«Хорошо». Я вытащил свое оружие, проверяя магазин в пятый раз с момента возвращения домой. Мне приходилось быть бдительным все время в этот момент.

«Езжайте на пляж», — повторил Вадим.

«Да, утром. Рафаэлла наконец-то отдыхает. Она ненавидит штормы. Она ненавидит эту жизнь». Черт, в этот момент я тоже.

Единственное, что хорошо в поездке на Брайтон-Бич, так это то, что там уже была установлена лучшая из доступных систем безопасности. Это был подарок от моего деда, но Вадим и Николай использовали его несколько раз. Может быть, возвращение в этот район пойдет на пользу моей душе.

Насчет Рафаэллы я не был так уверен.

Вадим похлопал меня по спине. «Иди к ней. Видно, как сильно ты о ней заботишься».

«Да, я знаю. Она видела меня и в лучшем, и в худшем проявлении. Она — крепкая женщина».

«Женщины всегда сильнее мужчин», — сказал Николай.

По крайней мере, он мог позволить мне легкую улыбку. «Да, они такие». Я был благодарен, что сделал выбор отойти от юридической фирмы. Я был Капо в душе, Советником, и обе должности считались почитаемыми. Пришло время мне занять больше своего законного места.

«Приятно видеть, что кто-то может тебя укротить и не сходить с ума от того, как вас двоих заставили быть вместе. Я с первой минуты понял, что ты к ней питаешь слабость». Теперь Вадим ухмылялся. Я понял, что сегодня вечером я ничего не смогу сделать, чтобы обострить ситуацию и найти этого гребаного сукина сына, но я не был готов ослабить бдительность.

Но я все равно нехотя посмеялся. По крайней мере, они меня поддержали.

«Она особенная». Когда я сказал эти слова, я действительно имел их в виду. Я не был парнем, который любит отношения, но рядом с ней все было возможно. Все.

Лишь бы мы были живы.

«Ты уверен, что ирландцы не предъявили права? Армяне?»

Вадим выдохнул, вероятно, устав от моих повторяющихся вопросов. «Нет, но само собой разумеется, мы тоже за ними присматриваем».

Список был длинным.

И мой гнев только усиливался.

В какой-то момент я достигну точки кипения, и тогда на улицах хлынет кровавый дождь.

Рафаэлла

И прогремел гром.

Я ненавидела штормы. Я всегда их ненавидела, и не было никаких причин, кроме как напоминать мне, что на этой земле есть злые силы. Я всегда ожидала, что они в конце концов доберутся до меня. Я просто не думала, что будет так.

Буря была еще более опасной, чем раньше, что я не считала возможным. Я перевернулась, уставившись в открытые жалюзи. Я не хотела закрывать их раньше, может быть, потому что чувствовала клаустрофобию. Весь день был не более чем размытым пятном, но выстрелы продолжали отдаваться эхом в моем сознании.

Хло пок ! Х лопок ! Х лопок !

И крики. Даже сейчас, когда вдалеке раздался еще один раскат грома, мне пришлось закрыть уши. Сначала я была шокирована ужасающими обвинениями. Затем, когда начался хаос, тот факт, что Александр не колеблясь прыгнул на меня, сбив меня с ног продолжало тяготить мой разум. Он спас мне жизнь. В этом не было никаких сомнений.

Я едва могу что-либо вспомнить после того, как он мягко затолкнул меня в машину, заставив меня сползти вниз, пока он убирался оттуда к чертям. Я помню, как он ехал как сумасшедший, едва не сбив добрую дюжину людей. Единственным спасением было то, что вся группа запаниковала и бросилась прочь с места происшествия.

Я слышала, как он делал несколько телефонных звонков, его ярость росла с каждой секундой, но к тому времени началось эхо, мой разум изо всех сил старался отключиться. Его мир был намного опаснее моего. Я знала, что он сказал, что теперь я мишень, но стрелок не хотел меня. Так? Жасмин. Она знала? О, я не могла продолжать это.

Вспышка молнии заставила меня закрыть глаза. Сегодня ночью буря также опустошала мою душу. Я натянула одеяло повыше, мое смутное воспоминание было о том, что он связался с каким-то врачом, чтобы тот меня осмотрел. За исключением шишек и синяков, я в порядке.

Они понятия не имели, насколько я была эмоционально подавлена.

Это тоже меня беспокоило. Я была намного сильнее этого. Возможно, я просто воспринимала всю ситуацию как игру больше, чем следовало. Кто-то хотел его, или меня, или нас. Нас. Было так удивительно думать, что пару дней назад я ненавидела этого человека всем своим существом. Теперь мы были...

Помолвлена.

Свадьба!

Голубой свет, падающий на горизонт, был электризующим, но я была напугана больше, чем прежде. Я поняла всего через несколько секунд, что дрожу как лист, капли пота стекают по моему лицу. Простыни были влажными от пота. Я была в упадке. Вдалеке раздался еще один гром, вибрации пронзали меня.

Но даже со страхом, пронизывающим меня, как раскаленный добела жар, знойные образы перекатывались из одной стороны моего мозга в другую. Они были грязными, но утешающими.

О нем.

У меня была такая внезапная потребность в нем, вероятно, потому, что он был моим защитником. Бороться с голодом, с желанием было уже трудно. Он оставил меня одну, чтобы я отдохнула, но я не могла выносить темноту. Я перевернулась, хватая ртом воздух. Было поздно, почти три часа ночи. Очевидно, я уснула. Не знаю как, если мне не дали успокоительное.

Не в силах больше выносить страх, я потянулась к лампе у кровати. Щелкнув ею дважды, я поняла, что электричество, должно быть, отключилось. Возможно ли это? Разве у него не было какого-то огромного бытового генератора? Я понятия не имею, но эта мысль все равно не приносила никакого утешения.

Все еще дрожа, я откинула одеяло, колеблясь, прежде чем поставить ноги на пол. Я все еще была несколько дезориентирована в его доме, темнота делала это еще хуже. Когда я добралась до двери, меня охватил другой страх. А что, если что-то не так? Ужас был ощутимым, но я пыталась напомнить себе, что он в то же время иррационален. Всего несколько часов назад я пережила ужасное испытание. Логично, что я чувствовала себя не в своей тарелке. Однако я не могла выносить постоянно меняющиеся тени и одиночество.

Я нерешительно открыла дверь, прислушиваясь к звукам.

Включая выстрелы.

Нервный смех почти вырвался на поверхность. Я открыла дверь шире, понимая, что все тихо. Мертвая тишина. Мне это совсем не понравилось. Могущественный человек подумает, что я глупо себя веду. Он не проявил никаких признаков страха. Настоящий герой. Вздохнув, я заставила себя выйти из своей комнаты, сделав несколько шагов по коридору, когда, казалось, весь дом загрохотал. Я ударилась спиной о стену, пытаясь изо всех сил контролировать дыхание. Я не была склонна к паническим атакам, но именно так это и ощущалось.

Я вцепилась в стену, сползая по ней, словно застряла в каком-то ужасном кошмаре. Может, это именно то, что происходит. Внутри меня было столько тоски, что мой живот свело узлом, но что еще хуже, мои соски болели, ныли до такой степени, что они неприятно давили на футболку, которую я решила надеть. По крайней мере, я так думаю. Теперь я ни в чем не была уверена.

Если бы не несколько вспышек молнии, я бы, скорее всего, упала на задницу, пытаясь пройти по коридору в его комнату.

Его комната.

Мой спаситель.

Мой босс.

Мой запретный плод.

Мой жених.

Перестанет ли это когда-нибудь казаться странным?

Несколько секунд спустя я оказалась прямо перед его дверью. Она была закрыта. Она была заперта? Он пытался не пустить меня? Мне нужно было перестать быть нелепой. Было очень поздно, и нам обоим нужен был отдых, хотя я сомневаюсь, что смогу поспать еще немного. Моя рука дрожала, я попробовала дверную ручку, с легким вздохом облегчения, она была не заперта.

К счастью, дверь не скрипнула, но я даже сейчас чувствовала, что комната полна электричества. Я также мог уловить его запах, его запах был настолько опьяняющим, что мне пришлось на мгновение остановиться. Отчетливые ароматы кедра, сигар, дымного дерева и специй продолжали атаковать мои чувства. У меня кружилась голова, хотя это могло быть только из-за истощения из-за испытаний. Я пыталась придумать что-то адекватное, почему я здесь, кроме как из-за того, что я была напугана, но ничего не приходило в голову.