— Ладно. — кивая согласился лейтенант. — Сделаем как ты сказал. Тогда, Гаррет, прикажи своим найти укромное место подальше отсюда, пусть сидят там и присматривают за входом.

— Да, лейтенант. — кивнул разведчик.

Отряд зашевелился, проверяя снаряжение. Я достал свои рунные фонарики, раздавая их ветеранам и командирам. Алекс проверил свой щит на перчатке, несколько раз активируя и гася его. Талир нервно постукивал пальцами по колену, чем меня раздражал.

— Боишься? — спросил я у него.

— А кто не боится? — ответил он. — Только дураки не боятся. А я дураком быть не хочу.

— Мудро, — кивнул я.

Полчаса пролетели быстро. Слишком быстро. Когда Стейни подал сигнал, мы выстроились у входа. Шестнадцать человек вместе с Стейни, готовых спуститься в неизвестность. Хотя если бы меня спросили, я бы лучше остался с лошадьми. Гаррет с двумя разведчиками шёл первым, за ним лейтенант с Леви, затем основная группа, замыкали Рик с ветеранами.

— Включить фонари, — скомандовал Стейни.

Я накачал этером свою пластину, и яркий луч света пробил тьму. Десятки других лучей последовали за ним, освещая каменные ступени, уходящие вниз.

— Вперёд, — тихо сказал лейтенант.

Мы начали спуск.

Ступени были скользкими, стены покрыты странными наростами, похожими на окаменевший мох. Воздух становился холоднее с каждым шагом, и вскоре я увидел собственное дыхание, выходящее белым паром.

— Глубоко, — пробормотал Серг позади меня. — Очень глубоко.

— Заткнись, — прошипел Дарн. — Нам и так страшно.

Мы спускались минут двадцать, может больше. Ступени петляли, уходили в стороны, затем снова возвращались к основному направлению. Наконец, впереди показался слабый свет. Не наши фонари, что-то другое. Холодное, голубоватое сияние.

Гаррет остановился, подняв руку. Мы замерли.

— Впереди зал, — тихо доложил он. — Большой. И там что-то есть.

— Что именно? — спросил Стейни.

— Не знаю. Но оно светится.

Лейтенант кивнул и жестом приказал двигаться дальше. Мы вышли в огромное подземное пространство, и я невольно замер, разинув рот.

Зал был просто невероятен. Высотой метров в пятьдесят, если не больше, с колоннами, поддерживающими потолок. Стены были покрыты рунами, тысячами рун, переплетающихся в сложные узоры. Но главное было в центре.

Там, в самом сердце зала, возвышалась каменная платформа, на которой стоял кристалл. Огромный, метра три в высоту, пульсирующий холодным голубым светом. Руны на стенах тускло мерцали в такт его биению, словно они были частью единого механизма.

— Бездна… — выдохнул Леви. — Что это?

— Это устройство, которое генерирует этер, — объяснил лейтенант, не отрывая глаз от кристалла. — Огромное количество этера. И оно всё ещё работает. Тысячи лет спустя. Либо его недавно запустили…

— И что оно делает? — спросил сержант.

— Не знаю, — признался Стейни. — Но чувствую… оно что-то питает. Что-то огромное.

Вдруг земля под ногами дрогнула. Слабо, едва заметно. Затем снова. И ещё раз.

— Что это? — Серг схватился за стену.

— Землетрясение? — предположил Дарн.

Но это не было похоже на обычное землетрясение. Толчки были ритмичными, усиливающимися, в так мерцанию, звучащие словно удары гигантского зверя, пытающегося выползти из скалы.

— Все на возвышенность! К стене! — внезапно прокричал Гаррет, указывая на край зала, где была небольшая каменная платформа.

Мы бросились туда, толкая друг друга. Толчки усиливались, камни начали осыпаться с потолка.

— Быстрее! — рявкнул Леви, подталкивая отставших.

Мы запрыгнули на платформу, прижимаясь к стене. Места чтобы укрыться едва хватило на всех, пришлось лежать практически в два ряда. Земля под нами содрогалась всё сильнее, и вдруг раздался оглушительный рёв, не человеческий, не звериный, а какой-то механический, словно разрывалась сама основа скалы.

Пол в центре зала треснул. Трещина пошла от кристалла, расширяясь, разветвляясь, превращаясь в целую сеть разломов. Из них вырвался столп пыли, вони и раздали крики. Крики из тысяч глоток, мучительных, злобных, и явно нечеловеческих, потому что люди так причать не могут.

Каменная основа раскололась окончательно, открывая гигантскую расселину, уходящую в бездонную тьму. И оттуда, из этой тьмы, начали выползать существа.

Скелеты, сотни скелетов, карабкающиеся по стенам разлома. Проклятые, мутировавшие звери с гниющей плотью и светящимися глазами. Что-то ещё, бесформенное, ползущее, хватающее когтями за край пропасти.

— Они бегут, — хрипло сказал Гаррет, его лицо было белым как мел. — Видите? Они не атакуют. Они бегут. Их что-то выгоняет изнутри!

И правда. Твари выползали хаотично, сталкивались друг с другом, давили слабых, разбегались во все стороны. Это была паника.

— От чего они бегут? — прошептал Алекс.

Как в ответ на его вопрос, из разлома вырвалось холодное голубое сияние, яркое, ослепляющее. Оно поднялось вверх, образуя пульсирующий столп света, бьющий в потолок зала. Руны на стенах вспыхнули одновременно, залив всё пространство мерцающим светом.

Я зажмурился, прикрывая глаза рукой. Камень Бурь на груди обжигал кожу, и я услышал его голос, не словами, а ощущениями, образами, которых я совершенно не понимал.

Землетрясение достигло пика. Разлом расширился, и из него вырвались всё новые и новые тысячи тварей, первые бегущие в панике, сменялись отрядами в сотни дисциплинированных бойцов, спешащих подняться наверх.

И над всем этим — холодное голубое сияние, перекачивающее огромные объемы этера.

Землетрясение длилось час. Может, меньше, может, больше, я потерял счёт времени. Когда оно наконец стихло, все твари ушли на поверхность. Мы остались одни и смогли нормально смотреться, и увидели, что все камни на полу исчезли, словно ничто с верху не падало. Всё провалилось вниз, сквозь эти огромные врата.

Магия не иначе, и если бы не длинные трещины на полу, никто бы и не догадался о том, что твари поднимаются из глубин.

— Это не природное явление, — произнёс Стейни глухим голосом, глядя на разрушения. — Кто-то специально открыл эти… что это вообще?

— Туннели, — ответил Гаррет, находившийся выше других и видевший больше. — Древние туннели. Они тянутся на километры. Может, на сотни километров вниз — в Нижний Мир. И там… там полно этих тварей.

— Или что-то пробудилось, — мрачно добавил Леви. — Что-то старое и злобное.

— Я видел руны в том свечении, — тихо сказал я, разглядывая кристалл, который всё ещё пульсировал, хотя и слабее. — Похоже это был какой то ритуал. Но зачем? Зачем кому-то выпускать орду на поверхность?

— Мы не сможем его уничтожить. — лейтенант показал на кристалл. — Даже отсюда я чувствую опасность этого камня, он убьет любого, кто приблизится.

Повисла тишина. Все смотрели на разлом, из которого по-прежнему доносились звуки. Мы смотрели на затянувшуюся рану в скале и на всех у нас была одна мысль. Нужно валить отсюда, бежать как можно быстрее, сообщая эту информацию тем, кто может принять решение и обладает силой. Нам не справиться.

— Нам нужно возвращаться, — твёрдо сказал капрал Рик, озвучивая общее желание. — Докладывать. Что орда лезет из-под земли с какой-то целью. Что кто-то или что-то управляет ей.

Лейтенант медленно повернулся к нему. Его лицо в холодном свете кристалла казалось высеченным из камня.

— Нам совершенно него докладывать, Рик. — ответил горько лейтенант. — Что мы видели дыру в скале? Что там что-то есть и нужно взорвать кристалл? А если это не поможет? И станет еще хуже. Насколько глубоко тянутся те тоннели? Одна ли точка выхода? Раз здесь нет охраны, не думаю, что одна. Да и не смогла бы такая орда пройти через такие врата. У нас нет ответов. Только страшилки для старейшин.

— Но, лейтенант, нас всего лишь шестнадцать. — ответил Рик за всех, — а там… там… Здесь нужна армия.

— Нам нужно спуститься, — вдруг сказал Стейни.

— Что⁈ — хором воскликнули несколько голосов.