Зловонное существо ползло практически по пятам школьницы, наслаждаясь запахом ее молодой крови, но никак не ожидало, что с другой стороны лесной поляны на него выскочит огромный волк. Таких в этом лесу точно не водилось. Следующее, что помнил Яромир, это как он очнулся в Избушке, лежа на столе. Да и те воспоминания, которые находились в его голове сразу после возвращения в сознание, уплывали, словно мука через сито. Сплошные образы и несвязанные друг с другом события, перемешанные со сновидениями после обратного превращения в человека.

Астра, Иванна и Никита не раз спрашивали Мирославу, что случилось у друзей на этот раз, и почему они снова избегают друг друга?

— Все нормально, — отмахивалась девочка и криво улыбалась, словно ее заставляли это делать наперекор острой зубной боли. Ну не могла она им что-то рассказать, не ее это была тайна. Хоть и не до конца понимала, почему от нее отвернулся друг...

Сразу после декабрьского полнолуния и игр в «шабаш», состоявшихся в ту же ночь, вся школа стала готовиться к наступающему Новому году. Праздник этот отмечался согласно современному календарю вместе со всеми странами-собратьями. Колдуны и ведьмы не забывали традиционных народных славянских праздников, но и не сопротивлялись изменениям, которые ввел еще Петр I, перенесший в 1699 году новый год с первого сентября на первое января.

Так византийский календарь сменился григорианским с легкого указа императора. Он велел всем наряжать елки, запускать фейерверки, на улицах жечь костры из дров, хвороста и смолы, которые не должны были гаснуть до конца праздничной недели, заканчивающейся 6 января крестным ходом.

Что ж, в Российской империи Петр I сыграл немаловажную роль для ее экономического, военного, социального, политического, образовательного развития и других соприкасающихся отраслей, усилив мощь государства в сотни раз. Но для Мирославы, как для юной особы двадцать первого века, он был лишь страницей из учебников истории и напоминанием, что его пра-пра-пра (и до какого там колена считать?) внучка учится с ней в одной школе. Но вот за реформу в праздновании Нового года она была ему благодарна больше всего.

В Ведограде витала праздничная, по-настоящему волшебная атмосфера, побуждающая с трепетом ждать каникул, подарков и гуляний. Единственным омрачающим пятном были полугодовые итоговые контрольные в последнюю неделю учебы. Надо было выучить то, что уже было пройдено на занятиях. А также учителя предупредили: будут спрашивать и то, что задавали изучать самостоятельно, а это, к сожалению учеников, было больше половины тем из учебников.

Но несмотря на то, что магические славяне приняли современный календарь праздников, они не забывали про старые традиции. Так в декабре отмечался еще и день зимнего солнцестояния, самого короткого дня в году и самой продолжительной ночи. Приближался славянский праздник Карачун, отмечался он приблизительно с двадцать первого на двадцать второе декабря, а, если быть точнее, дата «плавала» из года в год в зависимости от природных показателей.

— Это не входит в нашу образовательную программу, но меня попросили провести первогодкам, скажем так, экскурс в историю, — говорил Константин Петрович Афанасьев, преподаватель по Славянской мифологии. Мужчина был одет в свой незаменимый черный классический костюм с портупеей на талии. Он, в отличие от других учителей, не утеплялся в меховые жилетки и валенки, будто в школе было по-прежнему тепло и сухо, как в сентябре. Казалось, что учитель вообще не чувствует холода.

Константин Петрович сложил руки в замок на груди и смотрел на класс, опершись бедром о столешницу учительского стола. В кабинете собрался весь поток первого года ярилиной общины. В отличие от своего преподавателя, школьники мерзли и постоянно болели, несмотря на теплые валеши, надетые на вязаные шерстяные носки, и меховые жилетки поверх школьных мундиров. Девочки перестали носить юбки, сменив их школьными брюками.

— Праздник Карачун не отмечается так, как мы привыкли праздновать Новый год или Рождество. Никакой помпезности, криков и плясок, никакой выпивки и драк.

На последнем слове он чуть понизил голос, и четыре группы учеников притихли. Они сразу поняли, на что намекнул учитель.

— Несмотря на то, что близится контрольная неделя, и у вас и так много подготовки к Новогодним празднованиям, — продолжал говорить ровным голосом Афанасьев, — мы обязаны нести дань традициям предков. Поясняю для малограмотных, — повысил голос преподаватель, когда класс стал вести ненужные перешептывания. Дождавшись, когда все притихнут, он недовольно вздохнул, словно все это ему сильно досаждало. — Карачун праздник тайноведный и в некотором смысле сакральный. Считается, что злые духи и нечисть из мира Навь могут попасть в наш мир. А также наши предки могут прийти и посмотреть на своих потомков и на их поступки.

— Погодите, — поднял руку Виталик, рыжеволосый одногруппник яриловцев первой подгруппы, — Константин Петрович, Карачун, это ведь... Дед Мороз? Так?

Преподаватель чуть улыбнулся.

— В какой-то мере да, есть такое мнение.

Мирослава, до этого сидевшая с безучастным выражением лица, округлила глаза: она когда-нибудь перестанет удивляться? Девочка по привычке метнула удивленный взгляд на Яромира, но тот старался избегать ее с ночи полнолуния и сидел с ничего не выражающим лицом. Полная нирвана, как могло показаться со стороны. А вот внутри кипел вулкан…

— Дед Мороз? — спросила Мирослава под общий гомон объединенных групп первогодок. — Он что, существует?

— Стоп, славяне, погодите, — попросил всех притихнуть учитель, понимая, что многие вообще столкнулись с этим праздником в первый раз. Он часто так называл своих учеников, по традиции ведьмаговского сообщества, хотя среди них были и те, чья кровь несла память нескольких народностей. — Начнем тогда с самого Карачуна, кто же это такой? Знает кто-нибудь? Яромир? — обратился он к черноволосому яриловцу. Парень чуть вздрогнул, услышав свое имя, и встал.

— Это темное божество, его еще называют Чернобог, брат Белобога, дитя Нави. Хозяин морозов и холодов, зимы в целом, — отрапортовал Полоцкий, и класс снова зашушукался. Здесь было много ведьмагов и ведьм из семей простаков, поэтому некоторые школьники, равно как и Мирослава, многое слышали в первый раз.

— А еще его называют Кощеем, — сказала Вика Сечко, сидя за передней партой с Настей Русак. Класс захихикал.

— Имеют ввиду не сказочного персонажа Кощея, Виктория, — обратился к ней Афанасьев. — А его прообраза, то есть сильного божества, управляющего холодами и смертью, как уже правильно сказал нам Яромир. Карачун и, правда, порождение тьмы, злой дух, сокращающий жизнь и приносящий смерть в юном возрасте. Однако он справедлив, это его достоинство. Помимо прочего его еще кличут Дед Трескун, Зимник, Студенец, в честь декабрьского месяца.

— Поэтому день темного духа отмечают в самый короткий день в году? — спросила Астра, кутаясь в теплый шерстяной голубой платок, надетый поверх меховой жилетки.

— Именно, — кивнул преподаватель. — Согласно приданиям, выглядит Карачун как седовласый старик с длинной бородой. В руках у него всегда его волшебный посох, на плечах теплая голубая шуба, вот как твой платок, Астра, — указал он на свою ученицу, и та показательно выпрямила спину, когда все повернули голову в ее сторону. — Именно поклонение, или скорее почитание Карачуна, как верили наши предки, помогло выстоять на Ледовом побоище, выиграть войну с Наполеоном, Великую Отечественную войну, когда наши враги бежали подальше от наших суровых зим.

Дабы не углубляться во всю лекцию, которую прочитал им Константин Петрович, Мирослава поняла, что все две недели до двадцать второго декабря, надо было держать пост и обет «молчания». То есть не ругаться, не «выносить сор из избы». Но из-за подготовки к «шабашу» в ночь на двенадцатое декабря одна неделя почти полностью выпала. Поэтому сейчас в срочном порядке требовалось проводить некоторые обряды. В спальнях и гостиных должен постоянно в очагах гореть огонь, а также свечи, они помогали очищать помещение, сжигать напряжение и проблемы.