— Я Иван Петрович. Зовите просто Иван. Я здесь всё знаю, всех знаю. Вы ко мне с уважением — я к вам так же. Пошли, база близко.
Повёл через лес. Тропа узкая, петляет между рыжими деревьями. Дозиметры щёлкали тихо — фон повышенный, но не критичный. Шли минут двадцать. Лес молчаливый, мёртвый, только ветер в голых ветках.
Вышли к странному входу. Люк железный в земле, замаскированный ветками и бурым мхом. Иван отодвинул ветки, открыл тяжёлый люк. Внутри лестница вниз, бетонная, освещение тусклое, лампочки через метр.
— База в старых шахтах, — объяснил лесник. — Глубина пятьдесят метров. Радиация не проходит, безопасно. Раньше тут уголь добывали, потом бросили. Теперь мы живём. Спускайтесь.
Спускались долго. Лестница крутая, ступени скользкие от конденсата. Внизу коридор длинный, узкий, лампы через каждые десять метров. Пахло сыростью, бетоном, машинным маслом.
Иван шёл впереди, говорил на ходу:
— База на три уровня. Первый — жилой. Казармы, столовая, душевые. Второй — склады, оружейная, мастерские. Третий — командование, связь, медпункт. Народу человек шестьдесят. Разные: бразильцы, сербы, поляки, русские, украинцы. Кто за деньги, кто за идею. Вам без разницы. Работа одна — Зона.
Дошли до развилки. Иван показал направо.
— Туда жилые помещения. Вас расселят позже. Сначала к командиру. Познакомитесь, получите задачи. Идите прямо, дверь в конце. Удачи.
Развернулся, ушёл обратно наверх. Четверо новичков пошли по коридору. Дверь в конце массивная, железная, табличка: «Командование».
Русский постучал. Голос изнутри:
— Входите.
Зашли. Комната небольшая — стол, карта Зоны на стене, старый компьютер. За столом мужчина лет пятидесяти. Широкий, седой, лицо жёсткое, шрам через левую щеку. Погоны полковничьи старые, советские. Военный до мозга костей.
— Полковник Радмигард, — представился с лёгким акцентом. — Командир базы. Вы новые контрактники. Садитесь.
Сели на лавку у стены. Полковник смотрел на них оценивающе, изучающе.
— Документы на стол.
Положили паспорта, контракты. Полковник проверил быстро, кивнул.
— Иванов, Коваль — автоматчики. Пойдёте в группу Марко, зачистки. Петренко — сапёр. К Стипе, минирование и разминирование. Дюбуа… — Посмотрел внимательнее. — Французский легион, снайпер. Опыт восемь лет. Хорошо. Пойдёшь в группу Лукаса. Корпоратная группа, работают на заказчика напрямую. Задачи специфичные. Вопросы?
Пьер молчал. Полковник подождал секунду, продолжил:
— База работает просто. Контракт год. Платят раз в месяц. Задачи получаете от командиров групп. Приказы не обсуждаются. Дезертирство — расстрел. Воровство — расстрел. Предательство — расстрел. Понятно?
Все кивнули молча.
— Свободны. Идите в казармы, отдыхайте. Завтра начнёте. Дюбуа, останься.
Остальные вышли. Легионер остался сидеть неподвижно. Полковник закурил, смотрел сквозь дым внимательно.
— Крид звонил. Сказал, ты хороший. Семьдесят подтверждённых, холодная голова. Но есть проблема личная. Девушка больная. Работаешь за её лечение. Правда?
— Правда.
— Это слабость. Личное в работе мешает. Будешь думать о ней — ошибёшься, умрёшь. Группа пострадает.
Пьер посмотрел на полковника холодно, прямо.
— Не ошибусь. Сделаю работу.
Радмигард усмехнулся.
— Посмотрим. Группа Лукаса особенная. Корпораты, бразильцы все. Бывший спецназ BOPE, элита. Работают на «ТехноЗон Корп», немецкую компанию. Задачи секретные — охрана учёных, сбор артефактов, зачистка конкурентов. Грязная работа, хорошо оплачиваемая. Тебя туда поставил Крид — значит, доверяет. Не подведи.
— Не подведу.
— Иди. Казарма четыре, койка семнадцать. Завтра в восемь встреча с группой. Лукас познакомит.
Легионер встал, вышел молча. Коридор пустой, тихий, только гул вентиляции. Пошёл искать казарму. Нашёл — дверь с цифрой «4». Открыл.
Внутри длинная комната, двухъярусные койки вдоль стен. Человек двадцать спали, сидели, чинили снаряжение. Запах табака, пота, оружейного масла. Армейская атмосфера, знакомая до боли.
Койка семнадцать в углу, верхний ярус. Пьер закинул рюкзак наверх, сел на край. Достал шлем с черепом, посмотрел долго. Металлический череп смотрел обратно пустыми глазницами. Мертвец. Инструмент. Машина.
— Новенький?
Голос снизу, с нижней койки. Легионер посмотрел вниз. Мужчина лет тридцати, русский, худой, синие татуировки на руках. Лежал на спине, курил, смотрел в потолок.
— Да.
— Как звать?
— Дюбуа.
— Француз?
— По документам.
— Понятно. Я Серёга. Автоматчик, группа Марко. Тут три месяца уже. Совет дам — не лезь в дела корпоратов. Они свои, закрытые. Не любят чужих. Ты к ним идёшь?
— Да. В группу Лукаса.
Серёга присвистнул тихо.
— Повезло тебе. Или не повезло, как посмотреть. Лукас — бразилец, бывший спецназ BOPE. Жёсткий, профессиональный, беспощадный. Группа его вся бразильская — шесть человек не считая тебя теперь. Все из фавел Рио, все прошли войну с наркокартелями. Задачи у них тёмные, никто не знает, что делают точно. Уходят на недели, возвращаются молчаливые. Говорят, на корпорацию работают. Эксперименты какие-то проводят, артефакты собирают. Грязные делишки.
Пьер молчал. Серёга затянулся, выдохнул дым вверх.
— Ты почему согласился сюда? Деньги?
— Деньги.
— На что?
— Не твоё дело.
Серёга засмеялся коротко.
— Ладно, не обижайся. Просто любопытно. Все тут за деньгами — кто на долги, кто на семью, кто просто жить не умеет без войны. Ты похож на последних. Глаза пустые, лицо каменное. Выгоревший.
— Может быть.
— Ничего, здесь все такие. Зона выжигает остатки человечности. Работай, получай, не думай. Так проще.
Легионер лёг на койку, закрыл глаза. Серёга прав. Выгоревший. Сломанный. Инструмент в чужих руках. Но так надо. Оля будет жить — это важно. Остальное не важно совсем.
Заснул тяжело. Без снов, без мыслей. Только беспросветная усталость.
* * *
Утром в восемь пришёл в столовую. Большая комната, длинные столы, деревянные лавки. Человек сорок завтракали — серая каша, чёрный хлеб, мутный чай. Взял порцию, сел в углу один.
Через десять минут подошли четверо. Мужчины в чёрном камуфляже, тактические разгрузки, оружие при себе. Жёсткие лица, военная походка, уверенная. Один впереди — высокий, мускулистый, лет сорока, кожа смуглая, шрам на подбородке, татуировки на предплечьях. Подошёл к столу Пьера, сел напротив. Остальные расселись рядом.
— Дюбуа?
— Да.
— Лукас да Силва. Командир группы. — Показал на остальных по очереди. Португальский акцент тяжёлый, рычащий. — Это моя команда. Марко, Диего, Педро, Рафаэль. Ты наш новый снайпер. Крид рекомендовал. Говорит, хороший. Проверим.
Легионер смотрел на них молча. Бразильцы все — смуглые, жилистые, лица жёсткие. Закрытые, недоверчивые. Спаянная группа, чужих явно не любят.
— Опыт есть? — спросил Лукас.
— Легион. Восемь лет. Мали, Афганистан, другие места.
— Подтверждённые?
— Семьдесят.
Лукас кивнул удовлетворённо.
— Хорошо. Винтовка какая?
— Привык к «Барретту» или СВ-98. Что дадите.
— Дадим «Баррет». Оптика на выбор. Боеприпасы без ограничений. Работа простая — прикрытие группы, устранение целей на расстоянии. Вопросы?
— Задачи какие?
Лукас посмотрел на остальных быстро, потом обратно на Пьера.
— Разные. Охрана учёных на экспедициях. Зачистка конкурентов корпорации. Сбор артефактов в опасных зонах. Иногда задачи… специфические. Não pergunte detalhes, apenas faça o trabalho. Ясно?
— Ясно.
— Ещё вопросы?
— Нет.
— Хорошо. Сегодня проверка твоих навыков. Стрельбище на втором уровне. Покажешь, что умеешь. Если годен — завтра выходим на задачу. Закончил завтракать?
— Да.
— Vamos.
Встали все вместе, пошли. По сырым коридорам, вниз по металлической лестнице. Второй уровень, другая атмосфера — склады, деревянные ящики, старая техника. Дошли до двери с надписью «Стрельбище». Зашли.
