Ее новый спутник прочистил горло, когда кто-то кивнул ему, будто хотел что-то сказать. Но Яромир только равнодушно склонил голову в ответ, промолчав. Подростки вскоре отвернулись, и разговоры постепенно возобновились. Девочка, посмотрев на черноволосого юношу, вопросительно изогнула бровь, но тот просто пожал плечами и все же ответил:

— Старые знакомые.

Приглядевшись, можно было отметить, что все выглядели так же плохо, как и сама Мирослава: испачканные вещи и обувь, лица и руки поцарапаны. Какой-то парнишка жаловался, что порвал любимую джинсовую куртку, а девчонки крутили руки, рассматривая поломанные ногти и испорченный маникюр. Разговоры, хоть и были взволнованным, были все же тихими: никто еще не отошел от такого бодрящего и одновременно выматывающего утреннего приключения. Мирослава ежилась от волнения: вскоре ей предстояло познакомиться с теми, с кем придется учиться и делить общежитие. А все они, конечно, обладали магическими способностями. Внутри все сжалось.

В ожидании, когда же откроются ворота, каждый пытался привести себя в божеский вид. Магией домоводства, о которой успела рассказать бабушка, впрочем, как и всей остальной магией, пока никто не обладал, поэтому все чистились вручную.

Будто бы из ниоткуда появились молодые парни и девушки в школьной строгой униформе синего, бордового, зеленого и светло-серого цветов. Каждый подзывал к себе учеников своей общины. Когда пухловатый маг с круглым и добрым лицом обозначил, что собирает возле себя “яриловцев”, Мирослава и Яромир одновременно двинулись в его сторону, улыбнувшись друг другу. Все-таки намного спокойнее, когда ты уже кого-то знаешь!

— Итак, меня зовут Ярославцев Илья Никитич, можно просто Илья. Я ученик третьего курса, приставлен к вам, как староста первогодок. Объясню, что к чему, где живем, где учимся, когда спатки ложимся, а когда зубки чистим.

Толпа тихонько рассмеялась. Атмосфера была напряженной и похожей на то чувство, когда родители отправляют своих чад в пионерский лагерь. Все такие чужие, а родных рядом нет...

Илья стал громко зачитывать списки зачисленных в общину. Когда назвали ее, Мирославу Морозову, она подняла руку, обозначив свое присутствие. Точно так же сделал и Яромир, когда прозвучала его фамилия. По’лоцкий.

— Отлично, — подытожил староста и убрал свитки. — Все на месте. Ровно семьдесят три человека. Сейчас я вас поведу внутрь. Пожалуйста, — он повысил голос и сложил руки в умоляющем жесте. — Повторяю, пожалуйста, никуда не отходите от меня. Разбейтесь по парам и двинемся внутрь.

Дождавшись, пока каждый определится, с кем встанет, Илья еще раз обежал всех взглядом, подсчитывая в уме учеников, и скомандовал:

— За мной, мои маленькие цыпляточки, мама-курочка заботливо отведет вас в ваш... курятник.

Все засмеялись, а Мирослава, коротко переглянувшись с Яромиром непонимающими взглядами, догнала старосту, не сумев вовремя закрыть рот:

— Это что, к четвертому курсу мы все тоже обзаведемся петушиными повадками?

Илья, не сбавляя скорости, обернулся на нее и ответил:

— Даже знать не хочу, на что ты намекаешь, милая барышня, но скажу одно — у нас самая драчливая община, поэтому рукопашные бои я вам однозначно предсказываю! Мы не молчим, когда нас унижают, а сразу отвечаем, не словом, так делом! Выращу из вас бойцовских петушков, чтобы было на кого хребет оставить. Хотя драки и внутри общины не редкость, уж больно мы все активные.

Все шли молча, не понимая, о чем говорит старшеклассник.

— Ай, еще поймете, — махнул рукой довольный жизнью Ярославцев. — К слову говоря, для тех, кто не в курсе — в школе четыре общины, названные именами богов: Коляда, Ярила, Купала, Святовит. Славянские боги солнца, представляющие собой колесо года.

Громадные железные ворота, именуемые Навьими, с лязгом разъехались в стороны. Зайдя внутрь темного, словно окутанного вечной ночью, входа в Ведоград, они погрузились во тьму. Мирослава даже замерла на мгновение, а потом, помня, что Яромир идет где-то справа, схватила его за локоть. Парень вырываться не стал. Вдвоем было спокойнее, потому что идти в полной мгле было неуютно.

— Не пугаемся, это магический переход, держимся все вместе и просто идем прямо, — раздался голос Ильи.

— Почему Навьи ворота? — пискнул в темноте чей-то голос.

— Потому что они заколдованы, как и весь Ведоград. Частично школа принадлежит миру Навь, поэтому это просто переход в другой мир. Но не бойтесь, никакой нежити в школе не водится!

И в следующее мгновение тьма рассеялась, и перед ними предстало огромное круглое помещение с высокими сводами. На круглой площади, где они сейчас стояли, по ощущениям могло легко поместиться не меньше тысячи человек, поэтому двум общинам в составе около ста пятидесяти учеников находиться было вполне комфортно.

В центре площади росло исполинских размеров дерево, раскидистые ветки которого уходили на десяток метров от ствола. Гигантский ясень выглядел соответствующе времени года: листья на нем слегка пожелтели. Круглая площадь была поделена на шестнадцать равных отрезков, обозначенных каждый своим символом, который в темноте светился флуоресцентом. Это было единственное полумрачное освещение.

— Главный холл школы. Это место называется «Зал Чертогов», часто тут проводятся различные практики. Обычно здесь немноголюдно. Сейчас мы выйдем с вами через главный коридор в школьный корпус, если его можно так назвать в привычном смысле. Школьный корпус представляет собой обширный и немного запутанный лабиринт коридоров. Там находятся учебные классы, библиотека, теплицы, грибницы, тренировочные залы, лаборатория, а также медзнахарские палаты и столовая. Только с этого уровня можно выйти к хребтам - так мы называем общинные общежития, Малахитному проспекту, Лысой горе, Заколдованной пуще и другим местам, о которых вы узнаете уже в процессе, — он развернулся и повел юных ведьмагов к коридору, находящемуся слева от входа.

Мирослава шла, сдерживая челюсть плотно сомкнутой, чтобы не показаться неотесанной деревенщиной. Коридор, о котором говорил староста, был необъятных размеров. Около пятнадцати метров в ширину и не менее ста в длину, а в высоту так вообще приходилось напрячь зрение, чтобы увидеть потолок, с которого свисали громадные сталактиты. Свет факелов освещал мраморные стены не выше трех метров. Школьники гулким строем шли вглубь горы, не скрывая свое восхищение ее размерами.

Они дошли до конца коридора, свернули налево, следом направо, прошли по склону вниз, дальше вверх и каким-то необычайным способом вышли на большую лестницу из красно-коричневого мрамора. Поднявшись по ступеням Мирослава чуть было не упала, но вовремя схватилась за каменные перила, потому что лестница вдруг пришла в движение, словно эскалатор в больших торговых центрах.

— Подъем в хребты, где живут общины, был очень крутым и высоким, поэтому лестница зачарована так, чтобы помогать ученикам быстрее подниматься и спускаться, — обратился ко всем Илья. — Лестница не меняет направления, поэтому можете не переживать, что попадете не туда, — успокоил их староста.

— Это с условием, что мы не заблудимся еще до того, как выйдем к лестнице, — крикнул светловолосый мальчишка, тот самый, который порвал свою куртку в лесу.

— На самом деле, заблудиться тут трудно. Можно потерять много времени, чтобы выйти к нужному коридору школьного корпуса, но вот чтобы прям заблудиться... — парень задумался, вспоминая, бывали ли такие случаи на его памяти. — Ничего, немного освоитесь и привыкнете.

В сумме поездка по лестнице заняла около пятнадцати минут, но, если идти самому, а не стоять на месте, можно было добраться быстрее. Войдя в длинный холл ребята остановились, когда Илья поднял руку и стал говорить: