Но куда сильнее меня поразило не внешнее преображение Великого… теперь уже Дьяблы! Нет. Куда хуже оказался… самый натуральный портал! Этакий разрыв в виртуальной оболочке игрового мира, окаймлённый пламенным кольцом. Так-то портал и портал, бог бы с ним. Но! В нём, внутри, явственно проступали контуры до боли мне знакомых высоток Корсакова-Волжского, в том числе и офисного здания ООО «Метелица»! А он, портал этот, ещё и разрастался — сначала быстро, рывком, потом медленно, но безостановочно. Я бы сказал, неодолимой поступью самого рока! Ну или фатума, не суть!

И мало того, ещё и эфир как с ума сошёл — энергетические потоки загудели, завибрировали, перемешались и спутались, отчего у меня банально заложило уши. Да что там! Даже в воздухе электричество чувствовалось — безумная статика! А это однозначно не к добру!

— А ведь я предупреждал! — подозрительно спокойно произнёс вдруг Джон Аластарович. — А ведь я говорил! Пророчил даже! Но кто такой Джон Дэвис, чтобы к его мнению прислушиваться, верно, Альберт Иммануилович?

— Да не так там всё было! — огрызнулся Фельдт, натурально порвав мне шаблоны — уж от кого-кого, но от ротмистра я такого не ожидал. — По всем признакам не так!

— Конечно, не так! — хмыкнул Джон Аластарович. — Тогда мы с совершенно другим процессом дело имели! С противоположно направленным, если хотите!

— То есть вы полагаете, что Хозяин попытается исторгнуть Хтонь из виртуальной реальности в физическую? — задумался Фельдт. — Но ведь это же даже не инцидент, это…

— Прорыв! Совершенно верно! — подтвердил Дэвис. — И что с этим делать — решительно непонятно!

— Да как раз понятно! — перебил его ротмистр. — Методика отработанная! А здесь и сейчас даже проще, чем где-либо — вот он, источник! — ткнул он пальцем в центральный энергокристалл. — Разрушим его, и процесс прервётся!

— Разрушим его, и получим колоссальный выброс магической энергии! — парировал Джон Аластарович. — И ещё большой вопрос, от чего ущерба будет больше! Так что я категорически против! Категорически! И решительно воспрепятствую любой попытке физического воздействия на объект, так и знайте!

— Я отправил запрос на согласование! — лязгнул голосом Фельдт. — Всем оставаться на своих местах! При попытке противодействия открываем огонь на поражение! Иванов!

— Я!

— Петров!

— Я!

— Подготовить подрывные заряды!

— Есть, господин ротмистр!

— Даже и не думайте! — предвосхитил тот порыв Джона Аластаровича. — Это дело в ведении опричных войск! Доклад ушёл, ожидаю подтверждения! А до того момента любое движение трактую как попытку сопротивления!

— Ты же ведь помнишь, что в прошлый раз в аналогичной ситуации произошло, а, Альбертик? — перешёл на увещевательный тон профессор Дэвис. — У Клима не спрашиваю, вижу, что он не в курсе! Да и вряд ли бы у него получилось столько времени водить за нос старика-профессора! Уж я бы его раскусил!

— О чём это вы? — поморщившись от резко усилившегося зуда в ушах, уточнил я. И уставился прямо в глаза профессору: — Джон Аластарович? Вы ничего мне не хотите рассказать?

— Увы, не хочу! — вздохнул тот. Но сразу же заявил впику самому себе: — Не хочу, но должен! И, более того, обязан! Верно, Альберт Иммануилович?

— Да делайте, что хотите! — рявкнул ротмистр. — Только на месте стойте! И никаких манипуляций с эфиром!

— Да о чём вы все⁈ — натурально возопил я. — Какой прорыв⁈ Какая, с-сыбаль, аномалия⁈ Это Фима, сучий потрох, от нас решил смыться! Прямо в реальность! Поэтому и энергию всю на портал перекинул — ему нужно в него поместиться! И всё! Готово! Годзилла в Корсакове-Волжском! Мы же его потом танками и конвертопланами не загасим! Бомбить придётся! С самолётов!

Однако мой глас вопиющего в пустыне абсолютно никого не впечатлил. Мало того, тот же Фельдт строго рыкнул:

— Не несите бред, Вырубаев!

— Да-да, Клим, чушь-то не городи! — поддержал его поручик Купфер.

— Да вы не понимаете! — схватился я за голову. — Надо хотя бы Макса предупредить! И Ефима Егорыча!

— И что тогда? — полюбопытствовал Джон Аластарович.

Подозрительно спокойно полюбопытствовал, и этот его тон подействовал на меня отрезвляюще. По крайней мере, я хотя бы паниковать перестал. И поневоле задумался: а ведь и впрямь, что тогда? Что они сделают-то? Даже если будут предупреждены? Вернее, особенно если будут предупреждены? Как бы ни попытались следы замести, вместе с нами со всеми…

— Так о чём вы мне хотели сообщить, Джон Аластарович?

Ну а чего? Всё равно пока что мы по рукам и ногам связаны — фигурально выражаясь. Фельдт настроен предельно решительно, а Купфер и не возражает. Значит, что? Правильно! Значит, и мне не стоит рыпаться. Лишь бы Милли какой-нибудь фортель не выкинула… поэтому лучше её отвлечь. А скандал чем вам не отвлекающий маневр? Даже больше того — откровенная свара?

— Теперь уже и не знаю… — пошёл на попятный профессор, но за меня неожиданно впрягся — кто бы вы думали? — ротмистр Фельдт!

— Это он тебя тогда по мозгам долбанул, Клим! — буркнул он. — Ну, в тот день…

— Да вы уж договаривайте, ротмистр, будьте так любезны! — ухмыльнулся — и довольно глумливо — Джон Аластарович. — Так и скажите: отделение ГОР прибыло по тревоге на сработавшую магическую сигнализацию, чтобы обезвредить и по возможности задержать авалонского шпиона!

— Так это вы⁈ — дошло, наконец, до меня. — Тот авалонец-менталист? Ну, который Климу-твердянскому обнуление мозгов устроил⁈

— Скажешь тоже — менталист! — замахал на меня руками профессор Дэвис. — Не было такого! Сам же знаешь, я геомант!

— Ещё скажите, что вы не авалонский шпион! — угрюмо хмыкнул ротмистр Фельдт.

— Нет, почему же? — возмутился проф. — Шпион! Только не авалонский, а наш, исконный-посконный! Промышленный! В отставке! А к авалонцам я никакого отношения не имею, о чём и заявляю со всей ответственностью! В очередной раз! Ну, разве что, папенькой не удался! Но это мне в вину вменить не получится! Родителей не выбирают!

— А чем же вы тогда тут занимались⁈ — окончательно вышел из себя Фельдт. — Кроме как вредительством и диверсией не назвать!

— Я осуществлял техническое обслуживание магических преобразователей! — на голубом глазу заявил Джон Аластарович. — А вы тут ворвались и начали требовать странное! Магические аномалии предъявлять! Которых я, между прочим, в глаза не видел!

— А зачем же тогда Клима долбанули⁈

— Да не я это! На него кристалл вспомогательный разрядился! Он слишком близко к нему подошёл, вот и пробило воздушный зазор! Альберт Иммануилович, голубчик! — взмолился профессор Дэвис. — Ну ведь выяснили же уже всё! Восстановили последовательность событий! Наше с вами недоразумение по злой прихоти судьбы совпало аккурат с моментом зарождения Хтони! Отсюда и все внешние проявления! Но мы же этого в тот момент не знали! Да и знать не могли! Хоть ты-то мне, Клим, веришь? — умоляюще уставился он на меня.

Вот это, конечно, спросил! А я знаю⁈ И Клим-твердянский молчит! Или… для него это тоже откровение? Причём такое, которое всё объясняет? Эй! Ну кивни хотя бы, с-сыбаль!

«Да…»

Ф-фух! Прямо гора с плеч! Очень ведь не хотелось Джона Аластаровича на ноль множить, как того требует клятва самому себе, вернее, почти выветрившемуся из памяти альтер эго… или ты меня от неё освобождаешь? Освобождаешь же, Клим?

«Да…»

Вот и славно!

— Пожалуй, верю… — начал было я, но ротмистр Фельдт вдруг отрывисто бросил в пространство:

— Запрос принят. Ответ положительный. Дополнительное указание: к исполнению приступить незамедлительно! Иванов! Петров! Приступайте!

— Так точно, господин ротмистр! — бодрыми кабанчиками ломанулись опричники к главному кристаллу.

— Но постойте! Ведь можно же как-то иначе…

— Увы, профессор! Риск слишком велик! Ситуацию на самотёк пускать нельзя. Не в этот раз! — остался непреклонен Фельдт.

— Ну хоть вы ему скажите, Назар Лукич!

— Не могу, Джон Аластарович! — развёл руками Купфер. — Мы одной ведомственной принадлежности, но у господина ротмистра в данном случае приоритет. И указание вышестоящей инстанции. Так что увы!