— Близко уже, — прошептал Гаррет где-то впереди, его голос эхом отозвался в тишине. — Зал с кристаллом неподалёку.

Стейни поднял руку, останавливая всю колонну. Обернулся к нам через плечо, и в свете фонарей его лицо выглядело изможденным, но решительным.

— Строимся тремя линиями — копейщики в первую, арбалетчики во вторую, резерв в третью. Бейрен, Леви, вы со мной идёте прямо к кристаллу. Остальные держат периметр вокруг нас, никого не пускаете внутрь круга, где будут стоять накопители. Всем понятно?

Мы закивали. Алекс оказался в первой линии копейщиков, а меня поставили во вторую, с арбалетом в руках. Запасных копий у нас было мало, совсем мало — их получили только Алекс, Гаррет и сам Леви, который появился откуда-то сзади, неся на плече странный кожаный бюрдук, явно тяжёлый.

Вошли в зал медленно, осторожно, но картина перед нами не изменилась. Голубой свет от кристалла заливал всё пространство, отражался от влажных стен, преломлялся в кристаллических наростах, и создавалось ощущение, что мы находимся где-то глубоко под водой, в каком-то холодном подземном море. Врата по-прежнему были закрыты, и только вибрация и глубокие черные трещины говорили, что они тут скоро появятся. Оттуда не доносилось пока ни звука, но я чувствовал движение в глубине, тысячи теней, которые ползли, копошились, ждали своего часа.

Стейни быстро, почти бегом, прошёл к самому кристаллу и опустил накопители на каменный пол рядом с ним. Достал нож из ножен на поясе, не раздумывая провёл острым лезвием по собственной ладони. Кровь потекла густой струйкой, начала капать на холодный каменный пол у его ног.

— Магия крови, — прошептал кто-то позади меня с плохо скрытым ужасом в голосе, и я почувствовал, как по спинам других пробежал такой же холодок.

Лейтенант опустился на колени и начал чертить прямо на полу, его окровавленные пальцы скользили по шершавому камню, оставляя за собой кровавые линии. Руны складывались одна за другой в какой-то сложный, многослойный узор, пентаграмму, которая постепенно, круг за кругом, окружала основание кристалла.

Накопители он расставлял в ключевых точках этой схемы, каждый ровно на пересечении кровавых линий. Леви молча передал ему тот самый бюрдук, и когда Стейни открыл его, оттуда потекла кровь, чья, я не знал и знать не хотел, которой лейтенант принялся щедро проливать каждую начертанную черту, усиливая ритуал.

Из Врат внезапно донёсся вой. Протяжный, злобный, полный такой первобытной ярости, что у меня мурашки побежали по коже.

— Приготовиться! — крикнул Рик, и мы все разом подняли оружие.

Первые проклятые начали вылезать из трещин. Наши старые знакомые, с которыми мы уже сражались внизу, они ползли к кристаллу, словно чувствуя, что там происходит что-то важное.

— Огонь! — скомандовал капрал, и его голос прозвучал как удар молота.

Залп арбалетов, громкими сухими щелчками прогремел в замкнутом пространстве зала, эхом отозвался от стен. Около десятка проклятых рухнули сразу, со стрелами в черепах и грудных клетках, но остальные даже не замедлились, перепрыгивали через тела своих, лезли дальше. Я перезарядил свой арбалет, прицелился получше, выстрелил снова. Попал прямо в череп одного из врагов, тот развалился на куски с сухим треском, но на его место уже лезли трое новых, и за ними ещё десяток.

Первая линия встретила врагов копьями. Алекс работал как безумный, его копьё мелькало в воздухе, пронзая, сшибая с ног, круша кости и плоть. Золотой свет в его глазах разгорелся ярче, намного ярче обычного, и я видел по его лицу, как он постепенно теряет себя в этом бою, как что-то дикое просыпается внутри. Стейни продолжал чертить, не обращая внимания на происходящее вокруг. Его лицо было серым от концентрации и потери крови, пот стекал по вискам крупными каплями, смешивался с кровью на руках, но его пальцы не дрожали ни секунды, выводили руны ровно и чётко.

— Лейтенант! — крикнул Леви, отбивая копьём очередную атаку скелета. — Их слишком много, о Бездна!

Проклятые прибывали волнами, одна за другой. Каждая новая волна была больше предыдущей, плотнее, агрессивнее. Первая линия начала прогибаться под их натиском, копейщики отступали шаг за шагом, хотя и сопротивлялись изо всех сил.

— Резерв, вперёд! — заорал Бейрен и бросился на помощь первой линии, его тяжёлый топор обрушился на голову мутанта, раскроив грудную клетку до самого живота. Тварь рухнула, но на её место сразу лезли новые.

Я продолжал стрелять на автомате. Перезаряжать арбалет. Целиться. Стрелять. Перезаряжать снова. Болты в колчане заканчивались быстрее, чем враги перед нами.

— Ещё! — прохрипел Стейни, не отрывая взгляда от своей пентаграммы. — Держитесь до приказа, слышите⁈

Один из новобранцев, худой парень из нашего отряда, упал с криком, проклятый вцепился ему в горло когтистыми лапами и начал рвать плоть. Марк добил эту тварь ударом копья сбоку, но парень уже захлёбывался собственной кровью, хрипел и дёргался. Двое ветеранов быстро потащили его тело назад, подальше от линии боя, но прорыв в строю уже образовался. Пятеро проклятых метнулись в эту брешь, прямиком к кристаллу и ритуалу.

— Стоп! Ко мне! — заорал Алекс и бросился наперерез этим тварям, его копьё пробило первого проклятого насквозь, прямо через грудь. Второго я успел сшиб болтом, попал в голову, повезло на таком расстоянии. Третьего и четвёртого встретили Леви и Бейрен, работая слаженно, как один организм. Но пятый проклятый прорвался почти к самым накопителям, его горящие глаза были устремлены прямо на кристалл.

Я отшвырнул арбалет в сторону, перехватил запасное копьё с земли, где оно валялось рядом с телом павшего, и бросился вперёд без раздумий. Проклятый обернулся на звук моих шагов, его горящие красным глаза уставились прямо на меня, и в них было что-то нечеловеческое, хищное. Я успел ударить копьём в живот этой твари, провернуть лезвие внутри, как учили. Тварь зашипела страшно, но не упала, её длинные когти метнулись к моему лицу, и я понял, что не успею отпрыгнуть.

Алекс настиг проклятого сзади в последний момент, пробил спину насквозь своим копьём. Тварь захрипела и наконец рухнула, я отпрыгнул в сторону, тяжело дыша, сердце колотилось в груди как бешеное.

— Готово! — вдруг выдохнул Стейни и поднялся на ноги, его руки были красными от крови по самые локти. Пентаграмма на полу светилась теперь ярким, пульсирующим светом, накопители вибрировали в унисон с огромным кристаллом. — Корвин, быстро ко мне!

Я подбежал, совершенно не понимая, что он от меня хочет, что я могу сделать в этой ситуации.

— Слушай меня внимательно и не перебивай, — лейтенант схватил меня за плечо мёртвой хваткой, его глаза впились в мои. — У тебя работает интуиция, я видел это внизу, в бою. Твой дар подскажет тебе, когда пора бежать отсюда. Когда почувствуешь, что нужно немедленно уходить, кричи. Громко, чтобы все услышали сквозь шум боя. Понял меня?

Я кивнул, сглатывая комок в горле. Вся его уверенность в успехе этого ритуала строится только на моей интуиции и этом проклятом Камне Бурь? Да нам конец! Опасность здесь идёт отовсюду, от каждой твари, как я смогу выделить отдельно опасность именно от взрыва накопителей! Нам всем кабздец!

— Да, лейтенант, я понял. Но это так не работает, это не то!

— Молчи и слушай своё нутро! Стой рядом со мной и слушай себя. Я начинаю качать этер прямо сейчас.

Стейни опустился обратно на колени перед кристаллом, приложил обе окровавленные ладони прямо к светящейся пентаграмме. Этер начал течь из него в эту магическую формацию, я почувствовал это физически, как волну давления. Руны загорались одна за другой, цепочкой, накопители начинали вибрировать всё сильнее и сильнее, издавая тонкий высокий звук.

Проклятые вокруг нас почувствовали это изменение в воздухе. Вой из Врат стал оглушительным, почти невыносимым, и вся орда хлынула в зал сплошной чёрной массой, как цунами из тел и когтей.

— Держим строй! — заорал Леви во весь голос. — Ни шагу назад, не отступаем!