— Пойдем, — сердце забилось где-то в районе горла. Ниил предложил мне руку и помог выбраться из экипажа. — Помнишь, я обещал тебе показать храм?

Я, кивнула, с восторгом и интересом разглядывая изумительно гладкие плиты под ногами, площадь и огромные распахнутые врата. Ниил протянул лоточнице монету и приобрел несколько небольших букетиков и вручил их мне, объяснив, что это — символические дары богам.

Храм встретил тихим пением, доносящимся со всех сторон. Казалось — звучит сам воздух. Никаких тяжелых запахов. Воздух свежий, с пряными травяными нотками.

Мощные колонны серого со светлыми прожилками камня уходили ввысь. Из-за странного свойства камня храм наполнен не ярким, мягким светом. Великолепные, мраморные плиты с тонкой, подстертой резьбой непонятных символов ложились под ноги.

Мрамор пола складывается в замысловатые линии орнамента подчеркнутые яркими вставками металлов, но из-за огромной величины зала рисунок невозможно оценить. Это возможно, только поднявшись к куполу или с высоты огромных четырех статуй, виднеющихся впереди.

Две женщины и два мужчины разных возрастов олицетворяли четырех богов в золотых и серебряных одеждах. Юная стройная девушка с улыбчивым лицом и красивая статная женщина с чувственными формами. Мужчины — один молодой красавец с ироничной усмешкой на полных губах и зрелый муж с телом воина и грозным взором судьи. Статуи поражали и подавляли своей мощью. Даже не переходя на магическое зрение, я ощущала поток силы исходящий от них. Каким образом скульптору, сотворившему этот шедевр, удалось создать подобных исполинов, сохранив совершенство форм и точность пропорций?

Огромный светлые алтари перед божествами, поразительно напоминали тот самый камень из пещеры, на котором я уснула посередине озера. Нет, конечно, они были другими и представляли собой объемные широкие чаши на постаментах, но, я готова была поклясться, что материал, из которого изготовлены эти чаши, был тем же.

Несмотря на позднее время, храм вовсе не был пуст. То тут, то там можно было заметить неспешно прогуливающихся жрецов в разноцветных одеждах: оттенки красного, коричневого и бежевого цветов. Справа между колоннами кто-то в радостно-зеленых одеждах поправлял яркий осенний букет в золотой напольной вазе, к нему подошел другой, в синем и о чем-то тихо спросил. А вот еще один, за колонной. Этот служитель уже в черной сутане. Гладко выбритый, с темным лицом, какие бывают у южных народов, исчерченным глубокими морщинами.

— Святой отец, мы пришли за благословением. — обратился он к служителю.

— Все мы во власти богов, дети мои, — ответил он отступая и указывая на алтари у ног статуй. — Мое сердце с вами.

— Ты же помнишь, что в храме положено приносить дары богам? — шепнул Ниил мне на ухо и потянул вперед.

Ниил шагнул вперед, пространство дрогнуло. Жрец словно растворился в воздухе, звуки чужих шагов, голоса вокруг отошли на задний план. Я испуганно оглянулась. Посетители храма тоже исчезли, точно их и не было. Храм опустел точно по волшебству, впрочем, это и было волшебство. Осталась только тихая музыка да треск огня у ног статуй.

— Когда приходишь с просьбой к богам, всегда так. Считается, что никто не должен мешать нашему общению, — шепнул Ниил, заметив мое смятение.

Он положил небольшой мешочек на алтарь перед ногами статуи, туда же я положила один из букетов. Скрестил руки на груди, касаясь ладонями ключиц, произнес:

— О Великий Крадес, прими эти подношения и благослови нашу пару, ибо мне не нужна иная женщина кроме той, что рядом со мной. Принимаю ее такой, какая она есть. Клянусь беречь ее, и заботится, служить ей защитой и опорой.

Стоя рядом с отцом и братом, Даниил лениво участвовал в разговоре, большей частью наблюдая за прогуливающимися неподалеку дамами, а точнее, его интересовала только одна из них. Рина в компании матери прогуливалась в центре фойе. Леди шутила, приветствовала знакомых, а девушка скромно делала книксен. Идея привезти девушку в театр принадлежала леди Аранской

— Как ты не понимаешь сын? Во время обеда девочка явно чувствовала себя не в своей тарелке, прости, пожалуйста, за каламбур, но это так! А там мы не просто пообщаемся, и лишний раз присмотримся друг к другу. Надеюсь, мне удастся ее разговорить, у нас появятся темы для обсуждений. И не забывай, на премьеру соберутся все сливки общества. Неплохо бы лишний раз представить девушку, как твою невесту. Ей, конечно, не хватает лоска и уверенности, но все поправимо. Пусть привыкает. Если ты конечно еще не передумал.

Ниил нахмурился.

Нельзя сказать, что он подозревал мать в том, что она может навредить девушке. Но перед ним не просто мать, но и Леди. А он хорошо понимал, на что способны настоящие Леди. Если она решит, что девушка недостаточно хороша для ее сына, то ей даже не придется ничего делать самой. Можно просто оставить девушку общаться с дамами из высшего света и те сожрут ее с потрохами. Леди Диансе при этом останется только растерянно хлопать ресничками.

— Прости, если покажусь мнительным, но я дорожу ей. Рина действительно спасла мне жизнь тогда, после нападения на Юденьшай. Она МОЯ. И если кто-то попробует отнять у меня то, что я считаю своим, я сначала убью этого глупца, а потом возьму ее за руку и отведу в святилище Крадеса, наплевав на приличия и принятые сроки. Ты понимаешь меня?

Леди негромко вскрикнула в испуге и прижала к губам пальцы, поняв, что он не шутит.

В храме бога смерти заключались только нерасторжимые союзы. И если благословение Крадеса желали многие, то заключать браки предпочитали в святилищах любого из трех оставшихся божеств или храмах четырех богов.

— Именно так. И мне было бы спокойнее, если бы вы с отцом поддержали мой выбор.

— Хорошо, — с лица леди стекла маска наивной беззащитности. Сейчас на него смотрела демоница, прекрасно ориентирующаяся во всех подводных течениях светской жизни и весьма преуспевшая в интригах. — Я поняла тебя, и если твой выбор осознанный, то можешь не бояться за свою девочку. Есть что-то еще, чего я не знаю? Пойми меня правильно, мне девушка, в общем понравилась. Гораздо больше меня удивляет, что я не слышу возражений твоего отца. Я еще не забыла, как он забраковал нескольких невест, сочтя положение их семей недостаточно высоким.

Даниил усмехнулся. При всей своей импульсивности и внешнем легкомыслии, мать умела не только строить глазки. Кроме красоты леди Дианса была умна и весьма наблюдательна.

Идея родительницы показалась стоящей. Общество высших инертно. Нужно показать всем, что он ничуть не стесняется своей избранницы и тем самым подготовить к известию о свадьбе. А то, что она хеллина, можно объявить и после заключения брака. На фоне свадьбы Мирсаля и Юденьшай никто не посмеет счесть этот брак мезальянсом. Кстати, совместное появление в обществе подтвердит докатившиеся из Перхонса слухи об их связи.

А вчера его девочка с успехом сдала еще два экзамена. Он не сомневался, что она справится. Далеко не у каждого были такие способности и упорство. Осталось еще один, и первый курс будет зачтен. Он улыбнулся, вспомнив с каким воодушевлением, она рассказывала о выпавших ей вопросах, рассуждая о поддерживающих потоках.

Никогда бы не подумал, что будет гордиться успехами собственной невесты. Невесты, которая, непременно станет его женой…

Жена… слово растекается сладостью по языку.

Еще в Перхонсе, он добился того что Рина перестала испытывать перед ним страх, постепенно привыкая к его присутствию в своей жизни. И он боялся разрушить с таким трудом завоеванное доверие. Честно пытался сдержать, данное ей слово. Боролся с приступами ревности, запретил себе вызывать ее чаще одного раза в день, хотя его демоническая сущность с трудом мирилась со столь долгой разлукой.

И постепенно, ее отношение к нему менялось. Мало того, во время последних свиданий она не только позволяла целовать себя, но и, увлекшись, весьма жарко отвечала на поцелуи. Это было волшебно. Он пил ее словно путник в пустыне, наконец дорвавшийся до воды