Меня обуревала мысль, что я занимаюсь чем угодно, кроме прогрессии. Подумалось, что те, кто сразу же принял правила игры и занимались прокачкой, уже имеют солидный уровень, серьезные навыки, хорошую экипировку, сделанную не из отходов, как я, а приобрели что-то толковое. А еще, быть может, нашли какие-нибудь секреты, может даже артефакты! А я занимаюсь бестолковой ерундой, играю в собирателя, демократа, выживальщика.

Прогресс в социальном ранге — Кандидат: 18%.

Ух ты. Чтобы это могло значить? Мое решение собирать травы и распределение ролей или… мои мысли о том, что я в действительности должен делать? Если первое — то я спокоен, и делаю все правильно. Но если второе… вы что там, сволочи, мысли читаете?

— Гляньте-ка. — Вырвал меня из размышлений Борис, склонившись над каким-то цветком, похожим на нашу земную розу, только нежно-голубого цвета, да еще и испускающую легкую ауру того же цвета.

— Необычно, красиво. Рви и идем дальше. — Буркнул отчего-то недовольный Дима.

— Да постойте… Идентификация на растении не работает, говорит, мой навык слишком мал. Может, это что-то ценное? — Выдвинул предположение Борис, и явно искал поддержки.

Я обратил внимание на заминку, решил и свою идентификацию проверить. Но, как и ожидалось, мой точно такой же непрокачанный навык не позволял понять, что передо мной. Однако, делать что-то все же нужно.

— Все равно сорвем, но в компост не пустим, как прочее ненужное, а сохраним на будущее. Ведь действительно может быть что-то жутко ценное, просто мы пока не доросли до этого. Только давай аккуратней, попробуй подкопать его и достать с корнями. — запоздало вспомнил я, что у некоторых целебных трав ценились именно корни.

— Да, — кивнул Боря, — еще странно, что всего одно оно такое тут во всей округе. Мы как будто в чёртовую китайскую Уся провалились с тысячелетным корнем папоротника, цветущим в глубине леса.

— Тем более нам такое нужно. — Согласился я. — Молодец, что заметил.

— Мы уже половину круга прошли. — Добавил Дима. — Может еще что-то такое попадется.

Я неопределенно пожал плечами, но вряд ли в опустившейся тьме они мой жест разглядели. Тем не менее, минутная передышка завершена, пора пройти остатки круга.

Сбившись с мысли, я больше не пытался сконцентрироваться на идеях, а именно что высматривал что-то ценное в округе. Но удача подвернулась только здоровяку, а мы, загруженные сеном под завязку, решили возвращаться.

— Есть новости? — Спросил у меня подошедший к нашей троице Антон.

Я покачал головой.

— Собрали все вокруг, ничего и никого не видели.

— Тут тоже тихо-мирно. — Заявил лучник, поправляя свое орудие на плече.

— Как там Варя⁈ — Нетерпеливо спросил Дима у Антона, сделав шаг ближе.

— Жар не проходит… Ну, вам лучше у Жени узнать. Только не всей толпой, девушкам нужен покой. — Опустил глаза парень.

Черт, а я планировал перебирать собранные травы и растения прямо в лазарете, чтобы прямо на месте отбраковывать лишнее от полезного и предпринимать какие-то шаги. Но, пусть так, соберемся значит в соседнем шатре, там распределим. В принципе понятие инвентаря многое меняет в нашей жизни и потом всё ценное будет легко перенести в лазарет, не потеряв по пути.

Моя идея собирать все подряд не лишена смысла, ведь и просто сено может быть очень полезным, если найти ему применение. От пока ненужного компоста до закупорки щелей в стенах или подготовку лежанок для удобства и отдыха. Применений куча. Ничего бесполезного нет, кроме, может быть, дерьма. Да и то служит удобрением для роста растений.

Я скомандовал парням складировать наши находки в шатре рядом с лазаретом, а сам сходил в большой склад за Катей, чтобы оторвать ее от инвентаризации. Впрочем, отрывать не пришлось — когда я прошел внутрь, все было отсортировано по кучкам и, оценив скучающий вид кинжальщицы, можно было понять, что она закончила.

— Пойдем. — Позвал я ее, не заходя в шатер полностью. — Сейчас каждые руки пригодятся.

— Да-да-да, иду. — Затараторила она. — Помыкаешь мной, как будто я твоя подчиненная. Но мне нравится.

— Губу закатай. — Бросил я. — Что насчитала?

Девушка, действительно, оттопырила обиженно нижнюю губу и состроила бровки домиком. Но, выслушав мой вопрос, с готовностью на него ответила, и по пути к месту подсчета поведала о том, что стало нашим стартовым капиталом.

Что-то Катя классифицировала как вооружение, но в сущности просто примитивные инструменты. Копья на кривых палках с заостренными камнями в виде наверший. Можно пустить на дрова, а можно на частокол. Множество, десятки костяных и каменных ножей. Полезный расходник, который мы с парнями успели оценить по достоинству. Траву и грибы режут отлично. Был серп, принадлежащий вожаку, и он выглядел добротным, но вряд ли годился кому-то из группы как оружие. А как инструмент сойдет, как минимум для зачистки древесины от коры. Был еще и топор, грубый и тяжелый, но сделанный более качественно, чем мой.

Одежда других инициированных, пять мантий, три кожаных куртки, с десяток штанов и пар сапог, и неплохой латный комплект, вроде того, во что был одет Дима. Была еще и кольчуга на коже, это некий укрепленный вариант средней брони, я такой ни у кого не видел. Может быть, это даже из магазина. И еще плащ, на который я положил глаз и которого точно не было в стартовых комплектах, больно уж он был хорош. Плотный, крепкий, с капюшоном.

Чуть больше десятка глиняных горшков средней степени паршивости. Некоторые треснуты, некоторые испорчены какой-то вонючей гарью и копотью внутри. Я старался не думать, что в них готовили, потому что от этой мысли начинало мутить. Но были и чистые, и целые, а значит, на кипячение воды или хранение сгодятся. Еще мешки — греллины, по всей видимости, шили их из желудков крупных существ, выскабливая все лишнее.

Много костей. Очень много. Можно пустить их на наконечники для стрел, чтобы у Антона был боезапас, можно на иглы, можно на инструменты или рыболовецкие крючки. Все сгодится. Кости это хорошо. Какое же облегчение я испытал, поняв, что принадлежали они животным. Хватит с меня на сегодня мертвецов.

Плошки со смолой, вроде той, что я применял для починки сапога Жени. Но тут она аккуратно собрана, все еще вязкая, с подернувшимся студнем и затвердением сверху, как будто закупорены. Клей, герметик, может факел сделать удастся. Две плошки — мало, конечно, но это точно лучше, чем ничего. А учитывая мой навык, были у меня идеи, что с этим сделать, ведь для него мне по сути нужно просто соединить вещь, придать ей некую целостность, а значит можно использовать минимум клея. Понятно, что скорее всего и прочность будет хромать, но нам сейчас важнее был объем вещей которые можно получить.

Были еще мелочи, типа тряпок, мотков веревки, нечто похожее на колышки, которыми фиксируют палатки или расклинивают топоры.

Затем Катя рассказала про «провиант», не скрывая отвращения. Сушеные грибы, непонятно чье мясо, какие-то коренья. У меня были серьезные сомнения насчет того, можно ли это есть, и кинжальщица разделяла мои мысли на этот счет. Поэтому своим решением определил — мясо выкинуть.

— Это все, не считая построек, большого котла из неизвестного мне материала и оружия других инициированных.

— Почему не считая оружия? Что с ним не так? — Напрягся я.

— Потому что пока ты с задумчивым видом шастал по лагерю, мы его уже поделили. — Ответила Катя. — Но не волнуйся, распределяли по полезности. Просто всем нужно было…

— Что?

— Что-то, чтобы порадоваться. Откинуть мысли, что мы грабим мертвецов. В беспросветном мрачняке вокруг никто не мог удержаться и не прикарманить себе что-нибудь.

— Не одобряю собственничество, но понимаю. — Выдохнул я. — Все равно, в двух словах, что там было?

— Одноручный меч для Димы, два лука, точно таких же, как у Антона, ему они и достались, книга-катализатор для целителя, ее забрал Борис, два фокусировочных кристалла, как у тебя, легкий метательный топорик и посох.