— Иди сюда.
Котенок забился под расщепленный надвое кусок льда.
— Иди, сюда, малышка, — повторила она, опускаясь на колени и раскрывая руки для объятий.
Эсса запищала еще громче и бросилась к ней. Обхватила мохнатыми лапами, уткнулась холодным носом в шею и, трясясь до кончика хвоста, попыталась спрятаться у Мелены на груди.
— Тише, — та гладила по вздыбленному загривку и легонько покачивала из стороны в сторону, — тише. Мы выберемся отсюда. Я обещаю.
Осталось придумать, как это сделать.
Пользуясь тем, что похитивший их рысь находился ниже и не мог их видеть, Мел быстро осмотрелась по сторонам, ища пути для отступления. Две площадки. Та, на которой она пришла в себя, и вторая на пару метров повыше. На каждой есть вход в пещеру, с двух сторон отвесные утесы, с третьей обрыв. Бежать некуда. У Мел не было крыльев, чтобы перемахнуть на другую сторону.
Она медленно выдохнула. Отчаиваться было рано.
— Все, заткнулась? — недовольный голос снизу, и Эсса снова начала трястись.
— Тише, — Мел поймала ее взгляд и покачала головой, — не надо.
Одними губам и произнесла «помоги мне», и маленькая рысь, настороженно подняв кисточки, замерла.
— Не зли его, — так же беззвучно сказала Мелена, — не надо.
Вроде поняла.
— Спускайтесь сюда.
Мелена аккуратно съехала вниз, Эсса легко спрыгнула следом за ней и тут же спряталась за ее подол.
— Готовь есть! — приказал он.
— Из чего?
— Возьми что-нибудь в пещере. Мне тебя учить что ли?
— Но пещера пустая…
Рысь замер, вытаращив глаза, будто силясь что-то вспомнить. Потом огляделся по сторонам:
— Мы не дома?
Похоже его голова была еще в худшем состоянии, чем думала Мел.
— Нет. Мы в Драконьих горах. И у нас нет ни еды, ни огня, ни одежды.
— Значит перебьемся.
— Малышке надо есть, а я уже не чувствую рук от холода.
Мелена была зла, и в крови кипела ярость, не давая замерзнуть. Но скоро холод проберется под кожу и будет каплю за каплей высасывать из нее жизнь.
— Прыгай, — пренебрежительно выплюнул он, — согреешься.
Мелена послушно подпрыгнула пару раз, а потом повалилась на снег:
— Мне так холодно…умираю.
Эсса тут же завопила, а рысь подскочил и рывком поднял ее на ноги.
— Какая же ты слабая и никчемная!
Она снова повалилась:
— Мне нужна одежда…и еда…
Мужчина оскалился и зарычал, Мел даже подумала, что перегнула с игрой, и сейчас он на нее набросится, но рысь обратился и взмыл в небо.
Его не было полчаса, за которые Мелена успела обшарить обе пещеры и площадки. Ничего! Ни намека на тропочку, или безопасный спуск!
Это место было самой настоящей западней.
Рысь вернулся, неся в когтях небольшого горного козла. Из разодранного горла капала еще теплая кровь, а стеклянные глаза с прямоугольным зрачком, бездумно смотрели на мутное небо.
— Вот вам!
Мел кашлянула. Ей, конечно, доводилось есть сырое мясо в походных условиях, но это было не то блюдо, а котором можно мечтать.
— Мне бы одежду, — потянула руки к кхассеру, стараясь говорить как можно жалобнее, — хоть что-нибудь. Я не чувствую ног.
— Я же сказал, прыгай! — кхассер злился. Он устал, пока тащил дочь и девку через полстраны. Ему приходилось прятаться от людей, пялящихся снизу, укрываться от других кхассеров, иногда маячивших в небе. И теперь ему отчаянно хотелось есть и спать, а не выслушивать чужое нытье.
Но Софи действительно выглядела плохо. Корка запекшейся крови на голове, посиневшие от холода губы. Не для того он спасал ее из заточения в страшной башне, чтобы теперь позволить умереть.
— Чтобы к моему возвращению, еда была готова! — потребовал, снова забыв, что огня у них не было. Опять принял звериный облик и раздраженно хлопнув крыльями поднялся в небо.
Мел наблюдала за его неровно двигающейся фигурой до тех пор, пока кхассер не скрылся за перевалом.
— Все, малышка, мы с тобой пока одни. Можно выдохнуть, — произнесла она бодро и уверенно.
Хотя поводов для уверенности не было. То, что ей удалось выпроводить его за барахлом, не давало им никаких преимуществ. Только крошечную передышку.
Мел очень надеялась, что их исчезновения уже обнаружили и отправились на поиски. Должны были обнаружить! И Маэс непременно почувствует, что ей плохо! Она же чувствовала его. Значит и он должен! Осталось только дождаться помощи.
— Давай-ка затащим его в пещеру, — она ухватилась за белую шкуру барана, — а то снег расходится.
На самом деле с неба валило все сильнее и сильнее, а еще порывами налетал студеный злой ветер. Он завывал и бросался на трясущуюся Мел, норовя сбить с ног. Трепал легкий подол, рвал косу, и подталкивал ее к обрыву.
Странный ветер. Необычный, будто живой.
Его завывания становились все сильнее и вскоре превратились в рев. Малышка Эсса, залобно заскулила и попятилась, а Мел, наоборот, прошла вперед и запрокинув голову, посмотрела на вершину.
Там, искря и потрескивая, занимался ураган.
Сеп-Хатти!
Она столько слышала, по чудовищьные вихри, охраняющие границу, но никогда не видела их прежде. Знала только одно, если он доберётся до них, то это верная смерть!
— В пещеру, живо! — закричала она.
Эсса тут же рванула к темному проему, Мел следом.
У самого входа упала на колени, ладонями впиваясь в древний камень и со всей мочи потянула на себя.
— Давай же!
Магия хлынула с ее пальцев.
— Давай!
Стены начали сближаться, проход в пещеру зарастал каменным панцирем.
Ураган был все ближе. Его предвестники врывались в смыкающееся отверстие, бросались на женщину с перепуганным котенком, бились об стены, рассыпаясь снежными водопадами.
— Давай! — прокричала она, когда до прямого столкновения с Сеп-Хатти оставались считанные секунды.
Проход с тихим щелчком закрылся.
В тот же миг с внешней стороны на него налетела древняя лютая сила, но преграда устояла. Это был еще один случай, когда Мел искренне благодарила небеса за свой дар.
Глава 21
— Так, — сказала Мел, с трудом отдышавшись. Она не умела разумно распределять силы, поэтому такой выброс изрядно ее подкосил. Дико хотелось спать. Просто прилечь в уголке и прикрыть глаза, — так…
Тряхнула головой, отгоняя сон. Каждая окружающая деталь добавляла трудностей, и за что хвататься, чтобы и самой выбраться целой и невредимой, и Эссу вытащить из этой западни, Мел пока не знала.
Трудно строить долгоиграющие планы, когда спотыкаешься на самом очевидном.
На холоде.
Маленькая рысь была в плотной шубке и не испытывала никакого дискомфорта, а вот у Мелены уже зуб на зуб не попадал. Если так дело пойдет и дальше, то совсем скоро она перестанет чувствовать руки-ноги, а потом и вовсе околеет.
Как жаль, что ей не достался огненный дар. Можно было бы разжечь костер, натопить крохотную пещеру, сделав ее пригодной для жилья. Увы, ей был доступен только камень. Но кто сказал, что он всегда должен быть ледяным?
— Ладно…попробуем…
Она опустилась на колени в самом дальнем углу, приложила ладони к полу, и в памяти вернулась в те солнечные дни, когда они с сестрами сбегали к Лосиному утесу и, забравшись на приступки башни, загорали под ласковыми лучами. Камень тогда был горячим и обжигал так сильно, что приходилось подстилать лопухи под маленькие попы.
Мелена старалась воскресить в себе давно минувшие ощущения, восстановить в памяти ласковое тепло и свет.
Поверхность под ее ладонями немного нагрелась. Совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы вселить надежду. Однако Мелена поняла, что прогреть всю пещеру у нее точно не получится — слишком большая площадь, а она не умеет управлять потоками настолько широко.
Поэтому она начала заново и сначала заставила камень принять форму чаши, в которую она бы влезала вся целиком. И уже вот эту чашу стала нагревать.
Дело шло медленно, через силу. Неподатливый ледяной камень неохотно откликался на ее приказы и раскалить его так и не удалось.