— Император распорядился, — ответила я. — Чтобы наши кланы помирить. Устроили династический брак.

— Что-то я не припомню, чтобы у Лунных была дочь по имени… Каллиста — он повернулся и прищурился.

Я пожала плечами.

— Я старшая дочь. И обо мне действительно мало кто знал.

— Отчего же?

— Я… не знаю. Мои родители мало распространялись обо мне.

— Так-так-так… — Стрик подался вперёд, потер ладони, хитро улыбнулся. У меня по спине пробежал холодок. — А чего это Лунные не обучили свою наследницу?  А магии у тебя какой уровень?

— Так нет ее у меня.

— А какая тогда есть? — его бровь поползла выше.

— Никакой.

— Бред. Открою один секрет. Если мама — драконица, а папа — дракон, то ты никак не можешь получиться неодарённым драконом.

— Я не смогла обернуться в драконицу. И магией Лунных не владею.

— А вот тут ты правильно уточнила. Магией Лунных ты можешь не владеть, если твоя мама-драконица нагуляла тебя от другого дракона — не её клана. Или если твой папа-дракон принёс тебя от другой драконицы, другого клана. Так что ты можешь обладать магией другого рода. Но ты должна была обернуться.

— Я не могу.

— Такс. Давай ещё раз пробежимся по тому, что ты только что услышала и запомнила. Ещё раз говорю. Если твоя мама — драконица и папа — дракон, не берём в моменте, кто именно гульнул на стороне из твоих предков, то ты в любом случае должна быть драконицей.

— А если… — во рту стало сухо, я хрипло спросила. — А если мой второй родитель чистокровный человек?

— Где же ты найдёшь, милая моя, чистокровных-то этих? Людишки самые первые поняли, что мешаться и спариваться надо с драконами — сильными, здоровыми, спящими на золотой куче, особями. Так и срок жизни будет больше, и человек болеть не будет хворями всякими. Раньше люди жили до семидесяти лет, а сейчас, милая, до скольки?

— Примерно до ста пятидесяти лет.

— А что это значит?

— Что они не чистокровные, а с примесью драконьей крови.

— Ну ты у меня будешь отличницей! — хохотнул старик. — Так что в одном родителе хоть пара капель дракона да будет, а другой, мать или отец, вообще чистокровные драконы. И значит, ты всё равно должна была обернуться. Почему не обернулась? Выбирай: твоя ящерка ленивая или трусливая?

— Отчего же сразу ленивая или трусливая, — всплеснула руками, стало обидно. — Я готова. Я хочу, но не выходит!

— Думай! — строго приказал старик.

— Я… эм…

— Я только что тебе урок преподавал по крови. Думай, что ещё может быть?

— Эм… я другого вида?

— В точку! Милашка! Ты у нас шкатулка с сюрпризом. И я её разгадаю.

— Не может быть.

— Такс! — снова стал серьезным хохочущий старик. — Договариваемся: ты не ставишь под сомнение мои слова. Никогда! Кто тут учёный муж — ты или я?

— Вы.

— Так-то лучше. Как найдём, какая у тебя магия, сразу узнаем грязные секретики твоей семейки. А нет ничего интереснее, чем получить компромат на врага.

— Эм…

— Да. Да. Урок следующий. Запоминай. Из любой информации можно извлечь выгоду. Надо подумать только, как её применить.

— Вы собрались шантажировать моих родителей связью с демонами? Вы ведь думаете, что я демоница?

— Ну, может быть, ты просто маленькая ленивая драконица, которая ещё не знает, какая в ней магия. Так что не переживай так. Единственный верный вывод — в тебе действительно есть магия, просто другая. Одному из родителей ты точно родная по крови. Хотя… — старик задумался, почесав бороду.

— В храме проверили. Я наследница крови Лунных.

— И что это значит?

— Мама — наследница деда. Мать мне точно настоящая.

— Мать точно настоящая… и это значит… м-м… — он прищурился.

— Я не буду это говорить вслух, — прошептала я, чувствуя, как в груди сжалось. Отец мне не родной.

— Ну как хочешь, — хохотнул учитель, словно всё понял. — Возвращаясь к вопросу о том, что я буду делать, когда узнаю грязный секретик твоей семейки… Я пока что просто собрался открыть шкатулку. А вот ещё один тебе урок: не торопись применять сведения. Выжди, подыщи время получше — и тогда воспользуйся. Такие сведения, как хорошее вино, требуют выдержки.

Учитель хлопнул в ладоши.

— Ну ладно. Прекращаем копаться в грязном бельишке!  Это мы с тобой потом проверим и решим. А пока… юная леди, — сказал он, — давай-ка посмотрим, чему тебя не научили в твоём благословенном клане. И чем мне, старому дураку, придётся заниматься ближайшие месяцы.

А потом он отошёл в сторону, покопался в одной из стопок. Вытянул совершенно старую, потрёпанную записную книжку и громко опустил ту на стол у окна, пальцем придав нужную страницу.

— Садись. Пиши ответы на вопросы. Не знаешь — не пиши. Или не знаешь, но что-то да напиши. Вперёд. Не мнись, не девоч… хм.  Такс. Нечего тут стоять столбом. Работаем!

Я покраснела от замечания учителя, что я не девочка. Но пропустила это мимо ушей. К бесцеремонности старика, кажется, нужно привыкать. И всё же — вместе с этим в нём было что-то такое, что располагало к себе, будто он видел меня насквозь, но не осуждал.

Только сейчас меня занимала ещё одна мысль, куда страшнее любых его насмешек. Страшнее любых уроков. Страшнее даже того, что он может вытащить наружу секреты моей семьи.

Гораздо страшнее было представить, что я не драконица. Лучше пусть моя ящерка будет очень милой и застенчивой девочкой, потому и не показывающейся, чем я буду демоницей.

Я подошла к столу, отодвинула деревянный стул и присела. Старик уселся на край большого стола, поднял свой блокнот и принялся там что-то писать, макая постоянно перо в мою чернильницу.

Я подвинула к себе его записную книжку со старыми и даже местами выцветшими записями, осмотрелась в поисках чистых листов, протянула руку во внутреннюю полку под столом и нашла там писчие принадлежности и очень много бумаги. Кажется, Кайден позаботился об этом заранее.

Всё достала и выложила на стол.

Прочитала первый вопрос — про виды магии — и улыбнулась. Я знала ответ, ведь хорошо подслушивала, как учили мою сестру. Но я немного замешкалась перед тем, как начать писать, потому что хотела запомнить этот миг. Тот самый момент, когда у меня был свой стол, свой учитель и своя бумага. И мне не нужно было прятаться в углу, чтобы меня не выгнали.

Но учитель понял всё по-своему. Он слегка наклонился ко мне:

— Но моё предложение остаётся в силе: можешь всё это игнорировать. Ещё никто не умирал от необразованности.

— Нет. Я… готова, — тихо сказала я.

Старик довольно щёлкнул пальцами.

— Ну вот и славненько. Давай начнём.____________________Мои хорошие. Поддержите, пожалуйста, книгу сердечками. Я буду вам очень благодарна🙏.

Если я думала, что учитель, которого звали лорд Байрон Дорн, ограничится вопросами на пару листов, то я очень сильно ошиблась.

Потому что на все его вопросы ушло ещё три дня. С утра до самого вечера он только и делал, что спрашивал, задавал вопросы, подсовывал мне свои старые блокноты.

Я должна была отвечать на всё. Знаю — не знаю, его не волновало, потому что я должна была хоть что-то написать: пусть это будет бред, выдумка — неважно.

А он сидел позади меня в своём удобном кресле. Даже притащил банкетку для ног, и по внешнему виду я поняла, что она была из кабинета Айсхарна.

И всё время вытягивал ноги, пил чай, ел булочки с корицей и ворчал, что они отвратительны, что его золоторукая Марта делала самые вкусные, и что он, как старый человек, очень плохо переносит новое, и что у него уже изжога от этих булок… но всё равно продолжал их есть и страдать.

И постоянно ворчал на Айсхарна. Мешал мне. Сбивал своими причитаниями с мысли. Не сразу, но я поняла, что он делал это намерено. Развивал мою устойчивость, как он сказал, учил терпению и концентрации.

Сложный человек — этот лорд. Я уже поняла, что он ничего не делал просто так. Каждое его слово и даже издёвка или насмешка была частью урока.