Подтянув к себе джинсы, Сергей спустил ноги с кровати.

Завтрак проходил в молчании, все с опаской поглядывали на Сергея. Он сидел, мрачно глядя в окно, и даже не притронулся к скудному рациону. Остальные через силу запихивали в себя хлеб с сыром.

— Ну что, господа хорошие, кто из вас соврал на этот раз? — со злостью спросил Сергей, едва только с едой было покончено. — Вы хоть понимаете, что в понедельник у нас подписание крупного контракта?! — он повысил голос. — А на работе следовало появиться завтра. Благо, генеральный расщедрился, дал всем дополнительные выходные. Мы же здесь застряли, и неизвестно, когда выберемся.

— Мы успеем к понедельнику… — нерешительно начала Лена.

— Успеешь — с вами! — Сергей саданул кулаком по столу. — Четыре дня выбраться не можем! Плевать всем на работу! Голова мусором забита!

— Сергей, ты не прав, — от голоса Олега повеяло холодом.

— Да?! — отодвинув стул, Сергей подошёл к окну, прижался лбом к стеклу. Понемногу гнев отступал.

— Вы хоть понимаете, что нужно выйти в офис заранее, то есть — завтра? Если мы нормально не подготовим договор, нас уволят всех к чёртовой матери, — уже спокойнее сказал он, возвращаясь к столу. — Завтра надо работать, а мы сидим, время теряем. Всем отделом. В полном составе. Что, так трудно ответить на вопросы честно?

— Серёга, думаешь, что кто-то соврал? — в глазах Олега он увидел отражение собственной тревоги.

— Само собой, иначе бы уже домой вернулись. Ну, сейчас узнаем, кто такой умный, — процедил Сергей. Протянув руку к колоде, он взял карты.

— Сергей, подожди, — Иван говорил медленно, тщательно подбирая слова. — Сергей, ребята, простите, это я сказал неправду. Просто не знал, как признаться, — он мучительно покраснел, — вот и выдумал на ходу историю. Нет никакого долга в сто пятьдесят тысяч. После того, как ты предложил погасить этот выдуманный долг, я почувствовал себя ничтожеством, — он открыто смотрел Сергею в глаза. — Я сразу хотел всё рассказать, но испугался, понадеялся, что обойдётся. Приехав домой, я напишу заявление. На увольнение.

Его слова сопровождались ошеломленным молчанием.

— А что, собственно, произошло? — голос Сергея звучал растерянно. Злость испарилась без следа. — Ты, вообще, о чём?

— Вы знаете моё финансовое положение, в этом я сказал правду, — Иван выглядел как человек, принявший окончательное решение. — Денег не особенно много, двое детей, жена пока не работает. На пропитание хватает, а вот на что-то большее — нет. Мы вчетвером ютимся в однокомнатной квартирке. И шансов на улучшение жилплощади нет. И я решил, — тут он смешался и замолчал. — И я решил, — собравшись с силами, проговорил он, — прорываться в начальники отдела. Там разница в зарплате — тысяч сорок, нам бы хватило на ипотеку, — неловко закончил он.

— Что ты решил делать? — Сергею показалось, что его подводит слух.

— Я решил прорываться в начальники отдела, — повторил Иван, глядя ему прямо в глаза. — Сергей, прости, но в тот момент я думал, что цель оправдывает средства.

— И каким образом? — на лице у действующего начальника отдела заходили желваки.

— Я начал с того, что, когда оставался один в кабинете, вносил правки в твои документы. Всё выглядело, как опечатки и орфографические ошибки, — Иван откашлялся. — Это легко, у нас смежные помещения, из одного можно попасть в другое. На обеде и по вечерам там никого нет, а ты дверь постоянно оставляешь открытой. Пароль от компьютера я знаю, он у тебя на столе под клавиатурой лежит.

— Ты! — только и смог выдохнуть Сергей. Слова не шли. — Продолжай, — воздух с трудом проходил сквозь стиснутые зубы.

— Мы с секретаршей зама генерального живём в одном дворе, — Иван заёрзал на месте, — и при встречах я стал говорить, как ты поливаешь грязью генерального и его зама. Пару раз ты и вправду прокатился по их поводу, остальное я придумал сам. — Иван уставился взглядом под ноги. Поднять глаза на Сергея он не мог. — То, что секретарша спит с замом, и он купил ей квартиру, знает вся контора, я действовал наверняка. Она передавала ему сплетни, это стало понятно сразу, у тебя испортились отношения с руководством. — Он по-прежнему не поднимал головы. — А чуть больше месяца назад я слил информацию на ключевого клиента нашим конкурентам. Понятное дело, они его переманили. — Иван оттёр рукавом выступивший пот. — Никто ни о чем не догадался. О задуманном не знал никто, даже моя жена. Вряд ли она бы меня одобрила, — горько добавил он.

— Гнида, — протянув руку, Сергей ухватил коллегу за грудки, и тут же выпустил, будто боясь испачкаться. — Гнида, — повторил он, брезгливо оттирая ладонь о джинсы.

— Сергей, прости, — голос Ивана звучал удручённо, — понимаю, что это низость, но…

— Без «но»… — оборвал Сергей. — Это — низость. Никогда больше не смей обращаться ко мне по имени, — голос резал, как нож. — Для тебя теперь — только Сергей Анатольевич. По возвращении пойдём к генеральному — вылетишь с волчьим билетом.

— Сергей, — начал Иван и осёкся под ледяным взглядом серых глаз. — Сергей Анатольевич, но я же сам во всём признался, — уши ярко пылали.

— А ты бы признался, если бы не Игра? — вклинился Олег.

— Вчера, когда Сергей… Сергей Анатольевич, — тяжело поправился Иван, — предложил оплатить мой несуществующий долг, я понял, что натворил. Я напишу заявление. Если нужно — сходим к генеральному. Но прошу, не рассказывайте всем причину увольнения. Да, я виноват, но на мне семья. И если меня не возьмут в другую фирму…

— Я подумаю, — Сергей повернулся к нему спиной, ноздри раздувались. — Просто великолепные откровения. Дорогие коллеги, кто ещё порадует? — в голосе прорвался злой сарказм.

— Сергей, прекрати, остальные-то здесь причём? — негромко произнёс Олег.

Подойдя к двери, Сергей несколько минут смотрел на лесной массив, потом вернулся к столу. Все следили за ним глазами.

— Что ж, продолжим нашу увлекательную Игру, — он взял в руки карты. — Я так понимаю, повествование этого, — он кивнул в сторону Ивана, — было вне партий, и у нас впереди их по-прежнему три? — он говорил ровно, но игравшие желваки говорили сами за себя. — Давайте выбирать Ведущего. Олег, тяни, — он протянул приятелю колоду. — Глаза бы мои уже эти карты не видели.

— Ведущий — Артём, — Олег вернул на место вытянутую карточку и чуть коснулся руки Артёма. — Давай, Тёма, твой выход.

Взяв в руки колоду, Артём вытащил карточку, перевернул.

— Лена.

От него не укрылось, что при этих словах девушка смертельно побледнела. Но акцентировать на этом внимание не стал. Зачем? Очень скоро всё и так выяснится. Дотянувшись до другой колоды, взял в руки карту.

— «В предыдущей Игре не все из вас были искренни», — медленно прочитал он. — «Один уже исправил ошибку, рассказав о совершённом проступке. Сейчас вам предстоит три партии. Первая — по обычным правилам. Во второй и третьей двум Участникам прошлых Игр нужно подробно рассказать о своей ситуации, не упуская ни малейших деталей. И один Игрок вчера солгал. После третьей партии он должен сказать правду.

Игрокам запрещается показывать свои карты другим Участникам. Вытянув карту, Игрок читает вопрос, через две минуты перечитывает его и даёт ответ. Хорошей и честной Игры, господа и дамы».

— Вот это послание сегодня, — не удержался Артём. — Значит, первая партия с Леной. Во второй и третьей Игроки дополнят деталями то, что уже рассказывали раньше. И в завершение — откровение вчерашнего Игрока. Впечатляет.

Никто не стал его поправлять.

— Ну что, Лен, начнём, — Артём ободряюще улыбнулся.

Не ответив на улыбку, Елена перевернула карту. Её мучили дурные предчувствия.

«За какой поступок в жизни вам до сих пор мучительно стыдно?»

Она почувствовала странный шум в ушах, перед глазами забегали чёрные мушки. Только бы не упасть в обморок, иначе все поймут, что она что-то скрывает. К такому повороту она подготовилась ещё вчера, заранее придумала ответ. Не ожидала, однако, что её предаст собственный организм. Лена вцепилась пальцами в столешницу. Нельзя, чтобы кто-то заметил неладное. Никто не должен заподозрить истину.