Она взлетела на второй ярус. Не останавливаясь, поднялась на третий. И осторожно, на цыпочках — на четвёртый.
В коридоре было пусто и тихо. Эвелин двинулась вглубь яруса. Кухня находится недалеко от лестницы, какой-то десяток шагов. Главное, туземка не должна её заметить, вообще не должна понять, что кто-то подкрадывается. Мощность заряда была достаточной, чтобы человек средней комплекции мгновенно потерял сознание. Как это подействует на кхира, биолог понятия не имела, — поковыряться в особенностях нервной системы туземцев руки не доходили. Возможно, удар окажется слишком слабым, и аборигенка её увидит. Или наоборот. Причинить здоровью Тассит вред Кэри не хотела, но приходилось рисковать.
Вот и дверь кухни. Она бесшумно выскользнула из-за косяка. Туземка стояла спиной, набирала в миску из чана забродившую кашу. На раздумья времени не осталось. Эвелин выстрелила прямо в затылок.
Чуть слышный сухой треск разряда. Туземка вздрогнула, начала заваливаться навзничь. На долю секунды Кэри растерялась — не подумала, что Тассит может покалечиться при падении. Тут же подскочила, подхватила обмякшее тело, бережно уложила на пол.
Дальше было дело техники. Она аккуратно обнажила грудь туземки, надела на сосок воронку вакуум-насоса. Пять качков, и несколько капель желтовато-белой жидкости скатились по прозрачной трубочке в контейнер пробника. Готово! Сняла присоску, поправила одежду на неподвижном теле. Пора уходить. И надеяться, что здоровье Тассит не пострадало.
Не удержавшись, Кэри пощупала пульс на локтевом сгибе, там он у кхиров прослушивался лучше всего. Жилка ритмично билась, отмеряя удары сердца, гонящего кровь по артериям. Подумалось вдруг — такая возможность больше не представится!
Эвелин снова открыла биопробник. Полминуты — и несколько капель крови заполнили второй контейнер. Теперь точно пора делать ноги…
— Эва, Микки и росс двинули к дому, — голос Альфа внутри гермошлема прозвучал, едва она выпрямилась.
Бегом, быстрее! Больше не таясь, не пытаясь ступать бесшумно, Кэри рванула к лестнице, скатилась на второй этаж.
— Далеко они?
— Уже на пороге.
Дьявол, никак не успеть! Застукают, когда она будет спускаться. Эвелин остановилась, судорожно оглядываясь по сторонам. Наружные двери имелись на каждом ярусе, но воспользоваться ими она не могла. С того места, где сидели Ароян и Микки, нижний вход был виден прекрасно. Она не сможет объяснить, каким образом оказалась снаружи, не проходя сквозь него!
Действовать следовала без промедления. Кэри включила канал химика и брякнула первое, что в голову пришло:
— Микки, я одну присоску с волосатого не сняла, пропустила. Сделай доброе дело, принеси.
— Вряд ли, Давид бы заметил, — тут же отозвался Коган.
— А куда же она тогда запропастилась? Точно, на лодыжке осталась. Сними, ты ж всё равно там сидишь.
— Да нет, я… Ладно, схожу.
Эвелин напряженно замерла, дожидаясь информации с корабля.
— Микки пошёл назад, росс остался. Сказал, что ты ошиблась, — сообщил Слэйн.
— Он стоит на пороге?
— Да.
Девушка мысленно чертыхнулась. Иди же, не оставляй чужака одного с ачи!
Неожиданно верхняя лестница за спиной тихо скрипнула. Кэри вздрогнула, развернулась. Никого. Конечно никого! Тассит ещё несколько минут не сможет очухаться, Коган и Ароян снаружи. Для всех остальных заходить в дом — «табу».
…Кроме ртаари. Мифических, несуществующих ртаари. Одну из которых видел Микки. Эвелин ощутила, как сохнет во рту. Дурацкая мистификация у водопада больше не казалась мистификацией. В кают-компании корабля можно всё что угодно высмеивать. Но здесь, в самом логове этих непонятных существ, какие-то тёмные страхи вылезали наружу.
Кэри вынула станнер из кобуры. Слабая защита! Разумеется, заряда хватит, чтобы сбить с ног полсотни туземцев. Но по большому счёту это всего лишь игрушка…
— Эва, который из них был у тебя сегодня? — вопрос Когана заставил дёрнуться так, что станнер чуть из руки не выпал. — Я их не различаю, все на одно лицо.
— Эва, Микки! Мы на месте, захожу на посадку, — не давая ответить, вклинилась Вонда.
— Эва, росс отходит в сторону. Ага, это наши прилетели, вижу тень шлюпки.
Голоса наперебой зазвучали в наушниках. Облегчённо выдохнув, Эвелин побежала вниз, на ходу отзывая химика:
— Микки, извини! Я нашла ту присоску!
Глава 7. Открытие
«Секретная операция» прошла удачно. Ни Ароян, ни тем более кто-то из товарищей Эвелин ни в чём не заподозрили. Что успела понять Тассит, как быстро очнулась, «познакомившись» со станнером, девушка старалась не думать. А через десять минут после того, как капля молока соприкоснулась с подогретым забродившим соком, она забыла обо всём на свете. Слишком захватывающее зрелище разворачивалось перед глазами.
Тонкая плёнка вещества в вакуумной камере микроскопа превратилась в миниатюрную биофабрику. Молекулы белка расслаивались, крошились, обрастали активными радикалами. Эвелин они представлялись готовыми кирпичиками, из которых вот-вот начнёт строиться таинственная ферментная защита. Она ждала, больно прикусив губу от напряжения. На жилой палубе закончился ужин, Вонда дважды вызывала подругу по внутренней связи. Эвелин было не до того. Сейчас, сейчас подтвердится её догадка!
Ничего не происходило. Первые «кирпичики» начали терять активность. Прикинув концентрацию и скорость процессов, Кэри получила время активной фазы субстанции, — немногим больше часа. За этот промежуток что-то должно случиться. Но что?
И вновь блеснула догадка! Может быть, вещество должно попасть в кровь? У неё были пробы Арояна и ачи, но в них и так содержались следы ферментов. Для чистоты эксперимента требовалось что-нибудь другое. Не колеблясь, Эвелин достала из медицинского шкафчика пробник, приложила палец к углублению. Едва ощутимый укол — готово. Манипулятор добавил в раствор каплю свежей крови, новая плёнка легла под электронный пучок. Обломки белков казались крошками мусора, затерявшегося между громадных дисков эритроцитов. Кажется, они не заметили изменения окружающей среды.
Зато их заметили. Похожими на мусор они показались не только Эвелин, — на вредный мусор, от которого необходимо избавиться. Свободные радикалы инициировали хемотаксис. Движение ближайшего фагоцита стало направленным, его рецепторы коснулись инородных молекул, — он распознал чужака. На мембране начали расти псевдоподии, быстро окружая обломок белка. Через секунду вакуоль погрузится в клетку и будет уничтожена…
Кэри сидела перед терминалом с открытым ртом. Процесс внутри фагоцита явно шёл не по плану. Чужеродный белок активно взаимодействовал с органеллами клетки, но не столько разрушался, сколько перестраивался. Фагоцит тем временем начинал поглощение следующего обломка. На часы Эвелин не смотрела, зачарованная зрелищем. Непонятным образом пришельцы вмешивались в работу рибосом, заставляя «ткать» белок-фермент, с одной стороны «родной» для организма хозяина, с другой — несущий в себе информацию обо всех потенциальных врагах. В клетке строился её собственный, персональный защитный комплекс. Биолог понимала, что видит лишь начальную стадию длительного сложного процесса. Но и это казалось волшебством.
Опять зажегся экран внутренней связи.
— Эва, ты что, до сих пор не ужинала? — Сменившийся с вахты Слэйн увидел её нетронутую порцию и сопоставил со странной просьбой во время высадки: — У тебя что-то случилась?
— Всё хорошо. Всё просто здорово, Альф, милый!
Эвелин расплылась в улыбке. Бесспорно, выглядела она странно. Рот до ушей, щёки горят, глаза блестят. Слэйн улыбнулся в ответ не очень уверенно, уточнил:
— Правда?
— Ага.
Она энергично закивала. Готова была расцеловать кибернетика, ведь именно он помог добыть это бесценное сокровище! Все неудачи Дилларда с туземцами её отныне не интересовали. Только что она получила свою мечту. Университет, памятник, «почётный академик» обеспечены. Открытие принципиально нового механизма иммунной защиты не уступало по значимости обнаружению кхиров. Нет, с практической точки зрения оно его превосходило по всем параметрам!