В легионе тоже происходили перемены. Центурион Луций Молодой начал внедрять новые методы рукопашного боя в своём подразделении. Результаты впечатлили даже скептиков — солдаты демонстрировали приёмы, которых раньше не знал никто в легионе.

Декурион Гай Прогрессивный пошёл дальше — он ввёл в своём отделении систему поощрений за инициативу и взаимовыручку. Морального дух его людей заметно поднялся.

Но самым значительным достижением стало улучшение снабжения. Прямые контракты с честными торговцами позволили сэкономить около трети бюджета при повышении качества продуктов.

Легат Валерий вызвал меня на доклад:

— Логлайн, что происходит в снабжении? Экономия растёт, солдаты довольны, а Меркатор жалуется на дискриминацию.

— Просто честная конкуренция, господин легат. Лучшее качество по меньшей цене — что может быть справедливее?

— А эти аресты в городе? Октавий вдруг активизировался.

— Наверное, устал от беззакония. Или получил поддержку честных граждан.

Валерий внимательно посмотрел на меня:

— Надеюсь, это не приведёт к серьёзным конфликтам. Нам нужна стабильность.

— Настоящая стабильность невозможна без справедливости, — ответил я. — А справедливость требует наведения порядка.

Легат кивнул, но я видел в его глазах озабоченность. Перемены набирали обороты, и скоро кто-то обязательно попытается их остановить.

Вечером того же дня в Союзе за порядок состоялась экстренная встреча. Капитан Октавий принёс тревожные новости:

— Меркатор подал жалобу наместнику на дискриминацию торговцев. Обвиняет военных в создании незаконных преференций.

— А что наместник? — спросил центурион Луций Молодой.

— Пока молчит. Но давление растёт. Слышал, что городской магистрат тоже недоволен арестами.

Я понимал — начинается серьёзное противодействие. Но мы были готовы.

— Тогда ускорим темп, — решил я. — Чем больше результатов покажем, тем сложнее будет нас остановить.

Союз за порядок переходил к активной фазе деятельности. Экономическая война с коррупционерами начиналась всерьёз.

Рассвет застал меня за изучением карт. На деревянном столе были разложены три детальных схемы местности — моя работа последних недель. Отмечены не только дороги и поселения, но и торговые пути, места стоянок караванов, даже сезонные маршруты пастухов.

Стук в дверь прервал размышления. Входить разрешил, не отрываясь от карт.

— Логлайн? — осторожно поинтересовался знакомый голос.

Поднял голову. В проёме стоял Гай Дальний — купец средних лет с хитроватыми глазами и руками, покрытыми шрамами от верёвок. Один из тех, кто регулярно ездил в столицу провинции.

— Заходи, Гай. Как поездка?

— Выгодная, — ухмыльнулся он, входя и прикрывая дверь. — И поучительная.

Жестом предложил ему сесть на табурет рядом со столом. Гай с любопытством оглядел карты.

— Серьёзная работа, — заметил он. — Военная?

— Можно сказать и так. Расскажешь о том, что видел?

Гай Дальний кивнул. За месяцы сотрудничества мы выработали определённую схему — он передавал информацию, я иногда помогал ему с мелкими проблемами. Взаимовыгодно.

— В столице неспокойно, — начал купец, принимая кубок разбавленного вина. — Сенаторы что-то обсуждают за закрытыми дверями. Много военных в городе, больше обычного.

— Подробнее.

— Три дня назад в столицу прибыл курьер из центра империи. Срочный, с императорскими печатями. После этого наместник провинции созвал экстренное заседание.

Интересно. Наклонился над картой, отмечая мысленно новую информацию.

— Военные — это подкрепления или переброска?

— Скорее подкрепления. VIII Орлиный легион увеличил гарнизон столицы на треть. Говорят, ожидают беспорядков.

— Беспорядков? — насторожился я. — Каких?

Гай помялся, явно взвешивая, стоит ли говорить дальше.

— Ходят слухи про болезнь императора. Будто бы серьёзная. А принцы… ну, ты понимаешь.

Понимал. Борьба за престолонаследие — классика дворцовых интриг. И если слухи подтвердятся, вся империя может оказаться в состоянии гражданской войны.

— Ещё что-нибудь?

— Налоги повышают. Снова. На военные нужды, говорят. Купцы недовольны — прибыль тает.

Записал основные моменты на восковой табличке. Потом достал из сундука небольшой мешочек с монетами.

— Как обычно, — сказал, протягивая ему плату. — И Гай… если услышишь что-то о переброске легионов, сразу сообщай. Это важно.

Купец кивнул, пряча деньги.

— Понял. А у тебя есть ещё поручения?

— Да. Хочу расширить нашу… сеть знакомств. Знаешь надёжных людей, которые ездят в другие регионы?

— Есть несколько. Ланс Странник возит товары в три соседние провинции. Честный, но жадный до денег. Луций Тенёвой… ну, скажем так, не все его грузы проходят таможню, но зато он знает такие места, куда обычные торговцы не суются.

— Познакомишь?

— Без проблем. За дополнительную плату, конечно.

Усмехнулся. В этом мире всё покупалось и продавалось.

— Конечно. Организуй встречи на следующей неделе.

Когда Гай ушёл, вернулся к картам. Информационная сеть медленно, но верно расширялась. Пока что охватывала в основном местный регион, но уже давала ценные сведения.

Информация текла подобно реке. Нужно было просто направить её течение в нужном направлении.

Встреча состоялась в Железном кубке — единственной таверне в округе, где принимали торговцев дальних маршрутов. Место было выбрано не случайно: достаточно многолюдно, чтобы разговор не привлекал внимания, но не настолько шумно, чтобы мешать беседе.

Ланс Странник оказался именно таким, как описывал Гай — жилистый мужчина лет сорока с выгоревшими на солнце волосами и внимательными глазами. Его руки покрывала сеть мелких шрамов — следы долгих лет работы с грузами и упряжью.

— Гай говорит, ты интересуешься новостями, — сказал он без предисловий, усаживаясь за стол.

— Интересуюсь, — подтвердил я, наливая ему пива. — Работа такая.

— Военная?

— Не совсем. Скорее… аналитическая.

Ланс хмыкнул.

— Понятно. Ну что ж, новости у меня есть. Вопрос в цене.

Прямолинейно. Нравится.

— Зависит от качества информации. Расскажи что-нибудь для примера.

Торговец на мгновение задумался, очевидно, выбирая, чем можно поделиться бесплатно.

— В северных провинциях неспокойно. Через перевал Орлиного Гнезда проходит больше военных, чем обычно. И не наших.

— Как это понимать?

— А так и понимать. Варвары из-за гор активизировались. Три каравана за последний месяц пропали без вести. Местные власти говорят о разбойниках, но разбойники не оставляют такие следы.

— Какие следы?

Ланс покосился по сторонам и наклонился ближе.

— Магические. Я сам видел один из разгромленных лагерей. Металл плавился, словно его окунули в кузнечный горн. А на камнях — следы от заклинаний, которые я в жизни не видел.

Это меняло дело. Если варвары с севера применяют неизвестную магию…

— Часто ездишь в те края?

— Раз в два месяца. Выгодный маршрут, несмотря на опасности.

— А в другие регионы?

— В восточные провинции — регулярно. На запад реже, там конкуренция большая. На юг вообще не езжу — жарко для моих товаров.

Достал из кошеля пять серебряных монет.

— Вот тебе аванс. За регулярные отчёты о том, что видишь в дороге. Особенно интересует движение войск, настроения местного населения, слухи о политических изменениях.

Ланс пересчитал монеты и кивнул.

— Справедливо. А как часто отчитываться?

— После каждой поездки. Подробности записывай — даты, места, имена, если возможно.

— Записывать я не умею.

— Тогда запоминай. Встречаемся здесь же, в первые дни каждого месяца.

Сделка была заключена рукопожатием.

Вторая встреча в тот же день была с Луцием Тенёвым. Этот оказался полной противоположностью Ланса — низкорослый, худощавый, с быстрыми движениями и беспокойными глазами. Типичный контрабандист.