Сама не заметив как, она выскочила к болоту, над которым неспешно плыли обрывки тумана. Это место было ей знакомо. И та осина, которая склонилась над топью, и кочки, выглядывающие из мха. Они словно манили, приглашая отправиться в волшебное путешествие.
Мел не боялась. Она легко перескакивала с кочки на кочку, а тело привычно выбирало те, которые были безопасными.
— Кочка раз. Кочка два, — неуклюже взмахнула руками и тихо рассмеялась, — кочка три.
Ветер разгонял туману нее на пути и будто поддерживал, не позволяя оступиться.
— Кочка девять, — снова прыжок.
Остановилась на мгновение, чтобы перевести дыхание, и тут же взгляд зацепился за что-то яркое, наполовину прикрытое мхом.
— Это что? — Мелена подобрала валявшийся под ногами прут и, высунув язык от усердия, подтянула эту штуку к себе.
Сумочка. Маленькая и яркая, сшитая из разноцветных клочков ткани. Эта вещь тоже показалась ей знакомой, поэтому Мелена тщательно отряхнула ее от налипшей ряски и листьев, и повесила себе на плечо.
— Кочка десять.
Болотина закончилась так же внезапно, как и началась.
Мелена выбралась на твердую землю, потопала ногами, скидывая с легких сандалик налипшие комки грязи, и поскакала дальше. Через подлесок, изрезанный странными трещинами и дальше, туда, где в просвет между ровными стволами виднелась поляна, залитая светом.
Выскочив на нее, она остановилась и, громко охнув, прикрыла глаза ладонью. Солнце было таким ярким, что на миг она потерялась и зажмурилась. Потом аккуратно приоткрыла один глаз, второй, и наконец сморщившись, будто съела неспелую вишню, осмотрелась из-под ладони.
Большая поляна была сплошняком залита ромашковым цветом. То тут то там сквозь нее прорезались ярко-синие шапки васильков и желтые всполохи купейницы, а по краям причудливых трещин стелился темно-красный, как кровь боролист.
—Меленка пришла! — раздался звонких голос.
Чуть дальше, у подножья утеса, похожего на лосиные рога, на развалинах старой башни прыгали две девочки и махали ей руками.
— Мира! Софи!
Подхватив подол Мелена, бросилась к ним:
— Девочки!!!
Цепляясь за прогретые камни, Мел вскарабкалась на большой плоски валун и тут же попала в объятия.
— Мы так по тебе скучали!
— И я скучала.
— У нас тут маленький пир, — Мира указала на расстеленный платок прямо на камне платок. На нем лежали пышные булочки с маком, первые летние яблоки, желтые, как солнце, и целый кулек ягод.
— А я вот что нашла, — она стянула с плеча сумочку и протянула ее Мире.
— Ох, а я думала, что потеряла ее на совсем, — сестра прижала находку к груди и радостно закружилась.
— Аккуратнее, — Мел поймала ее за локоть, когда та неосмотрительно сдвинулась к самому краю.
Мира только рассмеялась.
— Все хорошо.
— Девочки! — Софи капризно топнула ногой, — давайте есть. Я голодна!
Переглядываясь и улыбаясь друг другу перемазанными ртами, они с удовольствием уплетали лакомства. Потом Мира откуда-то достала флягу с ледяной, но очень вкусной водой.
— Теперь давайте играть! — крикнула Софи, — догоняйте меня.
И они бегали по поляне, ловили друг друга и пестрых бабочек, круживших над цветами. Ловко перепрыгивали через разрыв, плели разноцветные венки и играли в прятки. А потом усталые, но безнадежно счастливые, повалились прямо на траву и рассматривали облака, плывущие по яркому небу.
— Вон то похоже на цветочек, — Мира указала пальцем на большую кляксу, в которой, если постараться, можно было узнать очертания ромашки.
— А вон то на булочку!
— Софи, тебе лишь бы булочки.
— А ты, Мел? Что видишь ты?
Она ответила не сразу.
В ее облаках не было ни булочек, ни цветов.
Сначала ей почудились горные пики. Острые, как зубы дракона, потом они превратились в вихри, которые кружились на месте и медленно перетекали в высокие башни. Затем картинка рассыпалась, превращаясь в неясное пятно. Оно клубилось, ширилось, вытягивалось превращаясь во что-то странное.
Вроде зверь, похожий на кошку, только почему-то за спиной плавно покачивались широкие крылья. Облака наслаивались друг на друга и от того казалось, что шкура у него не простая, а полосатая.
— Так что ты видишь?
— Я вижу зверя, — тихо произнесла она.
— Милого? — тут же встрепенулась Софи, которая всегда испытывала страсть ко всяким зверюшкам и тащила в дом живность. То котенка, то щенка, а иногда и раненую белку из леса, или зайца, попавшего в силки.
— Да. Он похож…похож на кота, — это самое близкое описание, которое она могла подобрать. Подняв руку, Мел пальцем провела по воздуху, очерчивая невидимые контуры, — вот это хвост, это лапы, это крылья.
— Крылья? — удивилась Мира, — где ты видела котов с крыльями?
— Таких не бывает, — подхватила Софи.
А Мелена рассеяно улыбнулась:
— Бывают.
Она знала это наверняка, и неясная тревога, до этого отступившая под солнечными лучами, снова подняла голову.
Кто этот зверь, который смотрел на нее с неба? Он непременно должен быть сильным и справедливым, и конечно смелым. И особенным.
— Он плохой? — как-то слишком серьезно спросила Мира.
Мел покачала головой.
Неплохой. Сложный и жесткий, но не плохой.
Она повернула голову в сторону сестер. Мира выглядела совершенно счастливой и грызла травинку, не отрывая взгляда от неба. Сразу за ней лежала Софи, беспечно закинув руки за голову и качая босой ногой.
Тревога становилась все сильнее, и холодные завывания ветра из воспоминаний пронеслись над поляной пригибая зеленые волны до самой земли.
Кожа тут же покрылась мурашками, а сестры ничего не заметили, продолжая рассматривать облака.
— Я тоже вижу кота с крылышками! — внезапно воскликнула Софи, — смотрите! Вон там! Только она маленькая совсем. Крошка…но я так ее люблю.
В груди что-то стукнуло и болезненно сжалось. Мел тоже видела силуэт маленького зверя, ей даже показалось, что она может различить кисточки на ушах.
— Красивая.
— Лучшая.
Они замолкни. Даже природа затихла. Не слышно было ни жужжания мохнатых шмелей, ни пения птиц, ни шелеста травы. Мел продолжала смотреть то на маленького зверя, то на большого, и чувствовала, как ее тянет к ним. Сильно, непреодолимо.
— Мел… — позвала Мира.
Она обернулась.
Вместо двух девочек, рядом с ней были две красивые молодые девушки. Одна чуть постарше, с русыми волосами, а вторая — точная копия самой мелены.
Обе сестры смотрели на нее. Спокойно, тепло, с затаенной грустью в одинаковых темных глазах.
— Что? — в груди защемило еще сильнее.
— Пора возвращаться, — ласково произнесла Софи и совсем по-взрослому улыбнулась.
— Не хочу, мне и тут хорошо, — Мелена отмахнулась, — здесь, с вами. Давайте еще немного поиграем, а потом пойдем домой.
— Домой? — тихо переспросила Мира, — а где твой дом?
— С вами? — с надеждой спросила Мел, чувствуя, как тоска все сильнее сковывает грудь и мешает нормально двгаться.
— С ними, — тихо произнесла Софи и указала на небо, где две фигуры приблизились друг к другу и будто кого-то ждали.
— А вы?
— А наше место здесь, — Мира улыбнулась — мы здесь счастливы.
Глаза зажгло от непрошенных слез.
— Мама, папа…
— Мы передадим им привет. Иди.
— Я не хочу обратно. Там холодно и страшно. Там я одна.
— Не одна, — Софи снова кивнула на облачные фигуры.
— Я не смогу, — Мелена искала повод, чтобы остаться, — Мне не хватит сил…
— Мы поможем.
Софи взяла ее за плавую руку, Мира за левую. И этих прикосновений она не почувствовала. Смотрела на призрачно бледные руки и не дышала. Сердце ломило, и в уголках глаз крупными каплями собирались слезы.
— Навсегда вместе? — прошептала она.
— Навсегда
— Вместе.
Ее подхватило теплым порывом ветра и плавно оторвало от земли. Она взлетала все выше и выше, а под ней, среди ромашкового поля стояли Софи и Мира и, счастливо улыбаясь, махали ее руками.