Правда на самом деле я ошибся. Не на пару секунд, и далеко не один раз.

Следующие часы провёл в борьбе с самим собой. Пару раз всё же открывал дверь и выходил наружу, один раз чуть не пробил стену голыми кулаками, хорошо хоть вовремя опомнился. Потом, когда снова пришёл в себя, оказался уже в курятнике и бился с озверевшими курами. Те стали значительно сильнее, быстрее и агрессивнее от воздействия хаоса, но просто раскидал их в разные стороны, одну даже укусил, причем сам не знаю зачем. Хаос он такой, творит с разумом странные вещи.

Но постепенно контроль над хаосом рос, и с каждым часом тушить приступы непомерной агрессии становилось легче. Тело запоминало ощущения, привыкало к потоку энергии, и я уже начал думать, что всё идёт по плану.

А спустя какое-то время ощутил приятное покалывание в груди. Искра… Она зародилась, крошечная, едва заметная, но такая родная. Красное пламя затеплилось рядом с холодным комком магии порядка, и в этот момент почувствовал, как ярость снова застилает разум. Не просто ярость, а чистая, концентрированная агрессия, которая не признаёт никаких преград. Но в этом тоже ничего нового, ведь последняя волна — она всегда самая сильная и разрушительная.

Перед глазами появилась красная пелена, по телу пробежали разряды концентрированной энергии, а руки сами собой потянулись к оружию. В прошлый раз эта неуёмная ярость продлилась десятилетия. Тогда царство хаоса содрогнулось в первый раз, и местным обитателям пришлось несладко. А ещё хуже им стало, когда я всё-таки пришёл в себя и научился контролировать хаос. Вот тогда там и началась весёлая жизнь.

Но сейчас у меня есть опыт. Есть знание того, как бороться с этой силой, как подчинять её своей воле. Сжал зубы, сконцентрировался, загнал ярость обратно в глубину сознания. Не сразу получилось, пришлось повозиться, но в итоге красная пелена отступила, и мир снова обрёл нормальные краски.

Полежал ещё немного, прислушиваясь к ощущениям. Искра горела ровно, не пыталась вырваться наружу. Хорошо, значит, первый этап пройден. Теперь надо закрепить результат, но это уже потом, а сейчас неплохо бы отдохнуть.

Встал с лавки, огляделся. Домик небольшой, одна комната, печка в углу, стол, пара табуреток. На столе нашёлся чайник и кружка, в печке ещё теплились угли. Хозяева убежали совсем недавно, даже чай остыть не успел.

Налил себе чаю, сел за стол. Руки немного дрожали от усталости, но в целом чувствовал себя неплохо. Даже лучше, чем раньше. Искра хаоса уже начала свою работу, тело постепенно наполнялось энергией, и старческая немощь отступала хоть на пару миллиметров.

Сделал глоток, поморщился. Чай такой себе, явно недорогой, и отдаёт какой-то травой. Но ничего, сойдёт.

Сигнал о всплеске пришёл ещё днем, и отряд выдвинулся сразу же, как только поступило сообщение от местных крестьян. Десятник Фёдор Игнатьевич вёл своих людей по раскисшей от дождей дороге, привычно оглядывая окрестности. Двенадцать человек, стандартный патрульный отряд, вооружённый мушкетами и саблями. На груди у каждого висел защитный артефакт, обязательный при работе со всплесками.

— Деревня уже близко, — доложил разведчик, вернувшийся из головного дозора. — Крестьяне эвакуированы, но там что-то странное.

— Что именно?

— Конь бесхозный бродит. С седлом, на котором герб какой-то. И люди говорят, видели какого-то барина, который скакал прямо к центру всплеска.

Фёдор нахмурился. Барин, значит. Какой-то дурак из благородных решил поиграть в героя, и теперь придётся вытаскивать его труп из эпицентра. Или того хуже, если он ещё жив и успел нахвататься хаоса, придётся его прикончить. От человека там остаётся только оболочка, внутри уже зверь.

— Оцепить периметр, — приказал он. — Собрать ударную группу, идём внутрь.

Дружинники действовали слаженно, без лишней суеты. Дело привычное, не первый всплеск на их счету. Расставили посты, проверили оружие, активировали защитные артефакты.

К оцеплению подошёл один из крестьян, немолодой мужик в потрёпанной рубахе, и сразу закивал головой, увидев свиней, которые мирно паслись неподалёку.

— Мои! Это же мои свиньи! — обрадовался он. — Думал, всё, пропали, дом-то мой как раз близко к эпицентру был, не успел скотину вывести.

— Сами выбрались? — уточнил Фёдор.

— Вряд ли, господин десятник. Может, тот барин выпустил?

Фёдор собрал ударную группу, шесть человек, самых опытных. Остальные остались на периметре, на случай если придётся отступать или звать подмогу.

В деревне оказалось довольно тихо, пусто, только жар висит в воздухе и земля под ногами ещё тёплая. Трещины на дороге светились тусклым красным светом, но уже затухали, а значит всплеск шёл на убыль.

— Не расслабляться, — негромко напомнил Фёдор. — Сопротивляйтесь хаосу, не давайте ему накапливаться.

Бойцы кивнули, хотя все и так знали правила, но напоминание никогда не бывает лишним. Особенно когда впереди неизвестность.

Прошли мимо первого дома, второго. Пусто, никаких следов того барина. Может, уже сгорел? Или обратился и убежал куда-то?

И тут из-за угла вылетели куры.

Не обычные куры, а озверевшие от хаоса твари с горящими глазами и когтями, способными пробить кольчугу. Они набросились на отряд с визгом, от которого закладывало уши, и дружинникам пришлось несладко. Один боец получил глубокую царапину на руке, другой едва увернулся от удара в лицо.

— Не стрелять! — рыкнул Фёдор, отбиваясь саблей. — Шум привлечёт тварей покрупнее!

Справились, хоть и не без труда. Пятерых кур порубили, остальные разбежались. Но Фёдору это не понравилось. Куры были задеты хаосом, а значит, всплеск зацепил живых существ. Мало того, тут явно пролили кровь, судя по следам в курятнике. А кровь может привлечь порождения хаоса, и тогда ситуация станет намного хуже.

— Усилить бдительность, — приказал он. — Двигаемся дальше.

Прошли ещё пару домов. И тут словно накаркал, откуда-то издалека послышался утробный рёв. Низкий, вибрирующий, от которого по спине побежали мурашки, а сама тварь появилась в следующее мгновение.

Монстр выскочил из-за сарая и сразу сбил с ног двоих дружинников. Здоровенная туша, гуманоидная, но без шкуры, с красной влажной кожей, тощая, жилистая. Морда вытянутая, зубастая, а на голове загнутые острые рога, как у козла. Когти на руках длиной в ладонь, глаза горят алым огнём.

— Занять боевое построение! — рыкнул Фёдор и, собрав волю в кулак, активировал защитный артефакт.

На груди вспыхнул камень, перед отрядом появился мерцающий полупрозрачный купол. Бойцы сомкнули щиты и по команде дали залп из мушкетов.

Двор заволокло дымом, монстр взвизгнул от попаданий, но выжил. Несколько пуль застряли в его плоти, из ран сочилась чёрная жижа, но тварь только разозлилась. Бросилась на щит, ударила когтями, и купол задрожал от напряжения.

— Перезарядка! Держать строй!

Фёдор сконцентрировался и швырнул в монстра огненный шар. Заклинание ударило в грудь твари, опалило красную кожу, но не остановило. Порождение хаоса было слишком сильным, слишком злым, слишком голодным.

Прогремел второй залп, затем третий. Монстр шатался, истекал чёрной кровью, но продолжал атаковать. Один из дружинников не выдержал, выскочил из строя и рубанул саблей по лапе твари. Попал, отсёк несколько пальцев, но сам получил удар в грудь и отлетел к стене.

— Назад, дурак! — заорал Фёдор, но было поздно.

Тварь навалилась на щит всей массой. Купол треснул, замерцал, начал рассыпаться. Ещё немного, и порождение прорвётся к людям.

Фёдор стиснул зубы и вложил в следующее заклинание всё, что мог. Огненное копьё вонзилось в глаз монстра, пробило череп насквозь, отчего тварь дёрнулась, взвыла и рухнула на землю. А потом вспыхнула красным пламенем и начала распадаться в прах.

— Плохо… — процедил Фёдор, когда всё закончилось.

Слишком легко тварь появилась, слишком близко к людям. Если есть одна, могут быть и другие. А основные силы ещё не подтянулись, отряд усиления прибудет только через час.