— Полина, ты в порядке?

Я привалилась к фонарному столбу и прикрыла глаза. Мир вокруг меня медленно кружился — последний коктейль точно был лишний. Если дышать поглубже, должно стать лучше. Я сделала несколько очень глубоких вдохов, и карусель вокруг начала понемногу замедлять свой бег.

— Полина? — Влад снова позвал меня и подошел поближе.

— Все нормально, — я улыбнулась. — Просто эта планета вращается слишком быстро.

Он усмехнулся и притянул меня в свои объятия. Я с готовностью рухнула в них, с радостью оставив холодный металл столба. Прижиматься к его груди всё-таки значительно приятнее.

— Это ничего, — проговорил он, — если рядом есть кто-то, готовый поддержать.

Я крепко обняла его, сомкнув пальцы на спине в замок. Даже если в него сейчас снова неожиданно вселится дьявол и прогонит меня, я его не отпущу. Ни за что, ему придётся сначала расцепить мои руки.

— Сейчас приедет такси. Я отвезу тебя домой.

— Зачем? Я не хочу домой! — я подняла на него взгляд.

— А куда ты хочешь?

— К тебе.

Он глубоко вздохнул.

— Ты уверена?

— Конечно, я уверена! Что за вопрос? А вот уверен ли ты?

— Я… — он замялся.

— Значит, нет?

— Ты не понимаешь, Полин.

— Так объясни! Объясни, какого черта с тобой творится! Потому что мне это порядком надоело. Если я тебе не нравлюсь, скажи об этом прямо. К чему это все?

— Ты мне нравишься, очень.

Я вырвалась из его объятий и отступила на пару шагов назад. Еще несколько секунд назад я была готова прижать его к себе и ни за что не отпускать, но несколько неосторожно брошенных им слов вызвали у меня приступ злости. Я делаю шаг вперёд — он два назад. Я не могу его понять. Так отчаянно пытаюсь, но не могу.

— Тогда к чему весь этот цирк?

— Прости. Я просто не хочу сделать тебе больно.

— Ты думаешь, ты не делаешь больно прямо сейчас? — я даже с каким-то наслаждением отметила, как его глаза потемнели. — Я понимаю, что едва ли с тобой будет просто и, поверь, на многое готова. Но ты совсем не хочешь мне помочь! Мы словно играем в "горячо — холодно". Это уже даже не смешно. Думаешь, так будет продолжаться бесконечно? И я буду покорно ждать, пока ты разрешишь мне приблизиться к тебе еще на один шаг? Знаешь, что? Или ты перестаешь сомневаться, или проваливай! Раз и навсегда.

Он отвел взгляд и уставился куда-то в асфальт под моими ногами, засунув руки в карманы джинс. Между нами повисло молчание. Настолько долгое, что начало казаться — он не ответит. Наконец, он тихо произнёс:

— Я хотел бы остаться с тобой, правда. Но ты разочаруешься, обязательно. Я не способен сделать тебя счастливой, я себя-то не могу. Я погряз с головой в каком-то дерьме, и не хочу прихватить и тебя с собой. Ты все равно исчезнешь, и я не хочу, чтобы кто-то из нас остался с разбитым сердцем.

— Откуда ты знаешь? С чего решил, что я уйду, исчезну? Ты сам не знаешь, на что ты способен. Люди могут многое, главное — верить в них и не отталкивать.

Возле нас затормозила машина, но мы едва посмотрели в ее сторону. Влад не отвечал, а я не сводила с него глаз. Пауза затянулась, и я почувствовала, как глаза наполняются слезами. Все и так было понятно, без слов. Я резко дернула на себя заднюю дверь машины.

— Доберусь сама, не нужно меня провожать, — и захлопнула ее, оставив его стоять в одиночестве на улице.

В какой момент моя жизнь разлетелась по кусочкам? Я будто бы падал в замедленной съёмке, но никак не мог долететь до дна. Оно где-то вдали, и его едва можно разглядеть за густым туманом. Но сегодня удалось — я оказался, как никогда, близок ко дну.

И мало кто мог заподозрить, что внутри у меня чёрная дыра, настолько огромная, что её хватило бы, чтобы затянуть пару вселенных.

Неужели мне было мало купаться в ненависти к миру, пускать по жилам ярость, жить во имя злобы? Мало навсегда потерять веру в людей и любовь, бояться даже возможности подпустить кого-то ближе? Теперь к этому добавилась ненависть к себе, и она жгла так сильно, что все, бывшее до нее терпеть казалось чем-то нереальным.

Как я мог ее обидеть? Ее, которую хотелось спрятать от всего мира, чтобы она никогда не узнала, что это такое — боль и разочарование. Как можно было ее отпустить? Тогда, когда больше всего хотелось быть рядом.

Она права — нужно просто поверить. Всего-то довериться ей, открыться, перестать заведомо ожидать ножа в спину. Перестать ждать того момента, когда уйдёт. Это так просто, но, в то же время, невероятно сложно.

Перестать бояться. Я не готов сознаться даже самому себе, насколько мне страшно. Я просто боюсь. Этот страх идет из самой души, настоящий, животный, заставляющий все инстинкты в ужасе прижаться.

Я словно замер на краю. И нужно сделать всего один шаг — вперед, в бездну. А дальше — или ты полетишь, или разобьешься. Третьего не дано.

В воскресенье я проснулась от звонка в дверь. Я подскочила на кровати и бросила взгляд на часы, висящие на стене. Почти полдень. Да, конечно, уже не очень-то и рано, но заснула я только под утро. Кого там могло принести — родители в другом городе, а я никого не ждала в гости. Если это очередные продавцы очень нужных товаров или распространители рекламы, то сейчас они прочувствуют всю степень моего гнева.

Звонок прозвенел ещё раз. Стоящий за дверью совсем не собирался сдаваться. Может быть, притвориться, что меня нет дома и незваный посетитель уйдёт? Как же не хочется никого видеть…

Еще один звонок заставил меня встать с кровати и пойти открывать дверь. Проклиная все на свете, я распахнула ее и увидела… Влада. Это было настолько неожиданно, что я в растерянности облокотилась на стену. Его внешний вид тоже удивлял — он был одет в черные спортивные штаны и такого же цвета толстовку с капюшоном, слегка влажную от дождя.

— Привет.

— Что ты хотел? — я скрестила руки на груди.

— Поговорить.

— О чем?

Он вздохнул.

— Съездим кое-куда?

— Кое-куда — это куда?

— Увидишь.

— Так ты хочешь поговорить или покататься? — я скептически поморщилась.

— Полина, просто да, или нет? Пожалуйста.

— Хорошо, но тебе придётся подождать, — я отступила вглубь квартиры, приглашая его войти, — проходи. Чай, кофе?

— Нет, спасибо, — он помотал головой.

— Тогда я скоро вернусь.

Я натянула джинсы с футболкой, даже не задумываясь о выборе одежды. Влад был очень напряжен, от него едва ли не волнами исходило беспокойство. По его взгляду легко можно было прочесть — оказаться сегодня здесь ему было крайне непросто. Но он пришёл, и не просто пришёл, а готов говорить — а это много стоит.

— Ты быстро, — едва заметно улыбнулся он, глядя, как я на ходу собираю волосы в пучок.

— Считай, тебе повезло.

Я накинула куртку, и мы вышли на улицу. Погода сегодня совершенно испортилась — небо затянуло свинцовыми тучами, из которых, не переставая, моросил дождь. Я поежилась и поплотнее закуталась в куртку, а Влад, едва обращая внимания на падающие на него капли дождя, пошёл к машине.

Сев в автомобиль, он завел двигатель и медленно поехал со двора. Минут пять я искоса наблюдала за ним, а потом решилась задать вопрос:

— Куда мы едем?

— В одно место.

— М-м-м, ты так разговорчив. Может быть, хотя бы дашь подсказку?

— Тебе там не понравится.

— Неожиданно. Зачем тогда туда ехать?

Он дернул щекой и криво улыбнулся.