— Кать, хватит ёрничать. — Не поддался я на её провокации.

— Ты ведь понимаешь, что подвергла риску и себя и группу, никого о своем уходе не предупредив, и… — Начал Дима, активно при этом жестикулируя.

— Черт, я просто принесла еды. Разве так важно, как именно я это сделала? — Стала сердиться ловкачка, ответила раздраженно.

— Наверное, нет… — Замялся Дима, потупил взгляд, поняв, что правды не добьется. — Шеф, как ночь прошла?

— О, почти идеально. — Прыснула Катя, ответив вместо меня. — Я пойду к ручью, вы пока разведите костер, сделайте хоть что-то полезное.

— Чего это с ней? — Недоуменно уточнил у меня парень, даже не попытавшись девушку остановить.

— Долгая история. Что будешь делать с этой ее своенравностью? — Попытался я перевести разговор в другое русло.

— А чего это ты меня об этом спрашиваешь? — Вдруг осклабился Дима.

— Действительно. Не потому, что ты исполняешь функции лидера, и не потому, что ты ей явно небезразличен. — Пожал я плечами.

— Эх… — Обреченно выдохнул мужчина. — Вот как они это делают?

— Делают что? — Спросил я, взглянув на забрезживший на горизонте рассвет.

— Думают о таких глупостях в такое неподходящее время. Еще и ссориться умудряются. У нас тут чертов апокалипсис и голодные игры, о выживании надо думать…

Я не стал рассказывать Диме про ситуацию, возникшую за минуту до его появления. Вот уж действительно, в чем он прав — так это то, что сейчас не время и не место для подобных выкрутасов.

— Катя упомянула ручей. Ты что-то знаешь об этом? — Переключился я на другую тему.

— Нет. И кстати, мимо меня она тоже не проходила, если ты подумал, что я вру и спал на своем посту.

Мы обсудили возможные варианты сложившейся ситуации. Дима вспомнил, что когда группа делилась своими способностями, полученными после допроса от неизвестной сущности, Катя оказалась единственной, кто ничего о себе не рассказал. Мы оба, не сговариваясь, решили, что она скрыла свой навык не просто так.

Мы поболтали еще немного, разведали обстановку, собрали несколько относительно сухих веток и хвороста и снесли все ближе к скалам, метрах в двадцати от расселины. Тогда же я и продемонстрировал Диме то, что мастерил этой ночью. Примитивный топорик, а заодно и поделился тем, как я его сделал.

Собственно, можно было бы поступить как и Катя, скрыв кое-что о том, что мне досталось от системы. Но я, будучи твердо убежденным в том, что сотрудничество повышает наши общие шансы, решил все же раскрыть карты. Да и, к тому же, все уже видели, на что я способен. Я ничем не рискую, но группа будет понимать мои возможности лучше, а значит и воспринимать более ценным. Ведь, в сущности, что еще осталось важного, кроме как вклад и личная полезность для группы? Ничего. Хищный оскал базового инстинкта выживания пусть и показался, но пока не кусает. Но это лишь вопрос времени.

— Черт, а это… Это звучит так, как будто у твоего навыка бесчисленное количество применений. — Восхитился Дима, разглядывая в руках мое изделие.

— Наверное. Я почти уверен, что столкнусь с какими-то ограничениями, но пока вот так. Да и ценность не особенно велика. Пока я делал это, Катя успела где-то раздобыть две туши тех гадов. Если она убила их сама, то в сумме заработала на десять хороших топоров.

— И то верно. Но, в любом случае, не бросай эксперименты! Что если вокруг не будет объектов для охоты? А создавать что-то всегда можно — это позволит нам продержаться на голодном пайке из магазина. Тем более, допустим, если нам пригодится капкан, ты ведь сможешь его сделать? В магазине достижений я такого не вижу.

— Думаю, смогу. — Кивнул я, мысленно представляя конструкцию примитивной ловушки. — Хотя, капкан сказано громко, но смастерить какую-то ловушку сможет любой.

— Как во Вьетнаме, яму с кольями? — Прыснул Дима.

— Вроде того. — Кивнул я и улыбнулся. — Давай за работу.

— А не опасно ли? — Вскинул воин бровь, присев на корточки возле будущего костровища.

— Жить в принципе опасно. Особенно теперь. Но что теперь делать?

Мы попытались развести костер. Попытка номер один — высечь искру — и провал. Нужен специальный камень. Кремень или пирит. Но я, будучи спецом по металлу, в камнях разбирался плохо. На невысказанный вопрос, Дима, считав мое замешательство, ответил пожиманием плечами. Нужно искать Варю и просить ее поработать зажигалкой.

— Дим, можешь позвать нашу волшебницу? — Попросил я, все еще чувствуя некое угрызение совести за произошедшее.

— Да не вопрос. — Ответил он и поднялся, шумно хрустнув коленями.

Полуминутой позднее к нашим потугам Варя присоединилась. Она казалась холодной и нелюдимой, а покрасневшие белки глаз отчетливо оповестили о ее состоянии. Дима, не будь он столь деревянным в вопросе чужих эмоций, наверняка бы это как-то прокомментировал, но воздержался. А может, я думаю про него хуже, чем он есть на самом деле, и парень все понял, оттого решил ничего не говорить?

Ее огненная вспышка с легкостью заняла сухой трут, собранный неподалеку, но сгорал он слишком быстро. Жара точечно подавалось многовато, а вот сырые ветки, собранные нами в костровище, заняться не спешили, тут сил волшебницы не хватало. Все, чего мы добились, даже смешав ветки с трутом, лишь горстки пепла и едкого дыма от сырых палок. Что-то явно мы делали не так, но как офисные хомячки, последний раз разжигавшие огонь ещё в детстве, понять не могли.

— А можешь огонь чуть добавить, а? — С надеждой в голосе уточнил Дима у Вари.

Девушка покачала головой из стороны в сторону:

— Я это не контролирую.

— Да уж… огня не развели, да и видно нас теперь из-за дыма.

— Сами пробуйте! — Вдруг взорвалась Варя, зло глянув на нас. — Сказала же, не контролирую я силу, и так делаю что могу!

— Тише, тише, попробуй не трут разжечь, а сразу палки. — Принял оборонительную позицию воин.

Вот как оно бывает — еще вчера крепкий средний класс, каждый с определенной степенью достатка и уровня требуемого комфорта, считали себя людьми высшего сорта, благостно воспринимая достояние человечества. Да что там, считали воду в кране и зажигалку в кармане чем-то настолько обыденным, что даже не задумывались над тем, через что исторически пришлось пройти людям, чтобы у них это было.

А сейчас у нас этого нет. И все, чего смог добиться «средний класс» в разведении костра без привычных приспособлений для пикника — резь в глазах от дыма. Но это и делает нас людьми. В ситуации, в которой мы оказались, нам был жизненно необходим огонь. И именно поэтому мы не бросали попыток.

Попытки номер два, три и далее, тоже не увенчались успехом. Слишком высокая влажность, ветки сырые насквозь, вдобавок покрытые росой, хоть выжимай. Мы посидели немного, обреченно переглянулись с парнем, думая каждый о своем, а вскоре появилась и Катя.

— Проблемы, мальчики? — Ехидно спросила она, окидывая надменным взглядом наши безуспешные потуги, проигнорировав при этом Варю.

— Ага. — На голубом глазу отозвался Дима. — Древесина какая-то негорючая.

Девушка вернулась к стоянке чистая, с влажными волосами, сейчас лежащими на ее спине длинными светлыми локонами. В руках она держала связку какой-то широколистной травы.

— Так значит ты и родник нашла? — Удивился парень, наблюдая за пришедшей.

— Ручей. Я ведь говорила. И, на правах первооткрывательницы, сама же им и воспользовалась. Вам бы тоже не помешало, а то от некоторых смердит.

Варя отчего-то восприняла это на свой счет, фыркнула и ушла к расселине, ни сказав ни слова. Либо же просто не могла находиться в обществе Кати. После произошедшего или в общем развилась такая неприязнь? Мне невдомек. Тем более, задача стоит куда более конкретная, чем разбираться в человеческих душах. Нужен огонь, нужно согреться, вычистить одежду, и действительно помыться. Еще день-два в такой обстановке, и на очередной ночевке не сможем спать от рези в глазах.

Может ли мне как-то помочь мой навык в разведении огня? Сходу на ум не пришло ничего, а изучение интерфейса в погоне за мыслью привело меня к магазину. Там были и дрова, и трут, и огниво. Но все это — местная валюта, которые я на манер Вари собираюсь называть деньгами. Больно уж долго каждый раз в голове прокручивать «очки достижений». Ведь что это, как не деньги? Но не об этом сейчас. Тратиться на столь прозаическое занятие я не видел экономического смысла. Что, совсем не придумаем, как огонь разжечь? От раздумий меня отвлек голос.