Десять…
— Готово!
Край решетки тяжело лязгнул по камню. Обессиленный Хеммери повалился на землю и сунулся в лаз, помогая себе локтями и ногами, а я, схватив его за шкирку, тянула со своей стороны.
— Давай!
Еще рывок и мы оба повалились на землю. Цифры над нашими головами в последний раз моргнули и замерли на отметке «ноль-ноль». Раздался протяжный звук сирены, оповещающий о конце испытания, и в тот же миг карта, которую я судорожно сжимала в кулаке, просто исчезла.
— Что? Куда? — всполошилась я и попыталась вскочить, но Коул дернул меня обратно.
— Так надо.
Я обессиленно повалилась рядом с ним. Мы лежали едва живые, без сил. Дышали, как две загнанные лошади и не могли говорить. Хотя, какое там говорить! Я даже моргать не могла! Сил не осталось. И не верилось, что этот безумный марафон наконец закончился.
Спустя пару минут Хеммери слабо шевельнулся:
— Ты как?
— Вроде жива.
— Встать можешь?
— Встать?
— Ну да. Подняться с земли, и принять вертикальное положение, опираясь на те две штуки с пальцами, которые у тебя ниже пояса.
— Попробую, — нервно хихикнула я, перекатываясь на бок.
Сразу встать не получилось. Пришлось сначала на четвереньки, по-собачьи доползти до решетки, и уже потом, цепляясь за нее, полностью выпрямиться.
Рядом со мной, ворча, как старый дед, корячился Коул. Грязный, лохматый, измученный, но такой шикарный, что я внезапно ощутила резь за ребрами и жгучее желание его обнять. Еле сдержалась.
Он легко толкнул решетку, и она распахнулась, открывая нам путь.
— Только не говори, что обратно нам придется добираться столько же по времени.
— Нее, — он устало размял шею, — испытание закончено, магия обнуляется. Теперь здесь все обычное.
Коул подставил мне локоть, и я с благодарностью уцепилась за него. Прихрамывая, и поддерживая друг друга, мы поплелись обратно.
Глава 14
Остальные пары выглядели не лучше. Когда мы доковыляли до линии старта, там уже собрались практически все. Кто-то сидел, кто-то лежал пластом, кто-то мерил нервными шагами из стороны в сторону.
Довольных лиц было мало.
— Какой изверг придумал это идиотское озеро? — возмущался кто-то из парней. Я не поняла кто именно, потому что он был с ног до головы в грязи, — мы что должны в говне всяком ползать? Я из-за него не успел пройти еще две точки!
Коул мне подмигнул. Мы-то это озеро прошли первыми, пока вода еще была кристально чистой.
— А дальняя точка? Это что за издевательство такое?
— А Пауки?
— А вышка?
Возмущения градом сыпались со всех сторон. Причем возмущались все, и те, кто поступал, и те, кто помогали.
— Это вообще нереально пройти! — громко верезжала темнобровая, — кошмар какой-то! У меня все болит!
— Вот именно! Нереально! — в тон ей ответил один из претендентов, — тут вообще есть те, кто отметил все десять точек?
Народ начал крутить головами и подозрительно смотреть друг на друга. А потом, наставники, как по команде повернулись в нашу сторону:
— Ко-о-оул? — прозвучало с откровенной угрозой.
Тут уж на нас уставились все, а не только старшекурсники. От общего внимания, я смутилась и предпочла бы промолчать, а еще лучше тихонько отойти в сторону, чтобы никто не видел. Но куда там!
Хеммери расплылся в довольной ухмылке.
— Только не говори, что ты это сделал!
Улыбка стала шире и наглей.
— Серьезно?!
— Все десять точек, — Коул небрежно щелкнул пальцами, — запросто.
Вот позер! Не он ли три минуты назад хромал, и говорил, что проще сдохнуть, чем вот это вот все.
— Блин, да как так-то? — возмутился Чейз, — парни, а давайте его побьем?
— С удовольствием! — старшекурсники дружно его поддержали и ринулись на Хеммери.
Тот от них, громко смеясь и умудряясь на ходу еще и дразниться. Его, конечно поймали и завалили, устроив дружескую потасовку. Придурки.
Остальным было не так весело. Изрядно потрепанные претенденты хмуро смотрели на то, как старшие курсы валяют дурака, а еще на меня. И радоваться за мои десять отмеченных точек, похоже, никто не собирался. Разве что блаженная Стелла. Она как раз валялась неподалеку, распластавшись как звезда на вытоптанной траве, и не поднимая головы мелодично протянула:
— Ева лучше всех.
Темнобровая Ксандра сердито фыркнула, белобрысая Кайла с досадой скрипнула зубами, а мои несостоявшиеся подруги Мира и Лесса начали заискивающе улыбаться.
Я отвернулась от них. В отличие от неугомонного Коула чужое внимание мне не нравилось, и я не умела вести себя на публике так же свободно, как он.
— А ну отставить! — прогремело сверху. Это Райдо опять спустился на своей каменной пластине: — Прекратите валтузить Хеммери! Устроили тут.
Народ тут же утихомирился и вскочил на ноги. Последним поднялся мой наставник. Абсолютно растрепанный, но совершенно довольный собой.
— Итак, второе испытание позади. Я поздравляю тех, кто справился со всеми точками. К сожалению, таких было мало. А точнее только один претендент. Претендентка.
Я достойно выдержала пронзительный, вспарывающий взгляд нашего куратора, и даже ощутила некое подобие гордости за свои успехи. Оказывается, приятно быть впереди и осознавать, что хоть в чем-то девочка из Муравейника не уступает аристократам из Хайса.
— Ей просто повезло с наставником! — возмутилась Ксандра.
— Остальным нет? — Хонер поднял темные брови, — надеюсь, мисс Морей понимает, что этим заявлением она умудрилась оскорбить всех присутствующих наставников, включая ее собственного?
Темнобровая отчаянно покраснела и принялась оправдываться:
— Я не это хотела сказать…я просто…
— Мне кажется, юной леди лучше помолчать, пока она не сказала еще что-то, о чем потом будет жалеть, — не слишком церемонясь, заткнул ее Райдо и обратился ко всем присутствующим, — завтра я жду всех участников на малой арене, для обсуждения результатов второго испытания и проведения третьего.
— Завтра? — испуганно охнула Лесса, — но как же…Мы же…Это какая-то ошибка!
— Никаких ошибок. Завтра! — наш куратор растекся в довольной ухмылке, — в десять утра. Проспавших и опоздавших не пустят. Так что советую сегодня лечь пораньше. И, кстати, помощники больше не потребуются. Так что с этого момента наставники могут быть свободны от своих обязанностей.
С этими словами пластина поднялась выше и понеслась прочь, а мы, притихшие и обескураженные, смотрели ему в след, пока он не исчез за пределами видимости, а после унылой вереницей направились к выходу из полигона.
Позади в полголоса возмущался ненавистный блондин:
— Они издеваются что ли? Да после сегодняшней мясорубки завтра половина с постели не сможет встать!
Он был прав. Уставшее тело уже предательски дрожало, а к вечеру вылезут все ссадины и ушибы, на которые не обращали внимания во время забега. Но больше всего меня беспокоила не дрожь в коленках и не свезенные до крови ладони, а хмурая физиономия Коула.
От привычной веселости ничего не осталось. Он шел рядом со мной и выглядел непривычно серьезным. Синий взгляд стал жестким, губы превратились в тонкую упрямую линию, и в каждом движении сквозило напряжение.
— Коул… — шепотом позвала я, когда мы в полнейшем молчании дошли до корпуса претендентов.
Парень остановился и мрачно уставился на меня, ожидая продолжения.
— Ты знаешь, что будет на третьем экзамене?
Он медленно покачал головой:
— Ев, я понятия не имею, что там. Еще ни разу не было такого, чтобы испытания шли одно за другим без перерыва и без времени на подготовку. И чтобы наставников отстраняли раньше времени…Тебе придется самой.
Вот это было страшнее всего. Я так привыкла к жизнерадостному нахалу и к тому, что он умеет решать любые проблемы, что даже представить не могла, как буду обходиться без него.
Весь оставшийся день корпус был погружен в напряженную тишину. Никто из девочек не слонялся по коридорам, никто не обсуждал прохождение полигона, не делился впечатлениями и не возмущался по поводу трудных испытаний. Все тихо забились по своим норкам и напряженно ждали, гадая, что же завтра будет.