— А ты смеяться не будешь?

— Ничего не могу обещать! Рассказывай, давай!

— Ладно…

Рассказ мой — а кто бы в этом сомневался? — порядочно затянулся. Минут двадцать, наверное, я из себя выдавливал хоть что-то внятное. Ну, с моей точки зрения. А вот Милли мой жалкий лепет вполне устраивал, она даже умудрялась зацепиться за кое-какие детали и задать уточняющие вопросы, причём удивительно уместные! Я даже начал что-то подозревать, однако облечь смутное предчувствие в слова не успел — на том месте, где я каким-то вывертом логики принялся описывать свои видения во время замеса с големом, Мила прервала меня решительным жестом и заявила:

— Да ты ведь никакой не воздушник, Вырубаев!

— А кто тогда⁈ — опешил я. — Сами же сказали! Вдвоём! Молнии и всё такое…

— Нет, то, что ты стихийник — это точно! — успокоила меня подружка. — Но не воздушник. Ты… я, конечно, могу ошибиться, но…

— Да говори уже!

— В общем, очень велика вероятность, что ты, Клим, теперь мой коллега.

— Геомант⁈ — сделал я глаза по полтиннику. — Но… почему⁈

— По совокупности признаков, — пожала плечами Милли. — Всё, что ты тут живописал, прекрасно укладывается в общепринятые магические концепции геомантии. Стихии земли, если хочешь. Ну, одной из её сторон! Такая вот у тебя узкая специализация — геомагнитный фон ощущать. Может, со временем и воздействовать на него научишься. И это очень похоже на мои собственные способности. Только изрядно ослабленные. И то не всегда! — предвосхитила она мой следующий вопрос.

— А почему?

— А потому что — не знаю, как это тебе удаётся — но вся электроника служит для тебя усиливающими контурами! Особенно вирткапсула! И тебе бы, по-хорошему, в ней торчать! И нам дорогу показывать.

— Кому это — нам?

— Группе поддержки, кому же ещё?

— Какой поддержки?.. — окончательно упустил я нить рассуждений подружки.

— Операционной! — отрезала Милли. — Клим, не тупи! У тебя есть уникальная способность, и нужно её задействовать по максимуму! А не по городу таскаться в поисках неведомо чего!

— То есть ты предлагаешь…

— Внимание всем экипажам! Аномалия в торговом центре «Муранский»! — внезапно ожила радиостанция патрульной машины. — Предположительно сложный конструкт магической природы! В противодействие не вступать! Обеспечить эвакуацию гражданского населения и охрану опасной зоны! Внимание всем экипажам!..

— «Два ноль седьмой» принял! — доложился я диспетчеру, и приглушил звук — нечего на нервы действовать. — Мил? Ну теперь-то хоть что-нибудь чувствуешь? Это всего в трёх кварталах отсюда!

— Да знаю я! — с досадой отозвалась та. — Но… нет! Ничего! Поехали поближе, может, там?.. Хотя вряд ли. Да и ты тоже эфир пощупаешь. И это не обсуждается!

— Ладно, — не стал я спорить.

Ну а смысл, если она оказалась во всём права? Особенно в том, что вряд ли. Ничего мы не почуяли. Я, потому что толком не знал, что искать, да и мифический «эфир» пока что для меня был пустым звуком — всё, что я видел, это электромагнитное взаимодействие. А его вокруг было столько, что я тупо терялся в хитросплетениях нитей, туманных рукавов и просто мерцания. А Милли… она, похоже, по аналогичной причине.

Зато удалось поглазеть на работу профессионалов из ГОР. И вынужден признать, что парни справились с угрозой не то, чтобы совсем легко, но и без особого труда. И даже с неким изяществом. Впрочем, в рядах свидетелей мы постарались не задерживаться, и благоразумно слиняли куда подальше, поскольку не испытывали ни малейшего желания подвергаться процедуре экспресс-опроса. Нас и без того ждал разбор полётов, причём нешуточный. Макс мне лично пообещал! Ну а я ещё и Милли с собой прихватил, в качестве эксперта.

Опять же, потом её под шумок можно будет в «Орду» затащить, типа, ужин в компенсацию неудобств. И чтобы неудачу заесть. Со всеми вытекающими, хе-хе. Надеюсь, не откажется. Да и если откажется, невелика беда. Просто погулять по вечернему Корсакову-Волжскому тоже неплохо. Особенно под ручку и с кошкой на шлейке.

— Ну что, готов, Клим? — непривычно серьёзно глянула на меня Милли.

— Как штык! — вытянулся я во фрунт и даже попытался щёлкнуть каблуками, но всего лишь глухо шлёпнул пятками — голыми, хе-хе.

— Да я уж вижу! — случайно опустив взгляд чуть ниже, чем следовало, прыснула со смеху моя подружка. — Прямо в полной боевой готовности! Вырубаев, ты хоть к чему-то можешь относиться серьёзно⁈ Вот нафига ты тут в одних труселях рассекаешь⁈ Демонстрируешь бедной девушке… э-э-э… до какой степени рад её видеть!

— Ну… я, так-то, дома! — отмазался я. — Да и ты сама хороша! Это, по-твоему, домашняя одежда⁈

— Ну да!

— Шортики одно название и… верх от топика⁈ Даже без рукавов⁈ Ц-ц-ц! Пупок наружу, ляжками сверкаешь… и ты мне тут ещё какие-то претензии выкатываешь⁈ В том, что у меня на всё это нормальная мужская реакция⁈

— Э-э-э… ну да, извини, не подумала… — скромно потупилась Милли. — Льда принести?

— Вот спасибо, сударыня! Вот это от души, так от души!

— Мя-а-а-а-у!

— Изольда! — возмутилась моя гостья. — И ты туда же⁈ А как же наша женская солидарность⁈

— Мя-а-а-а!

— Правильно, Изольдочка! — нагнувшись, потрепал я питомицу по холке. — Солидарность солидарностью, а кормит тебя грубый шовинистический мужлан!

— Лезь в капсулу, мужлан! — прекратила дурачиться Мила. — Не дай бог сейчас этот твой Макс названивать начнёт!

— Ничего страшного, как начнёт, так и закончит, — легкомысленно отмахнулся я. — Работа у него такая — ждать и догонять. Ну и душнить ещё, до кучи.

— Да ты видел, какой он был красный⁈ Я думала, его под конец удар хватит! — припомнила обстоятельства разбора полётов Милли. — Он, наверное, только из-за меня так редко матерился. Иначе, боюсь, он бы матом разговаривал!

— Да забей. Это его Йохан Палыч вывел, мы ни при чём.

— Да? А орал он почему-то на нас!

— Просто разговаривал на повышенных тонах. Уж поверь мне, Мил, орут совсем по-другому!

— И как же, интересно? — подбоченилась девица. — Продемонстрируешь?

— Это ты не по адресу, — моментально ушёл я в отказ. — Я не умею. Это тебе к вахмистру Сохатому надо.

— Нет, пожалуй, от этого сомнительного удовольствия я откажусь, — помотала головой девушка. — Чего стоишь? Лезь в капсулу!

— Мя-а-а-а-у!

— Нет, Изольда Венедиктовна, сегодня вы поступаете в распоряжение Амелии Лукулловны! — непререкаемым тоном сообщил я кошаре. — Она вся твоя, котейка! Но помни — она не боевой маг, она всего лишь жалкий геомант! Поэтому регенерация у неё слабенькая!

— Мя-а-а!

— Ну, раз обещаешь за когтями следить, то тогда я спокоен! — заверил я зверюгу. И таки забрался в вирткапсулу, которая уже давно гостеприимно распахнула крышку и перемигивалась светодиодами — тоже, видать, в нетерпении. — Мил, если Изька совсем борзеть станет, запри её в гардеробной. Только лоток не забудь туда же поставить. И кормушку. И воду…

— Хорошо, Клим, учту, — буркнула та, даже на миг не оторвавшись от голографического дисплея компа — моего домашнего, к которому я, после некоторых раздумий, всё же предоставил ей гостевой доступ.

Ничего такого уж совсем компрометирующего у Клима-твердянского на жёстком диске не водилось, а всё остальное не очень-то и секретное. Опять же, своеобразная проверка на вшивость. Да и пользоваться Милли в основном собиралась собственным планшетником, который мы загодя законнектили с системой «умного дома», и прописали максимально широкие полномочия по отслеживанию параметров энергоснабжения.

Зачем? Так очередной эксперимент же! Днём не получилось, так мы решили вечером продолжить, так сказать, не отходя от кассы. Ведь надо же ковать железо, пока горячо? Надо. И против этого даже Макс не нашёлся, что возразить. Поручик Купфер тем более. Впрочем, Милкин братец подозрительно легко самоустранился из процесса разбора полётов, лишь в самом начале коротенько и довольно скупо отчитавшись по результату уничтожения аномального монстра из торгового центра «Муранский». Того самого, на которого нам с Милли удалось лишь глянуть одним глазком, да и то с почтительного расстояния. Да, наш эксперт-геомант засекла что-то в магическом фоне, но что — сама не поняла. Что-то на грани смутных ощущений, как и в прошлые разы, но этого для нормальной зацепки всё равно оказалось очень мало. Ну а я тем более ничего не почуял, как ни старался. Ну а потом, покрутившись немного на месте происшествия и нарвавшись в конце концов на суровую отповедь ротмистра Фельдта, Альберта Иммануиловича, мы с напарницей предпочли сделать ноги. Иными словами, отправились в головной офис ООО «Метелица» на разборку с кураторами от девелоперской шараги. Да-да, прямо на полицейской патрульной тачке. Потому что а фигли нет, если да? По сервитуту имеем полное право! И, что характерно, никто даже не пикнул по этому поводу: безропотно запустили на подземный паркинг, а из него — и на н-дцатый этаж, где квартировался Максимиллиан Вольдемарович Иссидо́ров. Я, когда узнал у Милли подробности (напоминаю — они знакомы по городскому высшему свету), очень долго ржал. Нет бы, как нормальные люди, зваться Максимом Владимировичем Сидоровым! Но это же не комильфо! Это же ля мужъжик! Невместно для аристократов, в общем. Но, опять же, к самому Максу претензий никаких — это камень в огород одного из его пращуров. Впрочем, отвлеклись.