— Но позвольте нам хотя бы попытаться! Нас здесь трое геомантов, мы можем попробовать слить излишки энергии в землю… или в Волгу… пустить мимо коммуникаций! И тогда Великому ничего не достанется!

— Попытаться? — хмыкнул Фельдт. — Предпочитаю действовать с гарантией, профессор!

— Эх, как же всё-таки жаль, что ты не стал Хранителем, Клим! — сокрушённо покачал головой Джон Аластарович. — Ведь это как раз для него работёнка!

— Хранителем⁈ — прифигел я. — Как Слонопотам? Или Грифон? Вы шутите, надеюсь⁈

— Ничуть, Климушка! Ничуть! По всей логике событий тебе была уготована именно эта участь! — заверил профессор. — Но что-то, к сожалению, пошло не так!

— К сожалению для кого⁈ Уж точно не для меня!

— Для общества! Ты должен был служить на его благо!

— Да вот ещё! Как вы вообще себе это представ…

Громкий хлопок за спиной заставил меня заткнуться на полуслове, а волна озона, накатившая с того же направления, вынудила обернуться. И обернувшись, я узрел то же, что и все остальные, а именно — живописную парочку, застывшую чуть ли ни в обнимку, через пару мгновений изрёкшую дружное «Ять»! Сдвоенное, одно вальяжно-бархатистое, второе — командно-раскатистое. И да, тот из пришельцев, что выражался баритоном, был пониже ростом, поплотнее, с намеком на пузико и в дорогом даже на вид костюме-тройке. А вот второй щеголял парадным мундиром Воронцовского опричного полка… командиром которого сам же и являлся! То бишь нас почтил визитом светлейший князь Воронцов, Георгий Михайлович! Кавказский наместник! А вот кто второй?..

— Василий Иоаннович, ваше высочество! — ожил Джон Аластарович, эмоционально всплеснув руками. — Голубчик! Спаситель мой! Как же вы вовремя!

— Э-э-э… вовремя для чего? — удивлённо задрал бровь вальяжный господин. Потом к чему-то принюхался, скользнул любопытным взглядом по пещере, и вслух поинтересовался: — А что это вы тут устроили, господа мои? Ну и дама, конечно же?

— Да, мне тоже интересно! — поддержал… царевича⁈ А ведь реально же царевич Василий, средний из братьев! — светлый князь. — Наводки такие, что едва сумел прицелиться! А тут расстояние по прямой километров пять, не больше! Так что тут, вы говорите, творится?

— Разрешите доложить, ваше высочество⁈ — пришёл в себя командир ГОРовцев. — Ротмистр Фельдт, группа оперативного реагирования, жандармская команда Корсакова-Волжского!

— Докладывайте! — махнул рукой Василий Иоаннович. — Только быстро и по существу!

— Получено подтверждение на запрос об экстренной нейтрализации потенциального Прорыва, ваше высочество!

— Это в каком же смысле экстренная нейтрализация⁈ — в голос возмутился царевич. — Никак, решили мне энергостанцию разнести?

— Так точно, ваше высочество! Получено подтверждение на запрос об экстренной ней…

— Я понял! — прервал ротмистра высокопоставленный визитёр. — И кто же подтвердил? Стольник Ратного приказа?

— Так точно!

— Ох уж этот Дмитрий! Везде его людишки успевают! — покачал головой Василий Иоаннович. — Слушай мою команду, ротмистр! Уничтожение запрещаю! Категорически! Слово и дело государево!

— Так точно, ваше высочество! — щёлкнул каблуками Фельдт. — Слово и дело государево! Иванов, Петров! Отставить подрыв!

— Есть, господин ротмистр!

— Так что тут происходит? Не соблаговолите ли пояснить, любезный мой Джон Аластарович? — укротив не в меру рьяных опричников, переключился царевич на Дэвиса. — Инцидент нового типа?

— Это лишь одна из версий, ваше высочество! А вторая — попытка бегства оцифрованного попаданца из игры в реальность! Но я её не поддерживаю, это гипотеза Клима!

— А военные чего так возбудились? — обменялся царевич недоумённым взглядом с князем Воронцовым. — Это ж надо было учудить — магическую энергостанцию разнести⁈ На полном серьёзе! А о последствиях кто-нибудь подумал⁈

— Именно о них мы и подумали, ваше высочество! Василий Иоаннович, голубчик мой! Поверьте, я отстаивал объект, как мог! Но без вашего вмешательства, боюсь, ничего бы у старого Джона Аластаровича не вышло!

— А что за портал над Муранским бором, не подскажете? — вернулся царевич к сути. — Откуда? Куда — это понятно!

— Из игры в реальность, ваше высочество.

— Уверены, Джон Аластарович?

— Насколько это в принципе возможно, ваше высочество! — развёл тот руками. — Звучит, конечно, крайне неправдоподобно…

— Зато весьма интересно! — перебил профессора царевич. — И очень перспективно! Так что отставить вандализм! Что мы можем сделать? Если не ломать и не крушить?

— Да вот как раз перед вашим появлением, Василий Иоаннович, голубчик, я и пытался достучаться до ротмистра Фельдта! — наябедничал Дэвис на главного ГОРовца. — А он, знай, своё твердит: без гарантий! А мы наверняка сделаем! А что наверняка⁈ Город с землёй сровняете? Это уж точно! Здесь работа для Хранителя, но за неимением такового есть вариант обойтись собственными силами… хотя, сложись обстоятельства чуть иначе…

— Это вы о чём, Джон Аластарович? — насторожился царевич Василий. Потом как-то странно на меня покосился и хлопнул себя по лбу: — Ну да, точно! Как же я сразу-то не сообразил⁈ Подойдите ближе, молодой человек, я не кусаюсь! — поманил он меня пальцем, и я, сам того не желая, зашагал к нему на ставших вдруг деревянными ногах.

— Я вас слишком хорошо знаю, дорогой мой профессор, чтобы подвергать сомнениям ваши слова! — объявил царевич во всеуслышание. — Слишком долго и тесно мы с вами… э-э-э… работали на благо родного государства. И повода до сих пор вы не давали. Ну а те абсурдные обвинения в вашу сторону — на то они и абсурдные. Забудьте. И не вспоминайте больше никогда! Все вы! Вы меня поняли, господа? Ну и дама тоже?

Фига се! А чего это все закивали этакими безмолвными болванчиками? Что тут вообще происходит, с-сыбаль⁈

— Хорошо! — удовлетворённо поджал губы царевич. — Ну а теперь разберёмся и со второй проблемой! Джон Аластарович снова прав: кому, как не Хранителю, по плечу эта задача? Вот и я говорю — никому. А значит, Хранитель сейчас пойдёт в Хтонь, и всё уладит. Верно я говорю, Хранитель? — уставился он мне прямо в глаза.

Чего⁈ Хранитель⁈ Я⁈ Да с какого это перепугу⁈ Да он вообще осознаёт, какую пургу гонит⁈ При всём уважении к царственной особе, конечно же⁈

Но вместо всего этого я лишь покорно кивнул:

— Да… ваше высочество!

— Слово и дело государево! — дополнительно нажал тот голосом.

— Слово и дело! — повторил я.

— Ну так поди и сделай, Хранитель! — ободряюще хлопнул меня по плечу Василий Иоаннович… и я уже привычно окунулся в царство электромагнитных взаимодействий, скользнув вдоль безошибочно определённого на подсознательном уровне канала связи в кэш «Ратного дела» и дальше, в сам виртуальный мир, в локацию Маннус Флексус…

— А теперь попрошу минуточку вашего внимания, братья! — проделав некие манипуляции с голографическим интерфейсом «умного кабинета», объявил бархатистым голосом его хозяин — довольно упитанный импозантный мужчина в строгом костюме-тройке от лучшего портного Ингрии.

И трое разновозрастных, но таких похожих друг на друга мужчин — рыжебородых, разноглазых и весьма породистых, расположившихся в роскошных креслах не менее роскошного кабинета, уставились на большой — во всю стену — проекционный экран, пока что демонстрировавший лишь затейливый логотип известного на всё Государство Российское (да и не только) игрового видеоблогера. Единственное, взгляды их выражали совершенно разные эмоции: младший, в синем профессорском мундире, косился на картинку с живым любопытством, второй гость, в военной форме, он же по возрасту самый старший из трёх, всем своим видом выражал скепсис, ну а хозяин излучал самодовольство — мол, вот я какой молодец! Смотрите и учитесь!

А на экране тем временем случились некие подвижки: вместо логотипа появился броский заголовок «Великий Кто-то Там повержен!», затем дата — вчерашний день — и, наконец, чёрный фон уступил место собственно движущейся картинке — фотореалистичной, в высоком разрешении, но нарочито-вычурной, чтобы с первого взгляда зрителю было понятно, что демонстрируется некое внутриигровое событие. И не просто какое-то рядовое типа банального рейда, а нечто уникальное и ранее невиданное! На это настраивала и пафосная музыка, и общий план справа налево с последующим пролётом камеры над головами толпы игроков, поражавшей пестротой и многообразием… и, как кульминация, фокус на огромном, возвышающимся раза этак в четыре над самым крупным из рейдеров неигровом персонаже. Пока что он более всего напоминал гипертрофированно раздутого призрака в старой драной хламиде и с горящими алым буркалами под капюшоном. Над его головой красовалась надпись «Великий» и цепочка вопросительных знаков, а ещё он то и дело плыл и искажался под ударами магии и дистанционного оружия, но оные «комариные укусы» стоически игнорировал, занятый каким-то своим непонятным делом.