Яблонски задумчиво посмотрел на пистолет.

— Вы бы хотели, чтобы я остался, генерал?

— Уберите к черту этот пистолет! — резко сказал генерал. — Яблонски на нашей стороне. По крайней мере, я надеюсь, что он будет на нашей стороне. — Он повернулся к Яблонски. — Да, я хотел бы, чтобы вы остались. Но никто не заставит вас остаться, если вы не захотите.

— А что может заставить меня захотеть? — Яблонски, видимо, адресовал этот вопрос всей компании. — Или, быть может, генерал, который по своей воле не совершил ни одного бесчестного поступка в своей жизни, решил задержать оплату этого чека? Или, может быть, просто собирается порвать его?

Генерал отвел взгляд. Судя по всему, догадка Яблонски была верна. В этот момент вмешался Вайланд.

— Дело только в отсрочке, Яблонски. Дня на два, может быть, от силы на три. В конце-концов вы получите большие деньги за небольшую услугу. Все, что мы просим у вас, — это проследить за Тэлботом, пока он не сделает того, что мы хотим.

Яблонски кивнул.

— Понимаю, Ройал до этого не снизойдет. Он привык заботиться о людях более основательным образом… Да, а кому вы могли бы это поручить? Этому бандиту в коридоре, дворецкому, или нашему юному другу Ларри… Тэлбот может проглотить их всех перед завтраком! Должно быть, он вам очень нужен, не так ли?

— Да, он нам нужен, — мягко согласился Вайланд. — И судя по тому, как рассказала нам о вас мисс Рутвен, и по тому, что о вас знает Ройал, вы вполне с ним справитесь. А насчет денег можете не беспокоиться — вы их получите!

— Угу!.. Только прошу вас объяснить мне толком, кто я? Пленник, стерегущий пленника, или человек, свободный в своих действиях?

— Вы не слышали, что сказал генерал? — ответил Вайланд. — Вы свободны в своих передвижениях, но если действительно захотите выйти, то должны удостовериться, что он заперт или связан и не сможет убежать…

— Семьдесят тысяч долларов за роль тюремщика, каково! — угрюмо сказал Яблонски. — Хорошо, он будет в надежных руках, как золото в банке. — Я заметил, как Вайланд и Ройал быстро переглянулись, а Яблонски между тем быстро продолжал: — Потом, я немного беспокоюсь по поводу этих семидесяти тысяч. Ведь если кто-нибудь узнает, что Тэлбот здесь, то не видать мне этих денег. И вместо них, учитывая мое прошлое, я получу десять лет за сокрытие преступника, которого разыскивает полиция. — Он задумчиво посмотрел на Вайланда, потом на генерала и добавил, понизив голос: — Где гарантия, что в этом доме никто не будет болтать?

— Уверяю вас, никто! — категорически заявил Вайланд.

— Ваш шофер… Он живет в том коттедже при воротах? — спросил Яблонски, словно намекая на что-то.

— Да, там и живет… — Вайланд произнес эти слова тихо и задумчиво. — Пожалуй, неплохая идея: избавиться от него…

— Нет! — неожиданно выкрикнула мисс Рутвен и вскочила на ноги, сжав руки в кулаки.

— Ни при каких обстоятельствах! — спокойно произнес генерал. — Кеннеди — неприкосновенен. Мы слишком многим ему обязаны.

На мгновение темные глаза Вайланда сузились, уставившись на генерала. А девушка ответила на невысказанный вопрос Яблонски:

— Саймон не будет болтать, — сказала она почти беззвучно. С этими словами она встала и направилась к двери. — Я пойду поговорю с ним.

— С Саймоном? — Вайланд почесал ногтем большого пальца свои усики и остановил на ней оценивающий взгляд. — Речь идет о Саймоне Кеннеди, шофере и мастере на все руки?

Она возвратилась от двери, остановилась перед Вайландом и посмотрела на него усталым, но твердым взглядом. Право же, все пятнадцать поколений, прошедших со времен «Мейфлауэра» и все 265 миллионов долларов смотрели из этих глаз!

— Мне кажется, вы самый отвратительный человек, из всех которых я когда-либо знала!

С этими словами она вышла из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

— Моя дочь слишком возбуждена, — поспешил сказать генерал. — И она…

— Забудем об этом, генерал, — сказал Вайланд своим обычным мягким и вежливым тоном, но мне показалось, что он несколько взволнован, хотя и пытался скрыть это. — Ройал, вы бы проводили Яблонски и Тэлбота туда, где они будут ночевать, — в восточный конец нового крыла. Комнаты уже готовы.

Ройал кивнул, но Яблонски многозначительно поднял руку.

— Эта работа, которую Тэлбот должен выполнить… Он будет делать ее в этом же доме?

Генерал Рутвен взглянул на Вайланда и покачал головой.

— А где же? — требовательно спросил Яблонски. — Если этого парня надо будет выводить из дома, то его могут увидеть, и тогда нам крышка. Мне, в частности, тогда придется распрощаться со своими деньгами. Думается, вы должны дать какие-то гарантии на этот счет, генерал.

Снова быстрый обмен взглядами между генералом и Вайландом и едва заметный кивок со стороны последнего.

— Думаю, что мы можем вас успокоить, — сказал генерал. — Это — работа на моей нефтяной базе Икс-13. — Он слабо улыбнулся. — В пятнадцати милях отсюда, в открытом заливе. Никаких нежелательных встреч там не будет и не может быть.

Яблонски удовлетворенно кивнул и ничем больше не интересовался. Я уткнулся в пол, не смея поднять глаз. Ройал тихо сказал:

— Пошли!

Я допил стакан виски и поднялся. Тяжелая дверь библиотеки открывалась в сторону коридора, и Ройал с револьвером в руке отступил, давая мне выйти первому. Ему следовало быть умнее! Правда, может быть, его обманула моя хромота. Люди обычно считают, что вследствие своей хромоты я не могу быстро двигаться, но люди ошибаются.

Валентино уже не было. Я прошел в дверь, замедлил шаг и приостановился сразу же за дверью, как будто поджидал Ройала, чтобы тот показал мне, в какую сторону идти, а потом мгновенно повернулся и с силой ударил ногой по двери.

Ройал оказался между дверью и косяком. Если бы удар пришелся по голове, то тут и был бы его конец! Но ему зажало плечо, чего, кстати, сказалось достаточно, чтобы он застонал от боли и выронил пистолет, который отлетел ярда на два в коридор. Я бросился за пистолетом, упал на пол, схватил пистолет за ствол, и перевернулся на спину. Вижу, слегка пришедший в себя Ройял, падает на меня с намерением отобрать любимую свою игрушку. Куда я попал рукояткой пистолета, сказать не могу, но в лицо это точно. Звук походил на удар топора по сосновому полену. Он потерял сознание, но придавил меня к полу. Топор не может остановить падающее дерево! Ройял очень помешал мне. Для того, чтобы столкнуть его, перехватить пистолет для стрельбы и встать на колени потребовалось не более двух секунд, но этих двух секунд было достаточно для такого человека, как Яблонски.

Одним ударом он вышиб у меня из руки пистолет. Я бросился ему в ноги, пытаясь схватить их, но он отпрыгнул в сторону с быстротой чемпиона наилегчайшего веса и от удара колена я оказался на полу. Ну, а потом что-либо предпринимать было уже поздно, ибо в руке у него был «маузер» и этот «маузер» был направлен мне между глаз.

Я медленно, с трудом поднялся на ноги. К тому времени в коридор выскочили генерал и Вайланд, последний с револьвером в руке, и, увидев Яблонски, облегченно вздохнули и остановились. Вайланд наклонился и помог Ройалу, который уже пришел в себя и громко стонал, принять сидячее положение. Над левым глазом у Ройала лоб был в крови — завтра на этом месте будет огромный синяк. Через полминуты он потряс головой, чтобы привести мысли в порядок, вытер рукой кровь с лица и медленно оглядел всех присутствующих, пока взгляд его не остановился на мне. Раньше я ошибся, сказав, что у него совершенно пустые глаза. Это не так. Когда я сейчас взглянул в них, мне сразу показалось, будто я чувствую запах земли и вижу перед собой свежевырытую могилу.

— Теперь я вижу, джентльмены, что вам без меня действительно не обойтись, — с усмешкой сказал Яблонски. — Вот уж не думал, что кто-нибудь сможет так отделать Ройала и остаться при этом в живых! Как говорится, век живи — век учись! — Он порылся в кармане, вытащил пару тонких стальных наручников и ловко накинул мне их на руки. — Сувенир, оставшийся от тяжелого прошлого! — извиняющимся тоном объяснил он. — Может быть, в доме найдется еще пара или какая-нибудь цепочка или проволока?