Балаватх сделал паузу, вроде как чтобы пригубить вино из бокала, но по сути, чтобы другие могли обдумать его слова. А другие, похоже, слегка озадачены тем, что нападения на жрецов выгодно богам. Хм, или это мне кажется, или продолжает казаться, но демон по какой‑то причине считает, что я в теме. По крайней мере, что Балаватх, что его жена, смотрели на меня совсем по — другому, оценивая реакцию присутствующих. Что ж, пожалуй, подыграю им немного:
— Ага. Жрецов объявят мучениками, а нападающих — силами Зла. Затем придумают целую легенду о том, как жрецы страдают за людей и искупают собою их грехи. Боги не в первый раз приходят в этот мир и эти методы неплохо срабатывают. Достаточно сказать, что символом одной из крупнейших известных мне религий был жрец, которого распяли на кресте и которого потом нарекли Сыном Божьим.
Балаватх и Лилийела слегка приподняли брови — похоже, даже для серьезных борцов с богами кое‑что из наших земных реалий может показаться диким. И вообще им, отлично знающим свою историю на тысячелетия назад, может показаться странной эта информация. Зря, наверное сказал, теперь, если что, пояснять придется, да еще сам не уверен, что на Земле так уж активно проявляли себя боги: у многих людей неплохая фантазия, без всякого влияния извне много каких религий напридумывать могут. Но просто как‑то уж достали меня эти «божественные» — то черепушку астрально вскрыть пытаются, то инфомагоударами бьют, то паладинов своих посылают по мою душу…
— В общем, где‑то это помогает, но чаще — нет, как было верно подмечено Ником. Сейчас часть академиков, — Балаватх посмотрел на Шойнца, — пока идут как раз этим путем. Вместо этого мы вышли на тот уровень, где можно бороться не с последствиями, а с причинами. Где можно играть наравне в богами. — Демон замолчал, оценивая реакцию слушателей. Остановился взглядом на чародее.
— Вы поняли. Да, мы работаем в астрале. Для этого дела нами были выработаны определенные индивидуальные техники и методики, позволяющие новичкам быстро подключиться к астралу и вступить в Игру на нашей стороне. В этом деле очень много разнообразных приемов, тонкостей и нюансов, один рассказ о которых может затянуться не на один час. Главное тут то, что это реально работает.
— Каковы перспективы по окончательному решению вопроса? — Чародей чуть подался вперед. — Какое это займет время? Какие могут быть гарантии того, что боги больше никогда не будут нам мешать? Очевидно, что не все у вас идет гладко, ибо если все у вас так хорошо, то зачем вам мы? — Лулио акцентировался на основных вопросах, хотя было ясно, что о самой организации, про которую тут никто не слышал, еще спросят.
Мне тоже было интересно то, что говорит Балаватх. И вообще я был весьма впечатлен тем, что за прошедшие годы демон со своими сподвижниками смог придумать нечто такое, с помощью чего они на равных противостоят богам.
* * *
Балаватх мельком посмотрел на свою жену, потом обратился к хозяевам.
— Возможно, наш ответ будет немного долгим, но тут много вопросов, ответы на которые очень неоднозначны. Боги не простые противники. Свои позиции они сдают очень неохотно. Зачастую после себя они оставляют немало разрушений и исковерканных судеб. И арена борьбы здесь — весь мир. Проигрывая борьбу за умы в одних регионах, они концентрируют свои усилия на других, собирая энергию веры для контратак.
Богов мало волнует, что в местах, куда они приходят, есть своя развитая цивилизация и культура, а правители и элита имеют свои собственные цели и ценности и определенное понимание того, в каком направлении они хотят вести свой народ. Для них все это не более чем инструменты, ниточки и струны, на которых можно сыграть, чтобы превратить людей в единую толпу, только и делающую, что отбивающую поклоны, совершающую молитвы и прочие ритуалы, то есть стабильно снабжающую энергией веры своих могущественных паразитов. Задача нивелировать их влияние в большинстве регионов — это дело всего лишь пары десятков, максимум пары сотен лет. Но вот выгнать их полностью и не дать им потом отвоевать утерянное — куда сложнее и дольше. И чем больше они притеснены в одних регионах, тем активнее и жестче работают над промыванием мозгов в оставшихся зонах влияния, выжимают их как губку.
— Проблема не столько в том, как быстро мы сможем добиться разрешения этого вопроса. — дополнила речь мужа Лилиейла. — Ник абсолютно верно заметил: не в первый раз они приходят в наш мир, и не в первый раз маги одерживают над ними победы. Но вот какой ценою? Посмотрите на жезлы искусников, посмотрите на амулеты археев, один из которых вы используете для защиты своей резиденции, посмотрите на все те замечательные вещи и знания, которые нам достались от наших славных предков. И которые мы вынуждены собирать по крупицам, а многое — переоткрывать заново. Целые империи благодаря приходу богов в конце концов пали. Мы не хотим, чтобы это повторилось, мы не можем позволить себе «роскошь» варварства и новых темных времен. Надеюсь, и вы тоже. И мы не можем вести свою борьбу не считаясь с мнениями других, потому что это и их борьба тоже, позволяющая избежать божественного рабства и не просто победить, но и сохранить себя, свои ценности и свой народ. Именно поэтому мы пришли сюда, объясняем ситуацию, пытаемся найти точки соприкосновения и скоординировать наши действия для взаимной выгоды и минимизации возможных рисков и потерь.
— Да, пока что мы обсуждаем все это на общем уровне, без множества важных фактов и деталей, — продолжила орчанка, на которую все смотрели с огромным интересом, — но поверьте мне, их объем такой, что обсуждение затянется не на один день. Даже общие вещи, рассказанные нами, являются, как я надеюсь, неплохим поводом, чтобы на некоторое время задуматься, чтобы разложить по полочкам новые факты вместе с уже известными сведениями и продумать детали и проблемные вопросы, чтобы затем обсудить их более подробно.
Эндонио верно понял намек супружеской четы:
— Да, пускай я и не услышал многое из того, что я очень хотел узнать, вы уже дали неплохой повод к размышлениям. А пока предлагаю сменить обстановку и прогуляться в нашем чудесном саду. Как я вижу, наши девушки от разговоров притомились, да и нам не помешает привести мысли в порядок.
Никто возражать не стал. Все понимали, что нужно сделать легкий перерыв — слишком много информации было озвучено, которую надо переварить. Да и легкую напряженность, возникшую за столом, стоило развеять.
Демон под ручку с женой следовал за нами с Кариной, замыкали шествие ее отец с чародеем и Шойнцем, который, как ни странно, о чем‑то тихо переговаривался с оробосцами. Карина крепко держала меня за руку, будто боясь чего‑то. Я легко сжал ее руку и успокаивающе улыбнулся. Она благодарно взглянула на меня и, слегка обернувшись и обращаясь к гостям, сказала:
— Я вам покажу самое красивое место нашего сада. Добираться до него не очень быстро, но я уверена, что вам понравится.
— Полагаемся на ваш вкус. — Улыбнулся Балаватх. Его жена выпустила руку мужа и приблизилась к Карине:
— А скажите, кто у вас занимается садом? Какой‑то специальный человек?
— Раньше еще и я кое‑что планировала… — Грустно ответила чародейка, не заметив, как слегка ускорила шаг и оторвалась с гостьей от меня. Ловко управляя разговором, Лилиейла незаметно увела Карину вперед. Я только покачал головой от того, как ловко у нее это получилось. Ко мне приблизился демон. Понятно, что секретничать со мной он не собирался — сзади шли советник с чародеем, которым все было слышно, но обстановка все равно стала менее напряженной. Впереди о чем‑то болтали девушки, мы спокойно шли совсем как друзья, на улице светило солнышко и щебетали птички.
— Позволь узнать твои планы, Ник? Домой не тянет?
Я ненадолго завис, пытаясь понять, откуда демон знает про Землю. Потом понял, что тот имел в виду первый континент, где мы с ним встретились.
— Даже не знаю. Там, наверно, все поменялось за тридцать лет. Хотя, конечно, повидать друзей не отказался бы.