Началось все с пропажи брата в далеком прошлом. Был брат, и вот его уже нет. Единственный, кто на тот момент ее понимал. Долго они бегали с родителями, оббивали пороги полиции, но все без толку. Даже тела не нашли. Горе было сильным. Вряд ли кто может понять такое из тех, кто никогда не терял брата, сына, мужа… Зато с Николаем познакомилась, тезкой брата. В полиции служил и помог сильно в поисках. Все о расследовании рассказывал, сам какие-то действия инициировал. Правда, не помогло. Родители отпразновали ее свадьбу с Колей и вскорости тихо отправились вслед за братом.
Потом настало время смуты. Недолгое в геологических размерностях, но три года непосредственных проблем и около семи — разгребание последствий не оставило в живых и остальной родни.
Потом, вроде, все наладилось — руководство одним из самых крупных филиалов Медцентра по генетике и продлению жизни, слегка ветреная, но умная дочка, потом любимая внучка. И вот круг, начатый с пропажи брата, замкнулся пропажей внучки. Подсознательно она почти поверила, что это уже навсегда. Не смирилась, но поверила. И от этого становилось еще тоскливей.
Елена Васильева судорожно вздохнула и натянула на плечи сползший платок.
— Тук-тук! Доктор, вы принимаете? — мужской голос, разбавленный каплей иронии, вырвал ее из болота, куда ее постепенно засасывало.
Она резко обернулась и увидела в гостевом кресле незнакомого мужчину.
— Как вы здесь оказались? — резко спросила женщина, проверив через УНИК состояние двери и с удивлением констатировав, что она закрыта.
— Просто вошел, — мужчина с большим интересом смотрел на нее, будто ожидая чего-то. У нее же внутри что-то дрогнуло, но она не могла понять, что именно. Впрочем, она даже не испугалась, но почему-то и не стала тут же задействовать протокол охраны. Может, действительно человек ошибся? Мало ли. Ну, а дверь… сбои техники никто не отменял.
— Вы, наверно, ошиблись, — Елена села в кресло за свой стол и с любопытством уставилась на неизвестного. — Мы не принимаем больных.
— Какой пассаж! — мужчина улыбнулся. — Смотрю я на тебя, Ленка-пенка, смотрю и никак не могу понять — отчего ты, старушка, так выглядишь молодо? — он облокотился на подлокотник, положил голову на ладонь и с интересом продолжил ее рассматривать.
У Елены еще сильнее дрогнуло внутри. Так ее называл только брат. Сидящий перед ней мужчина действительно, как она только что поняла, очень сильно напоминал ее пропавшего брата, но все же отличался, как отличается домашний кот от тигра. И перед ней сидел как раз вот такой тигр.
— Коля? — недоверчиво спросила Лена, судорожно тасуя в УНИКе личный альбом и вытаскивая старые, никому кроме нее не нужные фотографии. Вот он — Колька! Надо же, все-таки со временем из памяти что-то важное стирается — она уже почти забыла, как он выглядел.
— А что, не похож? — он усмехнулся, и вот тут уже она точно узнала эту улыбку. Ведь в детстве именно она ее жутко бесила! А вот сейчас как бы подтвердила…
Не зная, что делать и говорить, Лена в полной прострации зашарила руками по столу, потом закрыла лицо руками и неожиданно для себя расплакалась.
* * *
Обнял я сеструху и долго не отпускал из объятий, давая ей выплакаться. Ничего я не делал магического, чтобы успокоить ее — чувствовал, не нужно это…
Успокоившись, Лена вдруг встала, схватила меня за руку и потянула к двери.
— Пойдем!
— Куда?
— Прости, мне надо удостовериться.
По коридору мы шли молча. Мне было знакомо это состояние сестры — упрется в какую-то мысль и ни на что не реагирует, пока не обдумает или не сделает чего-то, чтобы ее отбросить.
Вообще странно, конечно. По ауре видно, что она — пожилой человек, но в то же время здоровье — как у молодой (может, чуть хуже — в паре мест есть темные пятна — надо будет посмотреть подробнее потом). Лицо немного изменилось, но это нормально — я-то ее помню совсем молодой, а сейчас ей по виду где-то под сорок, хотя на самом деле в два раза больше.
У меня внутри будто что-то выключилось, похоже, алгоритм достижения цели. И я просто шел за ней, ни о чем особо не думая — мне было хорошо. В общем, я понял по эмоциям, плещущимся в сеструхе, что она просто боится, что я — сон или просто не тот, за кого себя выдаю и хочет провести какую-то проверку. По дороге попадался персонал, который здоровался с Ленкой, но она почти не реагировала. На меня же с интересом посматривали — кого это сестра тащит за ручку?
Белые коридоры, двери, люди. Типичное научное учреждение с медицинским уклоном, на что намекали белые халаты. Ну или не медицинское, а около того. Вскоре мы зашли в какую-то лабораторию, в которой находился молодой парень.
— Паша, оставь нас ненадолго, хорошо? — обратилась к нему Ленка. Тот посмотрел удивленно, но не стал задавать вопросов и вышел.
Какая-то аппаратура активировалась, видимо, по мысленной команде командирши, а она повернулась ко мне, присмотрелась куда-то поверх головы и резко выдернула у меня волос.
— Ай! — сказал я.
Не обращая внимания на меня, она тоже выдернула у себя волос и вложила их в какой-то агрегат.
— Сейчас, это быстро. Пара минуток, — пробормотала она, водя глазами — видимо, получала какую-то инфу на УНИК. Все эти две минуты она стояла молча и сжимала кулаки. Я ей не мешал. Наконец процесс завершился, и Лена выдохнула. Повернулась ко мне, подошла и уткнулась лбом мне в район груди.
— Это ты.
Я погладил ее.
— Генетику сверяла?
Сестра кивнула.
— Только у тебя явно прослеживаются искусственные правки генов. Немного, но кое-где есть. Возможно, тоже связано с продлением жизни — кое-где пересекаются с нашими наработками. Ты где-то за границей был? Почему пропал? — сестра подняла голову и выжидательно уставилась мне в глаза.
Что я мог сказать?
— Может, поедем куда-нибудь, посидим? Ты можешь отпроситься? — спросил я, размышляя, как лучше сделать.
Лена фыркнула:
— Я тут самая главная, если что. Так что спокойно могу у себя же и отпроситься. А поедем мы ко мне домой. Сейчас, только мужа предупрежу, он тоже подъедет.
— А давай, муж потом? Сначала сами поговорим.
Лена чуть задумалась и кивнула.
Вы никогда не летали не автомобах? Отличная замена магии! Жаль, что мы не пробовали порулить — сестра о себе рассказывала, о родне, а аппарат сам по себе летел по маршруту. По молчаливому согласию меня она ни о чем не спрашивала, дожидаясь прибытия в дом. За прозрачной стенкой автомоба, имеющего вид несколько уплощенной вытянутой капли, мелькали деревья, за которые взгляд не успевал цепляться. Скорость аппарата была большой. Ну, в смысле, долететь из столицы до дома на реке Ангара не заняло больше получаса.
— Хорошая у тебя машина. Не такси. Вроде я слышал, это дорого иметь свою машину?
Сестра внимательно посмотрела на меня.
— Похоже, ты действительно долго отсутствовал. Хотя не понимаю, в какой дыре ты торчал, не зная обычных вещей про Россию.
— Ну, пропаганда там, отсутствие интереса, — хмыкнул я. — Но уверен, ты постараешься побыстрее ввести в курс дела своего братика!
Сестра еще раз вздохнула.
— Это не полностью личный транспорт. Просто купить автомоб можно, но не особо выгодно. Через год-два уже устарел, потом, если хочешь поменять, старый еще продай, а могут и не взять, так как многим на такси удобнее, или плати за утилизацию. А можешь просто ежегодно платить определенную сумму, зависящую от многих персональных параметров покупателя — его дохода, уровня социальной значимости и так далее. Ну и получаешь выбранный автомоб в свое безраздельное пользование. Если выходит новая модель — тебе его бесплатно меняют при твоем желании, но обязательно — через пять лет аппарат идет на утилизацию, скорее даже на переделку-обновление, если это возможно. Тогда выдают новый. То же самое в случае аварий — разбитый меняют на новый без разговоров. Даже автоматически, можно сказать. Также, если состояние автомоба внутренним УНИКом определяется как неудовлетворительное, он сам отправляется на техобслуживание, а тебе или взамен выдается такой же аппарат или этот ремонтируется… Чем выше уровень социальной значимости, тем меньше платишь. Ну, и так далее, там еще нюансы есть… — сестра махнула рукой.