Эта угроза подействовала на бедного гнома моментально. Он начал озираться по сторонам и заламывать руки.

— Да, ты действительно выиграешь. Если хочешь, то можешь прямо сейчас выиграть, только не нужно ничего говорить Мелли. Мы с ней только помирились, и опять…

— Что опять, Йориксон? Неужели ты снова встретил гостей раньше меня и пытаешься их запугать? — раздался мелодичный, чарующий голос эльфийки, от которого гнома забила крупная дрожь.

— Здесь не бывает скучно, — сказал я удивлённым чистильщикам.

— Мы находились в Пустоте четыре дня, за это время в нашем мире прошло чуть больше минуты. Это место действительно кишит монстрами, которые представляют серьёзную угрозу даже для нас. Но место выхода полностью безопасно. Всадники вместе со Стражами создали непреодолимую для тварей систему защиты.

Старший среди чистильщиков императора и его друг детства, граф Рощинский, сейчас находился в кабинете Бориса Алексеевича и давал ответ по посещению Пустоты.

— Что по главному вопросу?

— Точно ещё не могу сказать, но мы действительно стали сильнее. Нужно пройти аттестацию, и тогда уже можно будет говорить о конкретных цифрах. Эффект наступает примерно через пару часов пребывания в Пустоте.

— Значит, это реально. Возможность усилить всех магов империи и вообще забыть о проблемах, способных возникнуть на международной арене. Что же, я рад. Вот только меня интересует вопрос, почему вернулись только вы?

Чистильщик как-то сразу замялся, что на него было не похоже. Обычно граф всегда держал ответ, в какой бы ситуации ни оказался. Даже во время ответов по проведённым заданиям он вёл себя куда увереннее, а сейчас словно не хотел говорить о чём‑то. Поэтому император не торопил друга, давая ему возможность набраться смелости. И это случилось, пусть и заняло довольно много времени.

— В общем, всадники вышвырнули нас из Пустоты.

— О как! — удивился Борис Алексеевич. — Неужели кто‑то из вас осмелился нарушить мои инструкции?

Император уже откровенно улыбался, примерно представляя, что могло произойти в Пустоте.

— Они же совсем дети и должны слушать старших, — как‑то слишком неуверенно возмутился Рощинский, на что император лишь покачал головой.

— Друг мой, вы сами себя подставили и получили то, что заслужили. Неужели Константин даже не попытался вас остановить?

— Попытался, — ещё сильнее нахмурившись, ответил граф. — Оно и понятно, всё же Елена его племянница, и она самая…

— Самая наглая, невоспитанная и сумасбродная. Все, кто хоть раз работал с четвёркой, прекрасно об этом знают. И вы так же знали. А ещё получили мой прямой приказ не вступать с ребятами в конфронтацию.

— Они отказались провести нам экскурсию за пределы безопасной зоны и даже начали угрожать своими порождениями!

— А как вас вышвырнули? При помощи какой магии? — не обратил на возмущение друга внимания император.

Его вопросы заставили графа нахмуриться ещё сильнее, хотя казалось, что дальше просто некуда, но у Рощинского получилось, отчего он стал похож на пересушенный чернослив, что добавило Борису Алексеевичу веселья. Но он ещё не услышал главного, поэтому старательно сдерживал смех в себе.

— Не применяли они к нам никакой магии. Нас просто взяли и при помощи физической силы зашвырнули в портал. Словно новорождённых котят. Едва не покалечились, когда вылетели в лаборатории.

— Это кто же у них такой сильный, что смог закинуть вас в портал лишь при помощи физической силы? На ум приходит только Багратион. У него телосложение настоящего былинного богатыря.

— Это был гном. Йорик, местный Страж. Превратился в великана и использовал нас в качестве мячей.

Вот теперь император уже не стал сдерживаться и расхохотался. Сбить спесь с чистильщиков дело крайне сложное, но у этого Йорика отлично получилось. Нужно будет с ним обязательно подружиться. Ведь в следующий раз в Пустоту пойдёт сам Борис Алексеевич. Он должен увидеть всё своими глазами. А до этого необходимо окончательно разобраться с последствиями войны, развязанной демонами, и это сейчас самое главное.

— Ну вы посмотрите, какие они наглые. Мало того что вначале попытались учить меня манерам, так потом ещё и на вас наехали, — больше для приличий возмущался Йорик, когда отправил всех чистильщиков обратно в наш мир.

Отправил весьма оригинальным способом, который они гарантированно не забудут до конца своих дней. Да и как забыть то, что ты выступил в роли снаряда для метания. Хорошо ещё, что Йорик оказался невероятно метким и ни разу не промахнулся. Правда, совершенно не хочется думать о том, что такие снаряды могут натворить в лаборатории, когда окажутся в ней.

В том, что они смогут остаться целыми, я не сомневаюсь. Все пятеро невероятно сильные боевые маги, и выставление защиты для них уже давно должно стать рефлексом. Ну а если всё же покалечатся, то сами виноваты. Йорик прав, нечего им было катить на нас бочку и пытаться качать права. Но и он явно перегнул палку. Мы не успели показать разведчикам всё, что хотели.

— Дядю жалко, я хотела с ним немного прогуляться к какой‑нибудь местной растительности. Или поймать пару мелких зверьков. А на остальных плевать, — сказала Ленка.

— А мне вообще по барабану на всех. Хватит с них и того, что успели увидеть. Этого будет вполне достаточно, чтобы убедиться в безопасности нахождения в Пустоте. По крайней мере, на месте открытия портала. Со временем расширим защиту, а пока и так хватит, чтобы водить сюда небольшие группы. Человек по десять. Йорик, ты же не будешь против? — Гришка посмотрел на возмущённого гнома, который был красный, словно помидор, и продолжал что‑то бухтеть себе под нос.

Ведь ему изначально досталось от Меллиниэль за то, что наехал на гостей. Даже извиняться пришлось, а потом они вообще перешли черту, и гном уже не смог сдержаться. Поэтому сейчас ему было крайне важно заручиться нашей поддержкой. Когда вернётся Мелли, она же устроит ему такое…

— Не буду, если вы прикроете меня перед Мелли. Она уже скоро должна вернуться, и тогда…

Я не смог сдержаться и начал смеяться, отчего гном втянул голову в плечи и вообще превратился в бороду с глазами. Хотя и их почти не было видно. Затем ко мне присоединились Мира и Ленка, а Алёна с Шуриком и Лизой не понимали, чего здесь смешного. Они пока ещё плохо знали эту пару.

— Да ладно тебе, Йорик. Все, кто станет приходить в Пустоту, обязательно будут прихватывать с собой что‑нибудь вкусное из нашего мира. Тебе же понравился коньяк?

— Понравился, — буркнула борода. — Только его оказалось слишком мало. Буквально пару глотков и всё закончилось.

— Просто у тебя кружка на три ведра. Кто же знал, что ты будешь пробовать в своей крупной ипостаси.

— Не мог я иначе. Рядом появился кто‑то довольно сильный. А вы, гости. Вам нельзя заниматься всякой ерундой и отпугивать монстров. Даже Пожирателю нельзя. Он уже стал частью вашего мира. Вот я и… Э‑эх… Только губы смочил.

— Ладно, не сокрушайся. Обещаю, что в следующий раз мы притащим тебе целую бочку. А теперь, раз нам уже никто не сможет помешать, — я вопросительно посмотрел на Алёну, которая уверенно кивнула. Портал был защищён от гостей из нашего мира. — Давайте решим, когда отправимся на охоту и куда?

— А ещё нужно подумать, как действовать. Ведь никто ещё не пытался привязать порождение магии к обычным магам. Этим занимаются только всадники. И вообще, вы уверены, что оно вам нужно? У нас есть только теория. Весьма сомнительная и ничем не подкреплённая, — сказала Мира, обращаясь к Лизе, Алёне и Багратиону.

— Мы понимаем все риски, но всё равно хотим попробовать. Это же сможет перевернуть весь магический мир. И я всегда мечтала о магическом друге, — сказала Лиза, а остальные её поддержали.

— Чего тут решать, куда Мелли скажет, туда и отправимся. Эти детишки слишком слабы, а значит, и компаньона им нужно подбирать слабого. Таких в Пустоте очень мало, но они есть. Поэтому просто ждём, когда вернётся моя ненаглядная. Если не сможет найти она, то уже никто не сможет. И по поводу бочки я запомнил. А ещё этих, как их, зелёные такие, хрустящие, вкусные, что язык можно проглотить.