Открыв глаза после очередного передрема, я вдруг понял, как можно пробиться к кристаллам археев. Если более точным, я просто увидел технологическую цепочку создания кристалла и инсталляцию в него программного комплекса. С удивлением заметил, что сжимаю кристалл. Сам не заметил, как он оказался у меня в руке. Тем не менее, несмотря на огромный промежуток времени между созданием кристалла и текущим положением вещей, информация сумела пробиться в мое сознание. Или, если посмотреть с другой стороны, я сумел до нее дотянуться и докопаться. Не удивлюсь, если окажется, что вообще‑то со временем инфа стирается из астрала. В кристалле же нужно было активировать процесс копирования, тогда информация идет сплошным потоком, и ее можно куда‑нибудь разместить. Вот в принципе я и получил знание, что в системе есть два уровня защиты, один общий, второй — технологический. А на технологическом уровне, копирование стандартизировано и подходит практически для всех кристаллов. Правда, если для обычного, общего, варианта использовался простой пароль, то для технологического — отдельные инструменты, но я понял принцип, поэтому быстро создал свой подобный смешанный чародейско — магический инструмент, который цеплялся как на свободные контактные площадки, ранее казавшиеся неиспользуемыми, так и на некоторые используемые. Информацию скопировал на биокомп, создал исполняемую среду, чтобы программа не заметила подмены, и запустил. Только теперь я мог все это отрабатывать на ускоренном потоке сознания и практически без остановок. У учебного программного комплекса, как я его стал называть, не было внешней временной синхронизации, он ориентировался на ментальные потоки ученика и изначально заложенные константы, прописанные отдельно в кристалле. Поэтому простое ускорение восприятия не играло роли. А когда комплекс заработал у меня в голове, вернее в отдельном программном контейнере биокомпа, все стало проще — я мог менять любые параметры виртуально среды. В общем‑то в том‑то и была проблема, что изначально весь этот механизм рассчитывался археями на обычное восприятие. Не знаю, может они просто не умели ускорять свое сознание. Да, напряжно для организма, но если правильно управлять энергетикой организма и вовремя давать ему питательные вещества, то жить можно. Очень сильно отличается от мемокопий. А вот я, после того, как выучу все, смогу спокойно их делать по изученному материалу. Жаль, что напрямую фиг сконвертируешь — принципы разные. Но и так стало хорошо.
Таким образом один кристалл я впитал за остаток дня, и пока остановился. Вроде бы все усвоил, иначе бы просто не прошел по всем главам материала, но все равно надо было отдохнуть и сделать так, чтобы эта информация стала родной. Пока могу сказать одно — принципы чародейства становились для меня все более и более понятными, но в то же время становилось более ясным и понятным и то, что от обычного магичания это отличается так же, как камень от яблока. Хотя и так было понятно, но все же осознание не всегда идет с пониманием. Так вот, и там и там круглый объект, а по факту — разное все. Хорошо хоть вообще есть пересечения. Дальше я запланировал проработать один из кристаллов по чародейскому боевому искусству под названием «Хэнш. Боевые мыслеформы общего назначения». Не знаю, что такое «хэнш», но вроде как название какой‑то формы боевого искусства. А там еще были мыслеформы специального назначения. В общем, посмотрим.
Затем я вернулся на свой остров, где мои спутники осваивали полеты. Да — да, я‑таки поддался намеку Энхилье о его мечте о полетах. На самом деле, это просто совпало с моим отложенным желанием сделать альтернативный движок полета с возможностью зависать на месте. Интересная задачка получилась. Вышел интересный движок для махолета. Собственно, как такового движка не было, я воспользовался свойством силовых плоскостей менять форму и сжиматься — разжиматься, меняя параметры плетения. По сути, движком был компьютер, который просто менял параметры плетений. В первую голову вспомнились стрекозиные крылья, которые я и реализовал, но надо будет попробовать и другие варианты. Например, колибри. Все‑таки биокомп для разработки — мощная штука. Полдня в ускоренном режиме и — готово! Выглядело это устройство как пояс с большой бляхой на пузе. Разумеется все магическое, силовое и иллюзия, но все высшего качества. Если не учитывать практически отсутствующий вес — не отличишь от реальной вещи.
Ударяешь ладонью по пряжке, привязанной к владельцу, тело затягивается в корсет. Раскрываются крылья, в руки тыкаются появившиеся рукоятки. А дальше все просто — левая рукоятка корректирует горизонтальное положение тела и скорость движения. Правая — высоту. У меня таких ограничений не было, можно было мыслью управлять или тоже взять рукоятки при желании. Все просто, надо только привыкнуть. Я за полчаса научился, пока отлаживал систему. А вот мужикам тяжело пришлось. Надеюсь, они себе шеи не посворачивали, пока меня не было. Я сказал быть им осторожными, ибо отключаю связь. Мужики взрослые, так что если что — сами виноваты.
Однако все было нормально. Ламия уже научился и гонял по острову, но не решаясь вылетать за его пределы. У Какабиса тоже все было хорошо, но хуже, чем у Ламии — он перемещался медленно и солидно. А вот торговец пока демонстрировал плохое управление своим вестибулярным аппаратом. Если бы не практическая неубиваемость моих крылышек — все сломалось бы после первого запуска. Однако энтузиазм Энхилье пока не растерял, а упорство изначально было ему присуще. Помогать ему я не собирался, иначе чем ему заниматься?
Волосы мотнуло ветром, и рядом со мной плюхнулся Энхилье. Не удержавшись, он покатился по земле. В чем прикол — крылья в принципе невозможно поломать, даже если и скомкаешь их вот такими покатушечками по земле. Выключил — включил, и все снова функциональное.
— Тьфу! — Энхилье медленно встал, уперся руками в колени и тяжело отдышался. — Никак не получается приземление! Что за напасть!?
— Терпение и труд все перетрут, — задумчиво сказал я, продолжая заниматься своими делами.
— А что это? — спросил торговец, увидев как я сформировал перед собой небольшую иллюзию, в которой узнаваемо просматривались горы, которые мы уже покинули.
— Это я экспериментирую, делаю разные варианты воспроизведения того, что я видел в горах. На память. Вот, смотрю, что наиболее удобно для просмотра и качественней передает те ощущения, что я испытывал.
— А какие есть варианты? — Энхильо сложил крылья и подошел. Я сформировал рядом второе кресло и подтолкнул его ногой в сторону торговца. Тот благодарно что‑то буркнул и буквально плюхнулся в него.
— Можно просто «нарисовать», вот как тут, — перед нами раскрылась трехметровая в диаметре плоская иллюзия гор. Красиво, типа стерео картины. Но объема не хватает. Даже для Земных технологий качество картинки на уровне, но мне надо не совсем это. Мне нужно передать максимум ощущений.
— Можно сделать и вот так: — Я сформировал конструкт, который запустил в торговца. Тот лишь на мгновение замер, продавливая аурную защиту Моралеса — все ж таки он страховался, — и торговец провалился в мои воспоминания. Он сейчас испытывал практически полный букет моих ощущений там, в горах. С полным погружением в реальность по моим воспоминаниям. Но был один недостаток — можно было только смотреть, ходить там нельзя было.
Поглядев немного на замерший взгляд торговца, я отозвал свой конструкт. Торговец от неожиданности закашлялся и тяжело задышал. Потом перевел на меня ошарашенный взгляд.
— Прошу прощения за мои слова, но я чуть не описался, внезапно оказавшись на вершине горы! С детства не испытывал такого ужаса!
— Таки прям и ужаса? — я хитро прищурился — а то я не видел испытываемых им эмоций по ауре!
— А потом восторг, — согласился Моралес. — И, кажется, на это накладывались не мои чувства! Было какое‑то задвоение, кажется…
— Да, — кивнул я. — Так и должно быть. Вам надо было полностью отдаться наведенным чувствам, тогда эффект был бы сильнее. Но в целом, такая штука в основном для личного использования. Есть и недостаток — нельзя быть участником, только зрителем.