Я говорила прерывающимся голосом, и слёзы текли по моим щекам, но я не обращала на них внимания. Я изливала всю боль, весь страх, всё отчаяние, что накопилось за эти два года. Я упустила лишь один момент, касающийся его, Андрея, отцовства, но Тигровский словно чуял подвох, его глаза пристально следили за каждым моим движением, каждым изменением в выражении лица.

— А где отец пацана? — нахмурился он, словно прикидывая что-то в уме.

Его взгляд стал острым, пронизывающим.

— Он оказался полным уродом, — невозмутимо ответила я. — И ему не нужны ни я, ни сын. Мне больше не к кому пойти, Андрей. Если ты откажешь, этот Ахмед заберёт меня, и вряд ли я останусь жива в его гареме. Он неоднократно вдовец…

Последние слова прозвучали как отчаянная мольба, хотя я старалась держать голос ровным.

— Синяк кто поставил? — требовательно бросил Андрей, словно следователь на допросе.

— Отец…

Тигровский откинулся на спинку стула и задумался, его взгляд ушёл в пустоту. А я ощущала себя настолько униженной и сломленной, что хотелось провалиться сквозь землю. Рассказ дался нелегко, я словно снова пережила все события своей жизни, только стоя без кофты перед мужчиной, сломавшим меня в прошлом. Моя боль была выставлена на показ, и он не отводил глаз.

— Допустим, я помогу тебе, — протянул он, низким, тягучим голосом, заставляя меня напрячься. — А что я получу взамен?

Вопрос поставил меня в тупик. Когда я шла сюда, чёткого плана разговора у меня не было. Я была полна решимости и наивной уверенности, что он поможет. Но такого исхода разговора я не ожидала. Хотя, стоило…

Тигровский ничуть не изменился. Что сейчас, что тогда, он хотел что-то от меня получить. А я просто дура, круглая, тупая дура. На что я рассчитывала? Что этот человек, готовый растоптать жизни всех вокруг себя, лишь бы самому оказаться на «вершине пищевой цепочки», вдруг проявит благородство?

— Извини, у меня ничего нет, — пробормотала я, глотая непрошеные слёзы, которые душили меня. — Прости, что отвлекла. Считай, что я не приходила…

Я кинулась собирать свои вещи, пытаясь одеться как можно быстрее. Трясущимися руками натянула кофту. Мысли лихорадочно метались из стороны в сторону, я совершенно не знала, что буду делать дальше. Я была в тупике. Отплатить Тигровскому мне было нечем. Я больше не дочка богатого магната.

Да, отец в своё время не скупился на мою «обёртку», ведь никто вокруг не должен был знать, что дочь знаменитого богатея живёт в его доме, как приживалка, как ненужная мебель. И если тогда у меня за спиной была богатая семья, пусть я и была в ней как чужая, но мне было что предложить тому же Андрею за его помощь. А сейчас я одна, абсолютно одна, и из активов у меня только поношенные туфли и стоптанные кроссовки.

— Есть, — резко прервал мои судорожные сборы Тигровский. Его голос был властным и не терпящим возражений. Он встал и сделал шаг ко мне, его тень накрыла меня. — У тебя есть ты, Ирина. Предложи мне себя…

— В смысле? — я не поверила своим ушам, он предлагает мне...

— В прямом. Я имею тебя, когда захочу, где захочу и сколько захочу. А взамен решаю твои проблемы. Ты же не думала, что я помогу просто так?

Если честно, я об этом вообще не думала. В моём представлении Андрей помогал мне априори, просто потому, что это было правильно, что он отец моего ребёнка. Какая же я была наивная дура!

— А как же Яна?.. — пробормотала я, чувствуя, как этот вопрос звучит нелепо в сложившейся ситуации.

— А Яне незачем знать о наших делах, — сказал он, и его голос был холоден, как лёд, а затем он поманил пальцем, словно я была какой-то собачонкой. — Согласна?

Вот же гад! Внутри всё сопротивлялось. Обругаю себя последними словами завтра, а сегодня времени нет. До отъезда Алёшки осталось два дня, а значит, выбора у меня не было.

Я подошла к Андрею, заглянула в его глаза и чуть не отскочила. В них пылал огонь ярости, решимость и дикое возбуждение от власти, что он только что приобрёл надо мной. Это был взгляд хищника, уверенного в своей победе.

— На колени, или можешь на шпагат, — с предвкушением приказал он, а я застыла, не в силах пошевелиться.

За кого он меня принимает?

Хотя... Всё правильно, за ту, у которой нет выбора. За ту, которая сейчас готова на всё. И он не упустит своего шанса...

Внутри всё кипело от злости. Хочет этот урод развлечься, я ему это устрою. Жаждет власти надо мной? Получит ровно столько, сколько я дам. Хочет меня? Плевать, не убудет. Потерплю. Главное, что Алёшка будет со мной. А Янку я от него отважу. Просто расскажу ей всё, как есть о её ненаглядном Тигре. Подруга поймёт, она не из тех тупых дур, которые заглядывают в рот каждому смазливому мужику...

— Ну? Давай, — поторапливал Тигровский, пока я, отрешенно смотрела между его широко расставленными ногами. — Старайся, чтобы мне понравилось, иначе могу передумать помогать.

— Ты не передумаешь, — тихо прошептала я и подняла на него глаза. — Иначе я откушу твою голову, потому что терять мне будет уже нечего. Твоей я буду только после того, как Алёшка будет со мной, здесь, в безопасности. Иначе я тебе не доверяю. Ты уже раз получил то, что хотел, а потом кинул. Я тебя знаю.

Его глаза вспыхнули, и он резко схватил меня за руку и дёрнул к себе, заставляя чуть ли не упасть на него.

— Ты ставишь мне условия?! — прорычал Андрей, его голос был полон угрозы, а хватка обжигала. — Я сказал: сейчас!

— А я сказала — нет, — мой голос был тихим, но абсолютно непреклонным. Я отстранилась от него ровно настолько, чтобы наши взгляды встретились, и улыбнулась уголком губ, чувствуя, как по венам разливается адреналин. — Ты хочешь, чтобы я была послушной куклой, которая исполнит любое твоё желание? Или ты хочешь, чтобы я была той, кто соблазнит тебя до беспамятства, той, кто заставит тебя забыть обо всём на свете?

Я медленно провела кончиками пальцев по его колену, а затем вверх по внутренней стороне бедра, чувствуя, как его мышцы напрягаются под моим прикосновением. Мои глаза при этом не отрывались от его, я видела, как в них разгорается ответное пламя.

Наклонилась ближе, так что моё дыхание коснулось его губ, а мой взгляд опустился к его паху, задерживаясь там на секунду. Моё тело, ещё минуту назад дрожащее от унижения, теперь двигалось с неожиданной грацией, каждое движение было продумано, полно скрытого обещания. Я заставила себя забыть о стыде, о боли, о том, кто он такой. Я превратилась в чистое желание, в манящую бездну, призванную заманить его в свою игру.

— Ты хочешь бездушное бревно, Андрей, или женщину, которая сведёт тебя с ума? — прошептала я, и мои пальцы легко коснулись его груди, скользя вверх, к шее, дразня его кожу. — Помоги мне, и я очень щедро отблагодарю тебя. Так, как никто до меня. Но только после. Иначе... я буду просто оболочкой. Без чувств, без огня. Выбирай.

Я видела, как в его глазах полыхает борьба. Его тело напряглось, дыхание участилось. Он хотел не просто обладать телом, он хотел владеть моей душой, и я это знала.

Он отстранился, тяжело дыша. На его лице читалась внутренняя борьба. Наконец, он выдохнул, и это был звук поражения.

— Если ты меня обманешь… — Его голос был низким, полным скрытой угрозы, которая пробирала до костей. — Если ты хоть на секунду подумаешь, что сможешь меня провести, Ирина, я найду тебя на краю света. И поверь, тогда тебе будет о чём жалеть. А теперь одевайся и проваливай, пока я не передумал.

Андрей.

Потягивая самый дорогой напиток в клубе прямо из горла, расслабленно откинулся в кресле. Глубоко втягивал разлившийся в VIP-комнате аромат её тела. Это был тонкий, сладкий запах, который я не мог ни с чем спутать.

Мне казалось, что я вытравил его из себя вместе с чувствами к ней четыре года назад, но я ошибся. Как же глупо я ошибался, подкладывая под себя весь этот "суррогат". Подсознательно искал её неповторимый запах в каждой. И только сейчас это понял. Осознание это было как удар под дых.