— Ах, ты дрянь!
— Тсс, — приложила палец к губам, — слышите?
Все заткнулись и начали недоуменно прислушиваться и переглядываться.
— Что?
— Где?
— Не слышите? Странно, — я пожала плечами, — Я вот четко различаю, как ветер шепчет: ваше время вышло. Пока-Пока.
Небрежно помахала им ручкой и ушла к себе. Пошли все к черту.
В комнате меня поджидала веселая Стелла, нелепо вальсирующая от стены до стены. Увидев меня, она радостно рассмеялась и, внезапно подскочив, обняла за плечи:
— Ты тоже счастлива, что поступила?
— Ага, — буркнула я и, выскользнув из ее рук, бухнулась на кровать.
Была счастлива, пока не узнала неприятную правду. Теперь вместо радости на губах горечь пепла.
— Ты выглядишь расстроенной.
— Есть повод.
— Ты о споре? Это Мира узнала от кого-то из адептов и всем разболтала, — Стелла пожала плечами, будто ничего страшного не случилось, и продолжила танцевать.
— И ты не хочешь ничего сказать про мою подмоченную репутацию? — напряженно спросила я, готовая к очередному конфликту.
Соседка задумалась, даже макушку почесала, а потом выдала совсем не то, что я ждала:
— Ну… я бы тоже поцеловалась. Но мой наставник сказал, что я странная, — у нее обиженно дрогнули губы, — я ему не понравилась.
— Он просто не так сильно хотел победы, как Хеммери, — пробурчала я, уже совсем не уверенная, что Коул видел меня хоть сколько-нибудь симпатичной, а не просто объектом для спора.
— Кстати, — Стелла встрепенулась и бросилась к столу, — я кое-что для тебя приготовила.
Она протянула на раскрытых ладонях красное бумажное сердечко.
Я усмехнулась. Ева из Муравейника была недостойна подарка, то ли дело адептка Найтли.
— Спасибо.
Пусть Коул больше не рядом, но его предупреждение о наговорах отпечаталось у меня в памяти. Поэтому я сложила сердечко в четыре раза и, дождавшись, когда Стелла уйдет в душевую, засунула его на самое дно ее же сумки, под треснувшую подкладку.
Ничто не помешает мне учиться в Весморе. И никто.