— Ты правильно сказал, — кивнул я. — Год беспошлинной торговли — приемлемая цена за успех такой операции.

Деций допил вино и поставил кружку на стол.

— Они ждут нашего ответа. И нашего отряда. Встреча назначена завтра, у подножия Волчьего Хребта. Фаэлан пришлёт двух своих лучших следопытов. Они будут нашими проводниками.

Он передал мне фигурку волка и камень.

— Это их знаки согласия. Волк — клятва Охотников. Весы — контракт Торговцев.

Я взял в руки эти грубые, но полные смысла символы. Союз был заключён. Хрупкий, основанный на недоверии и общей ненависти, но он был. Мы больше не были одни в этой войне. У нас появились союзники, знающие местность и готовые рисковать.

— Отличная работа, Деций, — я встал и пожал ему руку. — Ты превзошёл все мои ожидания. Теперь иди и отдохни. Ты заслужил.

Когда он ушёл, я повернулся к Авлу, который всё это время молча слушал, скрестив руки на груди.

— Ну что, центурион? Всё ещё считаешь их просто дикарями?

Авл медленно покачал головой.

— Нет, Логлайн. Это не дикари. Это волки. И хорошо, что сегодня они решили охотиться на нашей стороне.

Он был прав. И теперь моя задача состояла в том, чтобы эта охота оказалась удачной. Нужно было сформировать отряд, разработать детальный план и нанести удар, который заставит содрогнуться все Пустоши. Время разговоров закончилось. Начиналось время действий.

Разрушенная сторожевая башня, выбранная для встречи, торчала из земли, как гнилой зуб, — идеальное место для тайных дел. Отсюда, с высоты, открывался вид на многие километры вокруг. Любой, кто попытался бы устроить здесь засаду, выдал бы себя задолго до подхода.

Я прибыл в сопровождении лишь двоих — Деция и Авла. Деций был здесь как гарант договорённостей, человек, которого уже видели и которому поверили. Авл — как моя личная охрана и трезвый взгляд со стороны. Его боевой опыт был незаменим, он умел чувствовать опасность там, где её не видели другие. Мы оставили лошадей у подножия хребта и поднимались пешком, чтобы не шуметь.

У входа в башню нас уже ждали. Вернее, мы их не видели, но я чувствовал их присутствие. Это было похоже на ощущение, когда в тёмном лесу знаешь, что за тобой наблюдает волк. Наконец, из тени выступили две фигуры.

Фаэлан, вождь Охотников, был воплощением Пустошей. Высокий, сухой, как старое дерево, он двигался абсолютно бесшумно. Его лицо, покрытое сетью морщин, было непроницаемо, а глаза смотрели так, будто видели не тебя, а то, что у тебя за душой. Он не носил доспехов, лишь кожаную куртку и штаны, но его длинный нож в ножнах на поясе выглядел опаснее любого имперского гладиуса. Рядом с ним стояли два его соплеменника, такие же молчаливые и смертоносные, как тени.

Сайлас, глава Свободных Торговцев, был его полной противоположностью. Невысокий, плотный, он кутался в дорогой плащ из крашеной шерсти, подбитый мехом. Его пальцы, унизанные перстнями, нервно перебирали чётки из полированного обсидиана. Он не был воином, но его маленькие, быстрые глазки оценивали всё вокруг с точностью ростовщика, взвешивающего золото. За его спиной маячили четыре дюжих охранника в стёганых куртках и с короткими топорами на поясах.

— Имперец пунктуален, — проскрипел Сайлас, нарушая тишину. Его голос был маслянистым, но с металлическим привкусом. — Время — деньги, магистр. А риск — это тоже статья расходов. Надеюсь, ваш разговор будет стоить того, что мы мёрзнем здесь, вместо того чтобы сидеть у камина.

Фаэлан не сказал ни слова. Он просто кивнул мне, и этот кивок был красноречивее любой речи. Он признавал во мне равного для переговоров. Этого было достаточно.

— Мой разговор стоит гораздо больше, чем тепло камина, магистр Сайлас, — ответил я, входя внутрь полуразрушенной башни. — Он стоит жизней. Ваших и моих людей.

Внутри было чуть теплее. Кто-то развёл небольшой, почти бездымный костёр в старом очаге. Мы расселись на обломках камней. Я, Авл и Деций с одной стороны. Фаэлан со своими охотниками и Сайлас с охраной — с другой. Атмосфера была напряжённой до предела.

— Деций передал вам моё предложение, — начал я без долгих вступлений. — У нас есть общая цель — лагерь Рваного Клыка. У нас есть общий враг — Серый Командир. Но я предлагаю вам нечто большее, чем одну совместную вылазку. Я предлагаю вам систему.

Я развернул на большом плоском камне, служившем нам столом, карту Пустошей. Не имперскую, с её чёткими линиями и надписями. А грубую, нарисованную Децием со слов беженцев и охотников. На ней были отмечены не города, а источники воды, не дороги, а звериные тропы, не крепости, а места силы и опасные аномалии.

— Меньше слов, имперец, — прервал меня Фаэлан. Его голос был низким и рокочущим. — Показывай.

Я взял уголёк из костра и провёл на карте линию, соединяющую наш форт с территорией, которую контролировали Охотники.

— Вы, Фаэлан, — глаза Пустошей. Ваши люди знают каждую тропу, каждый камень. Вы видите врага задолго до того, как он подойдёт к нашим границам. Но ваша беда в том, что вы видите, но не можете быстро передать информацию. И вы не можете ударить по крупной силе в одиночку.

Затем я провёл вторую линию, к землям, где проходили караванные пути Сайласа.

— Вы, Сайлас, — нервы Пустошей. Ваши караваны — это кровь, которая несёт жизнь. Вы можете быстро передавать сообщения, перевозить грузы, оружие, людей. Но вы слепы. Вы не видите засаду, пока не попадёте в неё. И вы беззащитны без военной поддержки.

Я обвёл кружком наш форт.

— А мы, легион, — кулак. Мы можем нанести мощный, сокрушительный удар. Но мы неповоротливы. И мы тоже слепы и глухи без вас. Мы видим только то, что происходит у самых наших стен.

Я посмотрел на них. Они молчали, но я видел, что они поняли мою мысль.

— Я предлагаю объединить это. Создать сеть дозора и летучих отрядов — систему, где весть об угрозе мгновенно рождает карающий удар. — Я начал рисовать на карте сеть из стрелок и значков. — Ваши охотники, Фаэлан, становятся нашими передовыми разведчиками. Вы не вступаете в бой. Ваша задача — видеть и сообщать. Заметили отряд — немедленно передаёте информацию.

— Кому? — хмыкнул Фаэлан. — Голубю?

— Каравану Сайласа, — я повернулся к торговцу. — Ваши люди, Сайлас, становятся нашими курьерами. Вы создаёте систему летучей почты. Небольшие, быстрые группы на лучших лошадях, которые курсируют между вашими стоянками и постами Охотников. Получив донесение, они немедленно мчатся к нам. За каждую доставленную вовремя информацию — я плачу. Золотом.

Глаза Сайласа блеснули. Это был разговор, который он понимал.

— Всё это красиво, магистр, — сказал он. — Но риск — это товар, и он должен быть оплачен. Чем вы покроете возможные убытки моих людей, не говоря уже о моей прибыли?

— Взамен, получив информацию, я поднимаю свой кулак. Не весь легион, а небольшой, мобильный отряд. И мы бьём. Точно и сильно. Как в случае с лагерем Рваного Клыка. Мы уничтожаем угрозу до того, как она наберёт силу. В результате, Фаэлан, ваши земли становятся безопаснее. А ваши караваны, Сайлас, перестают грабить. Выгода очевидна для всех.

Я отложил уголёк. На карте теперь была не просто территория, а живая, дышащая система. Паутина, в центре которой находился наш форт, а её нити тянулись ко всем ключевым точкам Пустошей.

— Это клетка, — глухо сказал Фаэлан, ткнув пальцем в нарисованную мной сеть. — Вы хотите загнать нас в имперскую клетку. Сегодня мы докладываем вам о врагах, а завтра вы потребуете докладывать о каждом нашем шаге.

— Это не клетка, Фаэлан. Это паутина, — возразил я. — И мы в ней не паук, а лишь часть узора. Эта система защищает и вас тоже. Она даёт вам то, чего у вас никогда не было — информацию о том, что происходит за пределами вашего леса. И силу, способную защитить вас от врага, с которым вы не справитесь в одиночку. Я не прошу вас присягать Империи. Я предлагаю вам союз равных. Союз, скреплённый общей целью — выживанием.

Сайлас откашлялся.

— Я оплачу все расходы, — сказал я, опережая его вопрос. — И сверх того, как я и обещал Децию, вы получаете право на беспошлинную торговлю с фортом в течение года. Подумайте, какие это открывает возможности. Вы станете главным поставщиком для всего гарнизона.