Кораблев согласно кивнул. Действительно, несмотря на все словесные кружева, заплетенные им, вопрос Ника так и повис в воздухе.
– Я вам скину информацию по магии и по мироустройству, с точки зрения магии. Вы поймете. В двух словах: каждый объект в мире имеет свою информструктуру, то есть информационный энергетический каркас. Он полностью описывает объект и является тем стержнем, на который, грубо говоря, и нанизываются атомы вещества. Так вот: поскольку вы действуете комплексно, «по площадям», то ваша магия идет по наиболее простому пути. Если информструктура есть, то вы ее притягиваете и воплощаете, при этом сначала разрушив материальное воплощение там, где объект находился. А вот если объекта в реальности нет, то тут срабатывает набор сложных условий. И вы реально занимаетесь творчеством – созиданием, а это непростая штука. У меня тут тоже своя теория есть, частично подтвержденная словами одного из жрецов атлантов.
– О! У вас есть информация о тех временах? – оживился академик.
– Да. По сути, из первых рук. Я вам тоже эту инфу скину, но, простите, кое-что придержу. Я правильно понимаю, что вы и являетесь главным экспертом, привлеченным для оценки ситуации с магией, которую я представляю? И здешняя охрана оберегает не столько это место, но в первую очередь вас?
Кораблев задумчиво почесал подбородок:
– Вы, конечно, правы. Да мы это и не скрывали. Я действительно определяю направление исследований и развития одаренности у людей, а также применимость ее в производстве и экономике.
– Отлично! В таком случае хочу получить от вас план развития и использования той информации, что я вам предоставлю. Я вам дам содержание книжки по магии, техномагии и технике. По магии – вам может помочь в понимании одаренности и в том, как ее использовать. По техномагии – тут я сомневаюсь, но посмотрите. По технике – там развитие от паровых машин до космических межгалактических полетов. Если мне понравится ваш бизнес-план и я получу гарантии его исполнения, то вы получите эту информацию полностью.
Кораблев покачал головой:
– Это очень опасное поведение. Ни одно государство не потерпит такого игнорирования их интересов.
– Ну, интересы государства, на мой взгляд, в первую очередь являются совокупными интересами его граждан. Я, как ни странно, глубоко аполитичный человек, но вполне могу разобраться, где власть действует во благо своего народа, а где – против. Опять же, вмешиваться я не собираюсь, эти игры меня не привлекают. Кроме того, политика и думы о народе – тяжелая работа, лежащая вне пределов моего участия. Ну а пока могу сказать: то, что происходит в России, мне нравится. Не скажу про остальной мир – надо смотреть. Может, и тот вариант развития имеет право на жизнь.
– Что, будете и с ними делиться технологиями?
– Скорее всего, нет. Не вижу в этом смысла. Тем более, насколько я сумел разобраться, при желании Россия и сейчас может спокойно пройтись огнем и мечом и подчинить всех себе: кое-какие технологии предков найдены не зря. Но не делает этого. Потихоньку, медленно привязывает к себе, где-то помогает, приручает, где-то нажимает, не без этого. Хотя те, кто подчиняется, ничего не теряют. Абсолютно. Зато выигрыши высоки. Понятно, что кое-кому это не нравится. Плюс не надо забывать про инопланетян. Я так и не разобрался, какого хрена они тут мутят. Ладно тайно сотрудничают с разными государствами, ладно гребут ресурсы – в основном органику, как ни странно. Но зачем проводят разного рода живодерские эксперименты над людьми? Не пойму.
– Я не совсем в курсе… Что, действительно проводят опыты над людьми? – Кораблев немало удивился. Он не особо сталкивался с этой стороной жизни.
Ник некоторое время молча сверлил взглядом академика. А потом развернул над столом экран. Кораблев с все возрастающим изумлением смотрел, словно какой-то фильм, явно документальную съемку. Там спокойно разговаривали серые – неприятной наружности инопланетяне – и несколько человек. Вернее, инопланетяне что-то говорили людям. Те слегка заторможенно отвечали или кивали головой. А потом произошло просто страшное. Картинка стала показывать только одну женщину, которая разделась догола, легла на стол, и сразу после этого ее буквально за минуту какое-то устройство аккуратно разобрало на органы. Это было сделано… привычно… быстро… без всяких эмоций… Особенно страшно смотрелись висящая в воздухе кровеносная и нервная системы с мозгом и глазами, отделенными от тела. Академику стало очень плохо. Он глубоко задышал. На руке пискнул медицинский браслет-искин. Кораблев схватил бутылку с соком и жадно опустошил ее.
– Сейчас-сейчас… – прошептал он и взмахом руки остановил бросившихся к нему охранников. Затем прикрыл глаза и откинулся в кресле. Через некоторое время, не открывая глаз, спросил: – Как вы можете так спокойно видеть это?
Ник пожал плечами:
– Дело привычки. Такие картины не имеют влияния на врачей и убийц. Я, как мне кажется, нахожусь на этой шкале где-то посередине.
– Это ужасно.
– Согласно статистике и теории вероятностей, количество людей, похищенных и умерщвленных ими, исчисляется тысячами, а может, и сотнями тысяч, если не больше. Только зачем они это делают? Вот в чем вопрос.
Кораблев покачал головой:
– Неужели никто не знает об этом?
Ник недоуменно посмотрел на академика:
– Вы прямо как ребенок, ей-богу. Конечно, все всё знают. Только замалчивают, так как ничего поделать не могут. А насколько я понял, кое-кто и сотрудничает с ними. Например, Англо-Австралия. Может быть, они так покупают себе относительное невмешательство в свои дела, а может, сами в теме исследований, и им это нравится, – я не разбирался. Однако совместных баз у них много. Не знаю, возможно, и в России власти с ними сотрудничают в каких-то областях. Кстати, инопланетян-то много тут крутится, и не все вот такие вот уроды. – Ник как-то странно улыбнулся, видимо вспомнив кого-то. – Вполне могу допустить ситуацию, что в одном месте сотрудничают с одними, в другом – с другими. Они, кстати, и меж собой порой сталкиваются в бою.
– Но почему?
Ник пожал плечами:
– Наверное, что-то делят. Вообще, если они тут крутятся, значит, у нас есть что-то, что их привлекает. Обычная примитивная логика подсказывает именно это.
Некоторое время собеседники молчали, глядя на ближайшую пирамиду и появившуюся рядом с ней виртуальную похоронную процессию. Картинку казни женщины инопланетянами Ник убрал.
– Ладно, когда я получу обещанную вами информацию по магии?
– Да хоть сейчас, – не оборачиваясь, ответил Ник. – Только предлагаю установить вам мою болталку. Это магическое плетение, нечто вроде вашего УНИКа, но работает по магическим технологиям, на любом расстоянии, в любых условиях. И абсолютно безопасное. А то не доверяю я УНИКам – буквально вчера мне его какой-то хакер поломал и влез внутрь. Я, конечно, отбился, но момент неприятный. Кроме того, на болталку придется повесить еще инфокомп – это нечто вроде вашего БУНИКа, то есть очень мощного компьютера, – чтобы вы могли прочитать, проанализировать и понять предоставленную информацию. Ну и посмотреть кое-какие мои воспоминания, или реальные, или сформированные. Состыкую инфокомп с вашим УНИКом, он дополнительно его будет контролировать и защищать от хакеров…
– В смысле от спекстов?
– А? – обернулся Ник. – Ну да, от них. Ну и сможете перекидывать туда информацию, если решите ею поделиться с кем-то из начальства или сотрудников.
– Интересно, а почему меня не предупредили о таком варианте?
Ник безразлично пожал плечами, продолжая провожать глазами виртуальную процессию.
– Я всем своим родным поставил. Еще и начинил защитными функциями, а также медицинскими. Им сейчас практически нереально навредить.
– Хм… Сейчас получил сообщение, что это решили оставить на мое усмотрение. Мол, мне как одаренному высшей пробы виднее.
– О чем я и говорил, – кивнул Ник. – Это мне и нравится в современной России. Раньше бы дела обстояли совершенно иначе. Меня бы попытались упихнуть в шарашкину контору, а над вами бы тряслись, как Кощей над златом, и не дай бог хоть волосок с вашей головы упадет!