— Адриан, прекрати. Что за ребячество⁈ — Софи выбралась на берег и начала развешивать мокрые вещи на кусту. Закончив и обернувшись, чтобы посмотреть, куда он делся, она уткнулась в его грудь. Адриан, стоявший прямо у нее за спиной, подхватил ее на руки и снова потащил в воду. Софи завизжала и попыталась вырваться, однако это было бесполезно. Руки первородного крепко сжимали ее, пресекая все попытки освободиться. Он зашёл в воду по грудь и ослабил хватку. Софи попыталась ухватиться за него, но он не позволил ей этого, вытянув вперед руки и удерживая ее на поверхности.

— Урок первый: успокойся и расслабься. Я тебя держу. Просто почувствуй воду и доверься ей. Давай, глубокий вдох и выдох. Я рядом, с тобой всё будет хорошо, — голос Адриана звучал успокаивающе. Его руки поддерживали её, не позволяя сильно погрузиться в воду. Софи глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь сделать, как он говорит.

Однажды отец пытался ее научить, но его методы оставляли желать лучшего. Он просто прыгнул с ней на руках в воду с лодки, когда они были на середине пруда в городском парке. Что было дальше, Софи не помнила, но как ей рассказывали позже, она наглоталась воды, чуть не утопила отца, едва не утонула сама и приобрела страх глубины.

Сейчас Адриан держал ее, и она, осознавая, что выбора у нее нет, попыталась расслабиться. Сердце стучало как бешеное, дыхание сбивалось, все мышцы были напряжены, а он просто держал ее на вытянутых руках, ожидая, пока она справится с собой. Постепенно напряжение начало отпускать ее, и она начала расслабляться.

— Опусти голову в воду. Всё нормально. Я здесь. Я держу тебя, — он говорил с ней спокойным тоном, успокаивая и придавая уверенности. Софи опустила голову, вода неприятно заливала уши, но прежнего страха уже не было.

— Вода сама тебя держит, если ты расслабишься, особенно на глубине. Попробуй почувствовать это, — через воду его голос звучал совсем глухо. Софи почувствовала, как он слегка опустил руки, и она погрузилась чуть глубже. Паника вернулась, и тело тут же напряглось, а руки графа вернули ее на поверхность.

— Еще раз, у тебя почти получилось.

До Софи дошло, что он не собирается оставлять ее без поддержки, и она снова попыталась расслабиться. На этот раз получилось быстрее. Софи откинула голову и почувствовала, как вода ласково обнимает ее. В какой-то момент руки, поддерживающие ее, опустились, но она осталась лежать на поверхности воды.

— Видишь? Ничего страшного. Урок окончен, — Адриан подхватил ее и притянул к себе, — пойдем на берег.

Он вынес ее из воды и отнес к месту привала. Поставив ее на ноги, он подобрал с земли ее плащ и накинул его ей на плечи. Потом пошел к берегу, чтобы забрать вещи.

Софи сидела на пледе, наблюдая, как Адриан, обернув свой плащ вокруг бедер, разделывал кроликов. Его движения были точными и выверенными. Было видно, что он делает это не первый раз. Закончив обдирать и потрошить тушки, он насадил их на заостренную палку и развел огонь. Дрова весело трещали, от костра шло приятное тепло, а Софи, разморенная после купания, задремала, свернувшись калачиком на пледе.

— Софи, просыпайся, ужин готов, — голос Адриана настойчиво звал ее, и она потянулась, выныривая из сна. Вечерело. Адриан, уже одетый, стоял над ней. Убедившись, что она окончательно проснулась, он положил рядом с ней ее просохшую одежду.

— Одевайся и давай ужинать, — граф улыбнулся, — будешь дежурить первой, ты все равно уже выспалась.

Он отошел от нее и уселся на бревно около костра.

Софи натянула белье, рубашку и брюки. Жилетка висела на ветке дерева. Она обулась и надела ее. В карманах жилетки лежало много ценных мелочей, которые не раз выручали ее в сложных ситуациях. Она подошла к костру. Большая куча хвороста, лежащая рядом, говорила о том, что Адриан не терял времени и основательно подготовился к предстоящей ночевке.

Запах свежего жареного мяса возбуждал аппетит. Она с удовольствием отломила себе кусок от тушки и вонзила в него зубы. Адриан протянул ей бутылку с вином, и она глотнула прямо из горлышка.

Признаться честно, поначалу Софи сомневалась в способности Адриана легко переносить тяготы путешествия. Учитывая, что в замке все происходило лишь по мановению его мысли, ей было сложно представить, как он поведет себя, когда в пути они столкнуться с трудностями. Поэтому она изначально планировала ехать от деревни к деревне, чтобы не лишать его привычного комфорта.

Однако ситуация все расставила на места. Адриан оказался вполне подготовленным ко всему и был способен не только позаботиться о себе, но и о ней. Это удивляло и радовало.

Однажды, еще в самом начале ее карьеры, ей пришлось сопровождать одного аристократа из столицы до его дальнего имения в соседнем герцогстве, куда тот, впав в немилость, вынужден был переехать. Это были две недели капризов, нервов и почти материнской заботы, которую ей пришлось проявлять к вполне взрослому мужчине. После того случая Софи зареклась оказывать услуги сопровождения кому-либо. В случае с Адрианом все было наоборот. Это он заботился о ней, о ее питании и сне, о ее благополучии. За такую заботу вполне можно было простить ему его тиранию и желание контролировать каждый ее шаг.

— О чем задумалась? — голос графа прервал ее размышления.

— Так, ни о чем, — Софи вытерла руки о салфетку и снова глотнула вина. Он не настаивал на беседе, и они молча сидели, глядя на огонь. Смеркалось. Сумерки опустились на лес. Где-то ухнул филин. Вдалеке послышался волчий вой. Софи тряхнула головой, отгоняя дурные мысли.

— Пойду вздремну, — Адриан зевнул, — разбудишь, когда устанешь.

Софи кивнула. Она обычно дежурила первую половину ночи, к тому же проспав пару часов, она была полна сил и сейчас все равно бы не уснула. Адриан принес плед и расстелил его рядом с костром, затем завернулся в плащ и уснул. Софи сидела возле костра, иногда подбрасывая в огонь ветки и слушала звуки ночи.

В лесу ночью никогда не бывает тихо. Казалось, именно ночью тут начинается настоящая жизнь. Легкий ночной бриз слегка раскачивал кроны деревьев. Софи слышала шелест листвы и поскрипывания стволов, словно деревья переговаривались о чем-то. Где-то в кустах раздавалось фырканье и какая-то возня. Это мелкие хищники собирались на ночную охоту. Небольшая сова, громко крикнув, бесшумно сорвалась с ветки. Со стороны озера доносился шум водопад и плеск воды. Тонкий месяц народившейся луны висел в небе, задевая макушки деревьев. Софи поднялась и прошла вокруг костра, собирая разбросанные ветки.

Возня и всплески на озере усилились, и до Софи долетел тонкий серебристый смех. По спине пробежали мурашки. «Только этого не хватало, — пронеслось в голове, — ундины».

Ундины — обитатели лесных озер, были чем-то средним между нечистью и нежитью. Являясь по сути утопленниками, они заманивали людей в воду, превращая их в себе подобных. На суше убить их было нетрудно, если ундина была одна и далеко от воды. Солнечный свет был губителен для них. Поэтому они выходили на берег группами только в сумерках и ночью.

Ундины редко нападали в открытую, они завлекали своих жертв в воду чарующими голосами. Если ундина начнет звать тебя, сопротивляться ей практически невозможно.

Софи решила не испытывать судьбу. Достав из сумки артефакт, она установила защитный купол. Оставшегося заряда должно было хватить до утра, Софи надеялась, что дальше он им не понадобиться.

Оставалось решить проблему с чарами ундин, чьи мерцающие в лунном свете фигуры уже приближались к месту привала. Софи взглянула на Адриана. Он крепко спал. Во сне человек был еще больше уязвим перед ними. Он становился одержимым и, как лунатик, шел на их зов к своей погибели. Поэтому никто из авантюристов никогда не разбивал лагерь на берегу озер и рек. Их стоянка находилась на достаточном удалении от берега, и когда Софи с Адрианом были днем на озере, их никто не тронул. Однако обитатели озера узнали, что у них гости, и теперь явно вознамерились нанести ответный визит.