— Упс… ну извини!

— А вот фигушки! — рыкнула Милли. И переключилась на своего научного руководителя: — Джон Аластарович, а не кажется ли вам, что Клим упустил ещё одну особенность нашей Хтони?

— Это какую⁈ — вскинулся я.

— Ключевую! — отрезала моя подружка. — Хтони — суть источники магии в нашем мире. И мне вот сейчас очень интересно, а к какой именно стихии должна тяготеть Хтонь виртуальная? Запертая внутри цифровой имитации мира? А?

— Амелия, дорогая моя, — мягко заговорил профессор Дэвис, — вот от кого угодно ожидал, но только не от тебя! Естественно, ко всем! Как, собственно, и любая Хтонь!

— А все-таки?

— А ты это к чему, душа моя?

— Да так, к слову пришлось, — отмахнулась Милли. Но потом всё же сделала вид, что сдалась, и ткнула в меня пальцем: — Представляете, этот мерзкий тип мне до сих пор не верит!

— И в чём же конкретно, милая?

— В том, что он мой коллега! Да и ваш тоже! То есть маг-геомант!

— Хм… а от меня ты чего же хочешь, женщина? — смерил её недоуменным взглядом Дэвис. — Чтобы я намекнул, что корсаковская виртуальная Хтонь лучше всего подойдёт для геомантов, и, в частности, для тех, кто работает с геоэнергетикой? Электромагнитное взаимодействие во всех его проявлениях? Кристаллические накопители? Ну так намекаю! И что?

— Я хочу вашего экспертного заключения! — выпалила Милка. — Можете его… ну, обследовать? Мне не верит, может, хоть вам, более опытному геоманту, поверит?

Фига се! Дэвис ещё и геомант⁈ Силён мужик! Хотя чему я удивляюсь, при его-то специфике… кто бы ещё, собственно, кристаллоэнергетикой занимался? Как раз геомантам и положено. Опять же, НИИ проходит по линии Чародейского Приказа…

— Правильно ли я тебя понял, Амелия? Ты настаиваешь на всестороннем исследовании и анализе?

— Разумеется! И чем тщательнее, тем лучше!

— Что ж! — хлопнул себя по коленям Джон Аластарович, чудом не угодив по Изольде Венедиктовне. — Я весь ваш! Проверю, просканирую, проанализирую! Если понадобится, то и душу выну! А может, и вытрясу! Готов, Клим?

— Э-э-э… а если нет, то что?

— Ничего страшного!

— Ну а если я не хочу?

— А вот это вообще не повод становиться на пути у магического прогресса! — на голубом глазу заявил профессор. — В общем, давай-ка, демонстрируй.

— Что? — не понял я.

— Всё! Особенно мне интересно, как ты взаимодействуешь с электроникой. Тут этого добра с запасом, да вот хоть бы и мой стол! Жертвую! Пользуйся! Ну а мы с Амелией понаблюдаем и сделаем выводы. Ведь понаблюдаем же?

— Внимательнейшим образом, Джон Аластарович!

— Мил?

— А?

— Это ты ведь мне так мстишь?

— Ага!

— Мяу! — требовательно уставилась котейка мне в глаза.

— Изольдочка Венедиктовна, я тебя умоляю! — виновато отвёл я взгляд.

— Мя-а-а-а-у-у!

— Ну реально сегодня не до прогулок! — принялся отмазываться я. — Понимаю, время неурочное… но и ты пойми — у меня сейчас разборка будет! И не абы с кем, а с начальством! Каковое, между прочим, меня всё это время за нос водило!

— Мя-а-а! Фррр!

— Что значит «ему положено»⁈ — возмутился я. — Нифига подобного! С кем угодно другим, но только не со мной! Не с нами!

— Мя-а-а-а-а…

— Ну потерпи, я тебя прошу! Вот сейчас морально уничтожу парочку мерзких типов, и мы с тобой пойдём гулять! — с чистой совестью посулился я. — Аж до самого околотка! Как раз к концу рабочего дня успеем!

— Мя-а-а?

Вот же клятая кошара! Шантажистка!

— Да куплю я тебе хот-дог! Даже два!

— Мя-а!!!

— И пончик, ладно!

— Мя-а-а-у! Пррр… фррр…

— Ну вот, другое дело! — потрепал я Изьку по холке и решительно согнал с коленок — вон, пусть на капсулу запрыгивает.

Так-то ей вообще пофиг, где именно бока отлёживать. А мне сейчас не до неё, мне сейчас предстоит, откровенно скажем, далеко не самый приятный разговор. С кем? Так известно, с кем — с инициаторами некоей авантюры, в которую меня угораздило с головой влезть. А именно, админом Максом и поручиком Купфером. Спрашиваете, при чём здесь Назар Лукич? Как это при чём⁈ А почему он меня не остановил⁈ Видел же, к чему дело идёт⁈ Так что он виноват как бы даже ни больше, чем прощелыги из «Метелицы»! Потому что намеревался чужими руками таскать каштаны из огня. Для него чужими. А для меня самыми что ни на есть родными! И пусть ещё спасибо скажут, что я не стал им выходной портить! Правда, в первую очередь себе, но тем не менее!

Текущий мой план, кстати, отличался изрядным коварством: я усыпил бдительность будущих жертв морального насилия, не потревожив что одного, что второго, аж в течение целых трёх дней! Да и сегодня не с самого утра всю округу на уши поставил, а уже в начале одиннадцатого, когда и сам в околотке отметился (сгонял я туда налегке, без кошки, вот она на меня и взъелась), и у них, что в девелоперской шараге, что в жандармской команде, все планерки закончились. Мало того, они наверняка уже успели и кофейку глотнуть, и с сослуживцами в курилке обо всём на свете потрепаться, в первую очередь, конечно же, о тупом руководстве, которое вообще мышей не ловит. Ну, по крайней мере, я бы именно так и сделал. Но, поскольку такой возможности не имел, ограничился Изольдой Венедиктовной. Ну а потом всё же отправил предложение о созвоне где-нибудь без четверти одиннадцать. Ну а чего? Вопросов у меня накопилось предостаточно, особенно после общения с Джоном Аластаровичем.

К слову, прикольный персонаж. И манера общения своеобразная, и юмор далеко не рядовой. Не для всех и каждого. Зато те, кто проникнутся, преисполнятся к обладателю оных достоинств реального уважения! Потому что а как иначе? Собеседник умнейший, просто кладезь разнообразнейшей информации как в области магии — что геомантии, что академической — так и в науке. Здесь у него, кстати, аж целых две области интересов: та самая геология вкупе с минералогией, ну и история. В частности, история магии. В общем, он мне такого порассказал! Хоть стой, хоть падай! Но это было уже после того, как меня объединёнными усилиями научного руководителя и его аспирантки подвергли разнообразнейшим экзекуциям. Разумеется, под видом сугубо научных экспериментов! И таки да, эти двое сумели меня убедить, что мои новые способности — и впрямь область геомантии. Правда, довольно узкая, заточенная на восприятие электромагнитных взаимодействий посредством всего разнообразия волновых явлений, оным порождаемого. И да, я не оговорился — именно восприятие. Воздействие, увы, не мой конёк! Хочется надеяться, что лишь пока, но… ещё на одну — теперь уже вторую — инициацию в геомантии надеяться не приходится. И возраст почти предельный, и времени с момента предыдущей процедуры прошло всего ничего. Ну а такого, чтобы инициации практически одна за другой произошли, в течение недели-двух, даже Джон Аластарович не припомнил. Возможно, где-то и случались прецеденты, но широкой огласке — хотя бы в академических кругах — они не предавались. Так что увы и ах! Довольствуйся тем, что есть в наличии, Климушка! Да на академическую магию поднажми, это очень неплохое подспорье! На этой сентенции я изрядно удивился — это что мне, типа, снова в магический колледж поступать, что ли? Но профессор меня успокоил — оказалось, что в моём случае достаточно и домашнего обучения. Так сказать, экстерном. Память Клима-твердянского, по кое-каким признакам, никуда не исчезла, она просто дремлет, и можно попытаться извлечь из неё соответствующие массивы данных. Для чего, собственно, и нужны триггеры — да ты же сам, Клим, нам с Амелией, голубушкой моей, рассказывал! И как себя в новом теле осознал, и как способности боевого мага разбудил, и как «чертоги разума» освоил! Вот прямо здесь же! Более того, сегодня! И часа не прошло!

Тут, конечно, я не нашёл, что возразить — против святой истинной правды не попрёшь. Было дело, трепал языком. В процессе тех самых весьма сомнительных экспериментов. Но должен же я был хоть как-то ответить профессору любезностью на любезность? Он, между прочим, мне всё по полочкам разложил! И где какие волны, и как лучше к колебательным контурам через эфир и магическую энергию подключаться, и даже что это за такой второй топологический слой! И всё у него так складно получалось, что даже Милка поневоле заслушалась — судя по её лицу, многое из сказанного профессором и для неё являлось откровением. Видимо, специализация у неё немного, но отличалась от моей, и об этих вещах она раньше попросту не задумывалась. Ну а теперь вот пришлось.