— Прямые — нет, однако может быть любовница, даже жена, которая ему слепо доверяет. Из-за этого простого факта все женщины на борту сейчас ненадёжны.

— Даже Роза Резерфорд?

— Даже она.

— Роза — ваша девушка.

— Она была ею сто лет назад, — Кай криво усмехнулся. — Наши отношения… можно сказать, остались в прошлом.

— Извините, забыл. Жутковато всё время помнить, что ты — клон.

— Понимаю, друг. Ничего, жизнь — это жизнь, и лучше смерти. И ты ко всему привыкнешь. Сейчас главное — помочь Космофлоту в деле об измене. Полагаться в этом деле я могу только на тебя, а потому держи ухо востро.

— Как именно?

— Подстрахуй меня. Прикрой спину. Увидишь что-то тревожное — сообщи.

— Можете на меня положиться, командир. Я всё сделаю.

Суньлин допил рисовое вино, распрощался и ушёл. Эсперо остался доволен разговором. Парень звёзд с неба не хватал, но был силён, надёжен и лоялен.

«Кто же ты, чёртов предатель, и на чём тебя завербовали? — размышлял Кай, снова рассматривая грузовые челноки за бортом. — Амбиции? Обида? Страх? Жадность? Может, это Шандор Солида? Он всегда был своевольным эгоистом, но этого мало. Слишком простой ответ на сложный вопрос. Алек? Нет улик. Или, может быть, Дхами? Нет. Чушь. Дхами — друг, он когда-то жизнь за меня отдал, хотя… речь ведь идёт о клоне. Неизвестно, как изменилось его переписанное сознание. Да и что я прицепился к ближнему кругу. Подозреваемых — почти сто человек. Задал мне задачку Кир Ставич».

— Система, активируй личный искин капитана, — приказал Кай, и голографический силуэт возник в кресле напротив.

— Руперт триста семьдесят пять, готов работать, — раздался слегка знакомый голос.

— Тот самый Руперт?

— Я — серийная модель, которой оснащают фрегаты. Хотя в вашем досье, капитан Эсперо, упомянут некий андроид Руперт, интеллект которого — очень старая версия меня самого. Разумеется, я наследовал только часть его логики. Без воспоминаний.

— Отлично. Раз наследовал логику, вот тебе логическая задачка. На борту корабля сто человек. Среди них один предатель. Он клон, супервиро, но не женщина и не азиат. Его личные воспоминания оборвались сто лет назад, а новых пока совсем немного. А теперь подскажи — как вычислить такого человека?

— Но это же элементарно, — отозвался искин, не задумавшись даже на миг. — Пол и раса предателя в этом случае не важны. Его склонность к предательству объясняется информацией у него в голове. Проверьте воспоминания — и найдёте ответ.

Эсперо отключил Руперта и выругался. Потом при помощи виртпланшета настроил секретный канал для связи с Киром Ставичем. Ответа пришлось ждать долго.

— Вы хоть понимаете, что лишняя болтовня сейчас — лишний риск? — принялся ворчать шеф Кси, когда всё-таки ответил.

— У меня только пара вопросов. Секретный разговор не раскроют, много времени не займёт.

— Ладно, валяйте.

— Кто ковырялся в воспоминаниях моих людей?

— Никто.

— В смысле?

— Им прошили ровно те воспоминания, которые записаны на ваш чип. Это сделал автомат клонирования. Добавили только свежие знания по профилю и моторные навыки для работы с современной техникой.

— Как вы узнали, что в отряде кро…

— Тихо! Давайте без подробностей. Скажем так — был перехват чужого сеанса связи. Очень короткий.

— Постойте, Ставич…

— Ни слова больше.

Шеф Кси прервал сеанс связи.

«Они кого-то прослушивали. Поняли, что замешан супервиро с „Горизонта“. Сделали анализ голоса, но личность установить не смогли», — понял Эсперо и решил Ставича больше не беспокоить. Загадка пока что оставалась загадкой.

— Список вакансий готов, капитан, — передал Дхами Наир по связи.

— Пришли мне на виртпланшет.

…Получив желаемое, Эсперо задумался. Не хватало пяти техников, повара, десяти операторов очистки и пары пилотов.

«Десант укомплектован. Ладно, двоих оттуда переведу в пилоты, техников переведу вместо них в солдаты. Но тогда дефицит техников вырастет до семи, а насчёт повара и операторов очистки даже думать не хочется. Любой из меркурианских братьев примет такую должность как личное оскорбление».

— Дхами?

— Да, капитан.

— Свяжись с рекрутерами Космофлота в Йоханнесбурге. Мне нужно семь техников, специалист по жратве и кто-нибудь, готовый командовать ботами очистки дерьма. Не супервиро. Хватит обычных людей.

— Приказ понял, камарадо капитан. Сделаю, — пообещал Дхами и отключился.

Через сутки, приняв на борт новый персонал, фрегат «Горизонт» взял курс на Меркурий.

Варп-переход внутри Солнечной системы — штука рискованная, ограниченная полудесятком инструкций Альянса. В юности, командуя «Стрелой», Эсперо плевать хотел на запреты, но теперь, в должности капитана «Горизонта», он решил придерживаться правил, из-за чего потратил на манёвры целых три дня.

Достигнув цели, Кай рассматривал изображение на тактическом экране. Огромное Солнце, чёрное небо, контрастные тени ударных кратеров и древних хребтов, сияние обширных равнин.

— Ну, здравствуй, родина, — пробормотал он, ухмыльнувшись.

Прочие супервиро на мостике промолчали. Сфера терраформирования, когда-то защищавшая Меркурий, давно рассыпалась в прах. Жилые купола превратились в руины. Остатки колонистов покинули мёртвый мир, но его пронзительная красота лишь сделалась более яркой.

— Дхами, прими командование. Роза, Шандор, Ян — готовьтесь к высадке. Собираемся у телепорта.

Эсперо покинул мостик и вскоре очутился в отсеке телепортации, где Шандор уже проверял установку.

— Что-то помехи идут, — пробормотал он с ухмылкой. — Не обижайся, капитан, если вмажешься в грунт по колено.

Кай шутку игнорировал. Он выбрал себе скафандр — достаточный для выживания супервиро, но слишком облегчённый для обычного человека. Снял униформу капитана, остался в нижнем комбинезоне и натянул поверх двухслойную защиту. Четыре фигуры в скафандрах поднялись на платформу, и мир исчез, рассыпавшись мириадами искр.

Через миг Кай очутился на грунте — конечно, не по колено в нём, но мышцы сохранили ощущение жёсткого прыжка.

— Координаты как запланировано, температура в пределах допустимой, направление на ДР-экранах, — передал Шандор по связи.

Кай промолчал, но на языке жестов подтвердил начало движения. Вереница из четырёх супервиро зашагала по азимуту, направляясь туда, где сто лет назад высился купол тренировочного центра.

Скафандр вскоре нагрелся, показатель радиации на ДР-экране уже окрасился красным. Фильтры гермошлема отчасти гасили ослепительное сияние, к тому же глаза Эсперо отреагировали на него сильным сужением зрачка. Низкая, малая гравитация, которую больше не усиливали специальные установки, позволяла совершать громадные прыжки, создавая обманчивую лёгкость. Кай слышал, как коротко рассмеялась Роза. Ян молчал. Шандор едва слышно насвистывал старый гимн братства.

— Ну, вот оно, — сказал он наконец. — По крайней мере, координаты совпадают. Что-то сильно всё изменилось — не находишь, капитан?

— Нахожу.

Эсперо огляделся. То, что было когда-то куполом, под влиянием перепада температур превратилось в скопище обломков.

— Тут ничего не осталось, капитан.

— Возможно, и осталось. В подземных ярусах.

— Да там давно всё обвалилось.

— Проверим.

Эсперо наклонился и смахнул перчаткой толстый слой пыли, под которым открылся край бетонной плиты — металлический люк, изъеденный ржавчиной. Механизмы давно разрушились, но сила супервиро позволяла сдвинуть крышку без гидроусилителя. Крутые ступени уходили вниз.

— Помнишь это место? — спросила Роза, включив двустороннюю связь.

— Я всё помню.

— Ты лазил туда, чтобы узнать, куда нас отправят после обучения. Забавно, насколько иначе всё сложилось.

— Угу.

Кай не хотел продолжать разговор. Он знал всё, что знала Роза, и многое более того. В своё время, много-много лет назад, он взломал информационное хранилище фонда Шеффера и узнал уготованную Розе участь. Участь была и жестокой, и уничижительной. Это знание стало одной из причин восстания супервиро — не единственной, но важной.