, вполголоса докладывая Прохору о приближении контрабасов:

— Сильных людей среди злодеев не выявлено. Ментальной активности не наблюдаю. Вспомогательные группы пограничников на местах… Тысяча метров до злодеев… Восемьсот… Пятьсот… Двести…

Не забывал я поглядывать и на Соню — девушка отчаянно волновалась, и мне даже пришлось ее немного успокоить.

— Есть визуальный контакт, — в очередной раз доложил я.

— Боевая готовность! — буркнул воспитатель в микрофон рации, и, когда караван пересек невидимую черту, Прохор рявкнул: — Работаем!

Молодые особы королевских кровей и молодежь происхождением поплоще господина Белобородова не подвели и с холмов в лощину спустились на темпе! Скорость бойцов засадных групп была настолько велика, что ни контрабасы, ни их лошади понять ничего не успели! Несколько напряженных секунд, сдавленные крики на итальянском и французском, испуганное ржание лошадей и дельные команды Умберто и Джузеппе Медичи, которые, надо отдать им должное, вперед не полезли и контролировали действия бойцов своих групп на небольшом удалении.

Тут подбежали и мы, а суета на тропинке уже закончилась: пятнадцать злодеев, как и положено, валялись мордами в землю со сцепленными в замок на затылке руками и боялись дышать, а их нагруженных лошадок держали под уздцы бойцы «королевского пограничного спецназа». Одной из этих «любительниц» контрабасовских скакунов была моя невеста, до сих пор не отошедшая от выплеска огромного количества адреналина. Пришлось опять Соню чуть успокаивать…

— Доклад! — рявкнул воспитатель в сторону братьев Медичи.

Ума с Джузи резво подскочили к Прохору, вытянулись, а докладывать решил старший из них:

— Задача выполнена! Потерь не имеем! — Ума, как и договаривались, старательно избегал имен и фамилий.

— Молодцы! — Воспитатель повернулся к Дюпону. — Ваши далеко?

— На подходе.

— Поторопите…

Буквально через пару минут прибыли и французские пограничники, быстренько нацепившие на контрабасов браслеты и принявшиеся под камеру потрошить вьюки с лошадок. Добыча поначалу казалась мелкой: блоки итальянских сигарет и упаковки курительного табака. Но потом пошла контрабанда посерьезней: золото в маленьких слитках и украшения, а в двух мешках обнаружили упаковки какого-то явно лекарственного препарата в ампулах с надписями на непонятном языке. Разобраться помог наш индийский друг Джай Сингх, ответственно заявивший, что это новейшая индийская разработка в области фармакологии, используемая для лечения рака, и это лекарство просто по срокам не могло пройти сертификацию ни в Италии, ни во Франции. Полковник Дюпон подтвердил слова индийского принца и добавил, что они уже встречали подобное лекарство среди контрабанды, оно очень дорогое, а ввозили его для частных клиник, которые, в свою очередь, нелегально перепродавали его своим состоятельным пациентам с огромной наценкой.

Глядя на всю эту контрабанду, я головой понимал, что подобная деятельность наносит вред экономике как Франции, так и Италии, но пойманные злодеи, по предоставленным вчера полковником Дюпоном сведениям, никого не убили и контрабандой чего-то совсем уж серьезного не занимались. Кроме того, большинство задержанных являлись потомственными контрабасами и больше просто ничего не умели. А взять того же самого князя Берлускони, их соотечественника — вот это был самый настоящий упырь в человеческом обличье! Организованная преступность, убийства, наркота, вымогалово, торговля живым товаром, а через подконтрольный ему порт в Генуе чего только не ввозят и не вывозят! И его никто не трогает! Более того, его уважают! Сука! Да и пойманных нами сегодня мелких злодеев никто бы не тронул в силу их незначительности, но золотой молодежи подавай преступников, вот пограничники и расстарались! Бл@дь, как же противно на все это смотреть! А еще противнее в этом участвовать…

Внезапно от Алексея повеяло угрозой, и окружающие стали отходить от молодого человека подальше. Но великий принц быстро взял себя в руки, угроза пропала, и последовала длинная тирада явно ругательного содержания. Еще через несколько секунд Алексей стянул с головы балаклаву и обратился к братьям Медичи на итальянском:

— Умберто, Джузеппе, я смотрю, мы тут закоренелых злодеев поймали! Уверен, эти твари уже никогда не смогут вернуться к нормальной жизни и даже после тюрьмы продолжат заниматься привычными злодействами. Поэтому предлагаю решить с ними вопрос по законам военного времени, а именно казнить на месте. Но это в основном ваши подданные, поэтому их участь определять только вам.

Несколько мгновений на вытоптанной поляне стояла мертвая тишина, и тут раздался самый натуральный вой со стороны «закоренелых злодеев»:

— Пощадите, ваше высочество! У нас дети! Семьи! Мы больше так не будем!!!

— Молчать! — рявкнул русский принц, и мольбы тут же прекратились. — Умберто, Джузеппе, решайте быстрее! Я проголодался да и спать хочу! И если не хотите сами руки марать, я готов злодеев кончить — мне не привыкать.

— Алекс, так нельзя! — твердо заявил Умберто. — Их надо судить!

— Судить за что? — хмыкнул Алексей. — За несколько блоков сигарет? За триста грамм золота, которые мы с тобой в виде часов на руке каждый день таскаем? За лекарство от рака, которое в Италии и Франции еще долго не пройдет сертификацию, потому что это невыгодно какому-нибудь влиятельному роду, владеющему фармкомпанией? За это судить?

— Алекс, преступление есть преступление… — опустил глаза старший из братьев Медичи, а за ним и младший. — Нельзя позволять… Чтоб другим неповадно было…

— Хорошо, Умберто, тогда и нас с тобой надо судить за то, что применили насилие к гражданскому населению на территории королевства Франция. Или мы с тобой выше закона? Молчишь? — Русский принц вновь хмыкнул и повернулся к принцессе Стефании. — Ваше высочество, предлагаю инцидент замять, а пойманных злодеев прямо сейчас выдворить обратно на территорию Италии вместе со всем их скарбом.

— Полностью согласна с вашим предложением, ваше высочество! — кивнула та, тоже стянула балаклаву, поправила волосы и обратилась к братьям Медичи: — Ваши высочества, примете злодеев на своей территории и пообещаете не преследовать?

— Примем и обещаем не преследовать, ваше высочество! — Умберто с Джузеппе стянули балаклавы.

— Отлично, друзья! — подчеркнуто бодро воскликнул Алексей. — Остались последние штрихи, которые, как известно, запоминаются сильнее всего… — Молодой человек всем телом повернулся к Дюпону. — Господин полковник, приведите ко мне, пожалуйста, старшего из этой банды закоренелых преступников. И среди изъятых вещей найдите его телефон.

Через минуту трясущийся от ужаса невысокий полненький крепыш, поддерживаемый с двух сторон пограничниками, стоял перед знаменитым великим принцем.

— Как тебя зовут, любезный?

— Джу-у-зеп-пе… — прошептал непослушными губами пейзанин.

— Не трясись, Джузеппе! Я просто хочу перевести тебе деньги за мое удовольствие и твои потраченные нервы. Денег хочешь?

Было очевидно, что итальянец все равно не поверил в добрые намеренья отмороженного русского, но на всякий случай кивнул.

— Хочу, в-ваше вы-ысочество…

— Диктуй номер телефона и называй банк, в котором у тебя открыт счет. И предупреждаю сразу: это деньги на всю вашу кодлу. Ты меня понял?

— П-понял, в-ваше вы-ысочество…

Очень скоро рядом с русским принцем и главарем контрабандистов находилась и остальная молодежь, диктовавшая друг другу номер телефона и название банка, а еще через полчаса не верящие в свою удачу контрабасы и их лошадки, навьюченные «запрещенкой», отправились обратно в сторону гостеприимной Италии.

Не остались без положительных эмоций и французские пограничники — принцесса Стефания поблагодарила их за отличную службу, великолепную подготовку операции и пообещала отметить их заслуги в личной беседе с отцом и царственным дедом. Другие принцы и принцессы тоже не остались в стороне и стали угрожать господам офицерам тем, что в самое ближайшее время пришлют в их отряд большое количество отборного алкоголя…