И теперь откатился назад… Ксюша наверняка будет от меня шарахаться, как от прокаженного. Как вернуть ее расположение, если она вон, даже не позволяет проводить до двери квартиры?..

Перевожу взгляд на окна и понимаю, что свет так и не загорелся. Черт! Забыла?.. Нет, моя угроза проводить для нее равносильна всемирному потопу. Выхожу из машины и спешу к подъезду. Хорошо, что я знаю код от двери.

Внутри темно. Может, лампа перегорела?.. Пулей взлетаю на третий этаж.

Слышу какую-то возню, а потом проникающий через окно тусклый лунный свет выхватывает два силуэта, сплетенных в одну причудливую фигуру.

Ксюша в объятиях бывшего.

Сначала мне кажется, что все происходит по обоюдному согласию, но затем до меня доносится тихий, сдавленный плач, который вряд ли можно принять за проявление страсти.

Бросаюсь на этого урода и рывком оттаскиваю его от Ксюши и со всей дури бью в лицо. А потом ещё и ещё. Он что-то бессвязно бормочет и закрывает голову руками, болтаясь, будто боксёрская груша.

— Не надо… — раздается рядом жалобный голосок Ксюши. — Пожалуйста, не надо…

— Он тебя чуть не изнасиловал, а ты его жалеешь?.. — поворачиваюсь и окидываю её быстрым взглядом: порванная блузка, юбка болтается на поясе, одна туфля слетела, а в заплаканных глазах застыл ужас.

— Господи, да я готов убить этого говнюка!

— Не надо, пожалуйста… Тебя же посадят…

Дрожащими пальцами Ксюша пытается одернуть юбку, но ничего не выходит. Рваная блузка съехала набок, демонстрируя грудь в кружевном бюстгальтере.

— Он точно ничего не успел сделать?..

— Нет, нет… — оставив попытки вернуть юбку на место, Ксюша скрестила руки так, чтобы хоть как-то прикрыться. — Пожалуйста…

— Ещё раз увижу тебя рядом с ней — убью! — толкаю ублюдка к лестнице.

— Ты все равно моя… моя… моя… — бормочет он и, шатаясь, спускается вниз.

— Все кончилось… — подхожу к Ксюше и обнимаю, крепко прижав к себе, — я с тобой…

И все равно ее бьёт крупная дрожь. Она цепляется за меня, не в силах стоять на ногах.

— Где ключи от квартиры?..

— Г-где-то н-на п-полу… я урон-нила их, ког-гда он…

Ксюша начинает плакать. Хрупкие плечи подрагивают от рыданий, и я уже жалею, что так легко отпустил этого козла.

— Тш-ш… — выпускаю ее из объятий, аккуратно прислонив к стене. — Сейчас… — нахожу злополучные ключи рядом с сумочкой. — Ну вот…

Открываю дверь и, подхватив Ксюшу на руки, вношу ее в квартиру.

«Совсем как молодожены…» — проносится в голове дурацкая мысль.

Прохожу в комнату и усаживаю Ксюшу на диван. Включаю свет.

— Тебе надо что-то выпить и покрепче обычного чая. Есть у тебя что-нибудь?..

— Т-там, в серванте… — Ксюша кивает на шкаф, где за стеклом стоят бокалы, салатницы и прочая посуда, среди которой небоскребом возвышается бутылка из темного стекла. На этикетке смешливая надпись:

— Открыть, когда встретишь настоящего мужчину? — читаю вслух.

— Это подарок Анютки на новоселье… — Ксюша дёргается, а потом сжимается в комочек.

— Надеюсь, ты не против, если я открою?

— Н-нет…

Она смотрит на меня своими огромными синими глазищами. Обладательница таких глаз все равно что ведьма — поработит твой разум, ты и не заметишь. Чем дольше я смотрю на нее, тем сильнее ощущаю, что броня, в которую я запрятал собственное сердце, пошла трещинами.

Вскрываю бутылку и, плеснув жидкости в бокал, протягиваю ей.

— Ты пока выпей, а я наберу тебе ванну…

Ксюша

Меня трясет так, будто я в минус двадцать вышла на улицу без верхней одежды. Холод ползет по венам и подбирается к сердцу. Внутри разрастается пустота. Мой собственный муж пытался меня изнасиловать… До сих пор ощущаю его ладонь на губах и учащенное дыхание возле лица. Мне даже снова мерещится аромат моря — так пахнет его любимая туалетная вода, но теперь запах вызывает приступ тошноты.

Страшно представить, что было бы, если б не Влад… Делаю глоток, и тепло разливается по телу.

— Я набрал горячую ванну… — на корточки передо мной присаживается Влад и забирает из рук стакан. — Дай я тебе помогу…

Влад аккуратно тянет за порванный рукав, освобождая меня от блузки. Вспыхиваю и прикрываю грудь руками.

— Не бойся… я никогда не причиню тебе вреда…

Он стягивает юбку и, снова подняв меня на руки, несёт в ванную.

— С-спасибо… — от его близости мне становится не по себе. Вот она я — в одном нижнем белье прижимаюсь к малознакомому мужчине. К тому самому, который всего час назад довел меня до умопомрачительного оргазма.

Боже мой, как же я докатилась до подобного?..

Ксюша

— Дальше справишься сама?.. — Влад бережно ставит меня на пол ванной.

— Да, конечно…

— Я принесу тебе халат и повешу его здесь…

Когда он скрывается за дверью, я снимаю белье, бросаю в корзину и быстренько залезаю в ванну, задернув штору.

Горячая вода расслабляет не только тело, но размягчает и душу, и я даю волю слезам. Плачу беззвучно, оплакивая свою семейную жизнь и свою любовь, от которой остался лишь пшик — слово, набор букв… Теперь уж точно все кончено. Может, оно и к лучшему? Темная сущность мужа выплеснулась наружу и хорошо, что сейчас…

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть.

— Ксюш? Ты как? Я принес халат…

— Спасибо! — дрожащим голосом благодарю я, ненавидя себя за слабость. — За… все. Если б не ты… — подавив всхлип, я всё-таки продолжаю: — я не знаю, чем бы всё закончилось.

— Не благодари. Я до сих пор думаю, что мало его отделал… Мы ещё вернёмся к этому вопросу, когда ты придешь в себя…

Слышу скрип двери. Я снова одна. Вздохнув, вылезаю и, натянув халат, выхожу из спасительной ванной.

Влад замер у окна. Из-за его габаритов комната словно съежилась и уменьшилась в размере. Услышав мои шаги, он оборачивается. По непроницаемому лицу ничего нельзя прочесть.

— Я постелил тебе постель… — он кивает на диван. — И позволил себе влезть в шкаф и достать пижаму…

Пижаму. Значит, он перебирал мои вещи в шкафу. Возможно, видел сложенные стопочкой трусики и лифчики. От подобной мысли хочется снова сбежать в ванную комнату и остаться там навечно.

— Спасибо… — в тысячный раз благодарю я.

— Я выбрал самую… удобную .

Кошусь на диван. Хлопчатобумажные шорты и майка в цветочек лежат поверх одеяла.

Самая непритязательная и несексуальная пижама в мире.

Вот что имелось им в виду.

— Хочешь чаю?.. — его голос завораживающе мягкий, будто он разговаривает с испуганным ребенком.

«А ведь так оно и есть… — осознаю вдруг я, — я ведь как маленькая перепуганная девочка…»

— Нет, спасибо. Валюсь с ног…

— Тогда переодевайся и ложись. Я подожду в коридоре.

Он стремительно выходит, и в комнате как будто становится слишком пусто. Вздохнув, надеваю пижаму и берусь за расчёску. Радуюсь, что Лиза у мамы. Надо бы ей позвонить, но у меня просто нет сил… боюсь, что не смогу держать себя в руках, поэтому наговариваю в мессенджере короткое аудиосообщение с пожеланиями сладких снов.

Как ночь пройдет у меня, остаётся только гадать.

Стоит Владу вернуться и мазнуть по мне придирчивым взглядом, как я тут же понимаю, что удобная пижама слишком открытая… шорты чересчур короткие, а майка чересчур обтягивает изгибы моего тела.

— Что это⁈ — теперь его голос звучит сурово и даже грубо.

В два шага он оказывается рядом и, вытянув руку, проходится пальцами по моей шее. Только сейчас вспоминаю, что Серёжа в порыве злости оставил на мне метку.

— Ничего страшного…

— Вот же ублюдок! Что ещё он сделал⁈

— Ничего такого… правда!

Влад мне не верит. Я вижу это по его глазам, в которых полыхает буря.

— Дай посмотрю!

Взяв за плечи, он поворачивает меня кругом, внимательно разглядывая. Его взгляд блуждает по телу, фиксирует любые детали.