— Неотразимо. — Слово застревает в горле.

Она расплывается в благодарной улыбке и бросается ко мне, обнимая так крепко, что полотенце грозит сползти.

— Спасибо, что устроила эту встречу! Ты же знаешь, я никогда не решилась бы сама зарегистрироваться на сайте знакомств. А так… — Она отстраняется, глаза блестят от волнения. — Ты прочитала его анкету внимательнее меня. Скажи честно, он действительно может мне подойти?

Вопрос попадает точно в цель. Я знаю Артёма не по анкете. Я знаю, как он смеется над своими же шутками в сообщениях. Знаю, что он пьет кофе без сахара и читает Хемингуэя в оригинале. Знаю, что под его внешней брутальностью скрывается ранимая душа. Знаю это — и сейчас отправляю его к другой женщине.

— Да, — выдавливаю из себя. — Вы подходите друг другу.

Полина снова обнимает меня, и я чувствую себя иудой с её тридцатью серебрениками.

— А что, если я скажу что-то не то? Или он поймет, что я не такая умная, как ты? Вы же с ним в чате общаетесь…

— Поли, — прерываю её, потому что больше не могу этого выдерживать. — Просто будь собой. Это главное. Будь собой — и все получится.

Какая грязная ирония. Советую ей быть собой, когда сама прячусь за маской лживой подруги.

— Точно? — Она неуверенно улыбается. — Не буду казаться слишком… простой?

— Твоя простота — это твоя сила, — отвечаю, и это единственная правда, которую я говорю сегодня. — Любой мужчина будет счастлив быть с тобой.

Включая того, в которого я влюбляюсь все сильнее с каждым его сообщением.

Сейчас

В голове эхом звучат мои собственные слова. «Будь с ней хорошим».

Горло сжимает тугой, колючий спазм. Какая же я лгунья. Я солгала ему. Солгалa Полине. Солгалa себе.

Я отталкиваюсь от стены и направляюсь к выходу из переулка. Каждый шаг отдается болью где-то в районе сердца. Ноги несут меня по знакомому маршруту домой, но мысли упорно возвращаются к тому, как он улыбнулся, когда увидел меня впервые. К тому, как его глаза расширились от удивления. К тому, как он сказал: «Красивая».

Не Полине. Мне.

Я автоматически перехожу дорогу, не замечая цвета светофора. Водитель возмущенно сигналит, но звук проходит мимо сознания. Единственное, что я слышу, — это эхо собственного голоса: «Будь с ней хорошим».

Боже, как же это прозвучало. Словно я выдаю замуж свою младшую сестру, а не отправляю мужчину, который занимает все мои мысли, к другой женщине.

На углу Навагинской горят огни летнего кафе. Смех молодой пары за столиком у окна режет по нервам. Он что-то шепчет ей на ухо, она краснеет и смеется. Просто, естественно, честно.

Я ускоряю шаг.

В витрине магазина одежды отражается моё лицо — бледное, с плотно сжатыми губами. Я не узнаю себя. Где девалась та Карина, которая всегда знала, что делать? Которая могла одним взглядом поставить на место наглого клиента или растопить лед в переговорах?

Эта растерянная женщина с блуждающим взглядом — кто она?

Мимо проходит парочка, идущая под руку. Девушка что-то оживленно рассказывает, размахивая свободной рукой, парень слушает с улыбкой. Обычная картина курортного вечера. Но сегодня она кажется мне упреком.

Я прохожу мимо «Dolce Vita», не решаясь взглянуть на темные окна. Кондитерская закрыта, но запах свежей выпечки до сих пор витает в воздухе. Завтра утром Полина придет сюда, а я не смогу рассказать ей о том, как прошла встреча с Артёмом.

Ноги начинают болеть в туфлях на каблуках. Я останавливаюсь у скамейки возле фонтана, снимаю туфли и иду дальше босиком. Прохладный асфальт приятно холодит распухшие ступни, но не приносит облегчения душе.

Дом все ближе. Еще два квартала, и мне придется войти в дом, где все напоминает о Полине. Её смех, доносящийся из ванной. Её любимая чашка на кухонном столе. Фотографии, где мы обнимаемся как сестры.

Как же я могла? Как могла так подло обмануть единственного человека, который мне по-настоящему дорог?

Останавливаюсь у порога, глядя на тёмные окна нашего дома.

Рука дрожит, когда я достаю ключи. Металл звенит, и этот звук кажется оглушительным. Как сигнал тревоги, который вот-вот разбудит всех и расскажет им о моём предательстве.

Дом встречает меня тишиной и полумраком. Я не включаю свет в прихожей — мне не хочется видеть своё отражение в зеркале. Босиком прохожу в спальню, бросаю туфли в угол и достаю ноутбук.

Не надо. Не делай этого.

Но пальцы уже открывают браузер и находят знакомую страницу сайта знакомств. Логин, пароль. И вот передо мной наша переписка.

Ледяная волна осознания накрывает с головой. Я предаю лучшую подругу. Единственного человека в этом мире, которому доверяю безгранично. И я обманываю мужчину, который впервые за мучительно долгое время заставил меня почувствовать себя живой.

Мысль о том, что он будет с Полиной, что он будет дарить ей свои улыбки, свои прикосновения, ощущается как тупой удар под дых. Я сама толкнула его к ней. Сама все это устроила.

Я зашла слишком далеко. И теперь понятия не имею, как из всего этого выбираться.

АРТЁМ

Будильник орет так оглушительно, что я подскакиваю, едва не свалившись с кровати. Семь утра. Рейс в девять.

Черт, как же я проспал.

Мечусь по квартире, запихивая в спортивную сумку все необходимое. Щетка, паста, смена белья. Руки дрожат — то ли от недосыпа, то ли от воспоминаний о вчерашнем вечере. Вкус губ Карины все еще преследует меня.

За рулем лечу по пустынным утренним улицам, превышая скорость на двадцать. Красный свет на перекрестке заставляет остановиться, и я невольно хватаюсь за телефон. Последнее сообщение от Полины так и светится на экране — ее вопрос о любви с первого взгляда, на который я так и не ответил.

Зеленый. Газую дальше, пытаясь выбросить из головы образ зеленых глаз Карины и того, как она упиралась ладонями мне в грудь.

Костя уже ждет возле ангара, прислонившись к крылу нашего «Цессны». Широкая улыбка расплывается по его лицу, едва он меня замечает.

— Ну и рожа у тебя, старик! — кричит он, перекрывая шум двигателей других самолетов. — Свидание прошло так хорошо, что забыл про сон?

Швыряю сумку в багажник и молча обхожу самолет, проверяя крепления и состояние обшивки. Костя не отстает.

— Давай, колись. Как прошел вечер с загадочной незнакомкой?

— Нормально прошел.

— «Нормально» — это когда ты приходишь домой в десять и смотришь футбол. А не когда выглядишь, как будто всю ночь боролся с демонами.

Забираюсь в кабину пилота, настраиваю приборы. Костя устраивается на соседнем кресле, не переставая сверлить меня взглядом.

— Ладно, не хочешь говорить — не надо. Но то, что что-то произошло, написано у тебя на лице.

Двигатели набирают обороты. Разбег, отрыв от земли. Сочи уменьшается внизу, превращаясь в игрушечный город у кромки бескрайнего моря.

На высоте десяти тысяч метров становится легче дышать. Здесь, в небе, все проще. Нет сложностей, нет запутанных отношений — только ты, машина и воздушные течения.

Но даже здесь мысли возвращаются к вчерашнему. К тому, как Карина отстранилась в самый последний момент. К ее вопросу про Полину. К звуку захлопнувшейся двери.

Полина. Милая, добрая Полина, которая часами сидит в аэропорту, наблюдая за счастливыми воссоединениями. Которая делится со мной своими самыми болезненными воспоминаниями. С которой у нас может получиться что-то настоящее.

А Карина… Карина — это чистый хаос. Иррациональная страсть, которая способна разрушить все на своем пути.

— Артем, ты меня слушаешь?

Вздрагиваю. Костя смотрит на меня с любопытством.

— Что?

— Я спрашивал, кто она. Та, с которой ты встречался.

— Полина. Ее зовут Полина.

— И как она?

Пауза. Как рассказать о человеке, которого тебя цепляет только по переписке?

— Хорошая. Добрая. Мы переписываемся.

— Переписываетесь? — Костя фыркает. — Это же не настоящие отношения, старик. Хочешь знать женщину — проводи с ней время. Реальное время.