— Ну, что там⁈ — нетерпеливо дёрнула меня за рукав комбеза Милли.

— Есть, с-сыбаль! — не сдержал я эмоций. — «Якоря», девять штук! По городу разбросаны, как и в прошлый раз. Но места все другие.

— И что же делать⁈ — растерялась моя подружка. — Мы ж все здесь?..

— В первую очередь не паниковать, душа моя, — подбодрил ученицу профессор Дэвис. — И думать! Желательно головой, но это уже опционально.

— Всё, что угодно, но только не обнулять их! — зачем-то сообщил я конкретно ротмистру Фельдту. — Иначе будет, как в субботу! Везде и всюду не успеем, одновременно тем более не получится… так что работаем с каналом подпитки. Джон Аластарович, тут… всё в порядке? Я, если честно, не могу разобраться. Фон явно отличается, и в эфире какая-то суета…

— Отслеживай потоки между накопителями, Клим, — подсказал профессор. — Фон нестабильный, возможны пробои. Так что надо бы поаккуратнее. А то, не дай бог, как в прошлый раз получится…

— В какой ещё прошлый?.. — начал было я… и вынужденно отвлёкся: в эфире началось такое, что даже мне стало понятно, что явно что-то не так.

Несколько мгновений я просто стоял в непонятках, но вскоре сознание справилось с потоком новой информации, и визуализировало эфирную вакханалию в виде гудящей сети коронных разрядов, охватившей помещение по периметру. В реальности, конечно же, ничего даже близко похожего не наблюдалось, это же магическая энергия, которая мана, прана, саирин и ещё с десяток названий, а не банальное электричество! Её только маги и видят, причём каждый по-своему. Хотя что-то общее с шаговым напряжением при утечках тока в землю найти при желании можно…

— Стоим, не двигаемся! — на долю секунды опередил меня Дэвис. — Клим, попробуй… погаси их!

— Кого⁈ — не сразу дошло до меня.

— Кристаллы! — пояснил Джон Аластарович. — Гаси! Интерференция! Волны в противофазе! Волны гасят ветер, понимаешь? У тебя получится, мальчик мой!

— Понял!

Вот что значит профильное образование! А я всё голову ломал, что да как. А оказалось предельно просто — на любое действие есть противодействие. А в случае с волнами — не важно, какой природы — это просто само собой напрашивается. Но, опять же, есть и другая сторона: может и резонанс возникнуть, и тогда большого бабаха не избежать. Поэтому внимательней, Клим. Не торопись. Всё ты можешь. Всё у тебя получится. Ты геомант с двумя инициациями! У тебя такое взаимодействие должно на инстинктивном уровне получаться… самопроизвольно. Просто расслабься и плыви по течению! По воле электромагнитных волн, хе-хе…

— Всё, достаточно! — прервал меня Джон Аластарович. — Не перебарщивай, мальчик мой. Мы же не хотим вспомогательные серверы обесточить?

— Ну да, это было бы лишним, — очнулся я. — Это что же… у меня получилось? Я их… обрезал?

— Скорее, погасил, как я и предлагал, — ободряюще улыбнулся Дэвис. — Вот что значит талант! Смотри и запоминай, Милли!

— Да, профессор! — злобно зыркнула девица, но почему-то не на Джона Аластаровича, а на меня.

Неужто завидует? Было бы чему!

— И не расслабляемся, дорогие мои, не расслабляемся! — обратился проф уже ко всем присутствующим. — Сдаётся мне, сейчас будет вторая серия. Но не исключаю и третьей с последующими!

Естественно, профессор Дэвис оказался прав: мне пришлось ещё трижды утихомиривать эфирную вакханалию, прежде чем кто-то из рейдеров нанёс Кхамулу финальный удар, и очередной босс Маннус Флексуса оказался повержен. Последовавшая сразу после этого вакханалия цифровая, в виртуальности, оглушила меня похлеще энергомагической, и я, бросив беглый взгляд на экран, оповестил соратников:

— Есть! Этого грохнули. Не помогла подпитка.

— То есть… сработало?.. — не поверила сама себе — да и мне заодно — Милли.

— Ещё как! — ответил я широкой улыбкой. — Есть метода! Действующая! Назар Лукич, что с оперативной обстановкой?

— Сигналов о магических аномалиях не зафиксировано, — подал голос до сих пор скромно помалкивавший Купфер. И технично переадресовал вопрос ротмистру: — Альберт Иммануилович?

— Без изменений, — отозвался Фельдт. — Работаем.

И повернул голову в глухом шлеме так, будто устремил на Джона Аластаровича взгляд — то ли испытующий, то ли вызывающий. Поди, разбери за забралом! Но у меня почему-то сложилось впечатление, что таким вот незамысловатым образом опричник хотел донести до профессора нехитрую мысль, мол, а я что говорил? А вы не верили!

— Тогда я своим в игре передаю, чтобы шли дальше, — поспешил я сгладить возникшую неловкость.

— Давай, мой мальчик, — не сводя глаз с Фельдта, кивнул Дэвис.

И знаете что? Взгляд Джона Аластаровича мне очень не понравился! Очень уж он вдруг стал жёстким и колючим. Я раньше такого и не видел. Наверное, недостаточно косячил, чтобы удостоиться. А вот ротмистр сумел. Силён мужик! Но вопрос по-прежнему оставался в силе: да что у них тут за тёрки такие⁈ И почему, с-сыбаль, молчит Клим-твердянский⁈ Ладно, пофиг! Где тут у меня Пастор Шварц?..

— Ну и где он? — поинтересовался в пространство эльф Наиль. — Эй, Великий! Как тебя там⁈ Выходи! Биться будем!

— Не идёт? — с сочувствием уточнила через несколько секунд Диана. — А ты погромче крикни! И как-нибудь пообидней! Вы, эльдары, это умеете.

— Чего это сразу эльдары⁈ — окрысился Наиль, но тут ему на плечо легла длань Облома, под тяжестью которой он натурально согнулся:

— Всё, хватит ерундой страдать! Сейчас я его сам подразню!

Вот это молодец, вот это правильно! Вар он на то и вар, у него, особенно в танковом спеке, соответствующих абилок даже с запасом. Но… как, чёрт возьми, ты собрался раззадоривать босса, если его, босса этого самого, ни слуху, ни духу? Ни на вымощенной чёрным камнем площади у Серой башни, ни в её приёмном зале, вид на который открывался сквозь распахнутые Врата? Но я свои дофига умные мысли предпочёл оставить при себе — некогда мне сейчас материализовываться в Хворого, а вот так, бестелесно, напрямую на соответствующий канал связи цепляться — это прямейший путь к палеву. Не нужно пока никому знать, что я и кто я. Пастор не в счёт.

К счастью, и без меня нашлось, кому остудить горячие головы.

— Так, успокоились все! — велел жрец Прокл. — Сперва я Тень прощупаю, а потом, если всё в порядке, Наиль пойдёт! Посмотрит «воровским взглядом»!

— Это я запросто, — оживился эльф-рога. — Только Светоноша пусть подстрахует! Он как новогодняя ёлка светится, от него даже в углах Тень не спасает!

— Эт можно, — солидно пробасил паладин. — Но ты тогда под ногами не пу… — прервался он на полуслове и, как заворожённый, во все глаза уставился на основание Серой башни.

И не он один, справедливости ради, а весь личный состав рейда. По той простой причине, что договорить нашему «воину святу» помешал… всеми ожидаемый виновник торжества! Никто не понял, откуда он взялся, но вот только что его не было, и вот он уже есть! Соткался из вибраций и марева в самом центре привратного зала башни, втянул в себя многочисленные туманные рукава, тентакли и щупальца, выпустил облако тьмы, что твоя каракатица… и в единый миг, за одно еле уловимое глазом мерцание, перенёсся на площадь, бесцеремонно оттеснив защитной аурой игроков из числа тех, кому не повезло оказаться у него на пути. Почему не повезло? Да потому что первое же касание силового поля едва ли ни ополовинило шкалы здоровья и выносливости, почему-то не затронув ману.

— Фига се! — возмутился Наиль, попавший в число таких «счастливчиков». — Ну и как тебя бить, Великий… кхм?.. Просто Великий!

— Никак! — рыкнул Облом, и заорал, что было мочи: — Отходим! Отходим все! Дистанцию держим! Латники, цепь! Дистанционщики — палите из всего, что есть! Кастеры — то же самое!..

Ну вот и всё. Пошла жара. Народ включился в работу, переборов первую растерянность, да и, чего греха таить, некоторое разочарование: мы-то были уверены, что как только доберёмся до Великого Кого-то Там, так он сразу же Кем-то Там быть и перестанет! Переродится прямо на глазах изумлённой публики! Да и Ганс примерно так же процесс описывал. А тут ничего даже близко похожего! Призрак и призрак. Только здоровенный, и продолжает разрастаться! Вон, уже больше ворот башенных стал! То есть раза где-то в два крупнее Кхамула, своего последнего клеврета. Но в целом такой же «назгул», разве что с менее чётким абрисом и жуткими алыми буркалами под капюшоном… кста-а-а-ати! Чего-то мне это напоминает… да ведь, Клим? То есть, я хотел сказать — Фима?