– Рассказывай, что ты видел, старик!
– Шент расскажет. Шент все-все расскажет. Но не мог бы благородный господин подать старому Шенту еще одну монетку? Не за рассказ, совсем нет. Просто из жалости к старому больному человеку. Сын-то боится, продукты больше не приносит. Запас кончается, да…
Тристис слегка улыбнулся такому вежливому вымогательству. Старик-то оказался хитрец! Сообразил, что требовать деньги себе дороже, – дюжие молодцы выбьют всю информацию. Но выкрутился – ишь как ловко намекнул, что хорошо бы заплатить, иначе «все-все» на деле может оказаться совсем даже не «всем». Еще одна монетка закружилась в танце по столу.
– Надеюсь, история твоя интересная, старик, и стоит того, – добродушно сообщил Имаген.
– Откель мне судить? – развел тощими руками хозяин.
– Ладно, – отмахнулся сыщик. – Начинай уже!
Всю обратную дорогу Тристис ехал молча, обдумывая слова свидетеля. Возможно, единственного свидетеля, который существовал в природе и которого так к месту подкинула ему судьба. Старик просидел на своем наблюдательном посту у окошка целый день и видел все от начала до конца. Его сведения стоили гораздо больше двух серебряных монет и пропущенного ужина. Самое удачное – он опознал Никоса по портрету, который Тристис по какому-то наитию показал, когда история дошла до «токмо один молодчик не побежал, когда все побежали, а пошел в таверну».
«Бесстыжая блудница», как старик обозвал обнаженную девушку, которую Никос вынес на руках из злополучного заведения, была, вероятнее всего, второй беглянкой. По крайней мере, худоба и длинные черные волосы подпадали под ее приметы. Что она делала внутри, совершенно непонятно. Кроме того, выстроенная было картина событий с ее появлением разбивалась на части. Годилась ли она на роль второго чародея, который уничтожил «черный колодец», чтобы Никос потом спокойно вошел внутрь и вернулся целым и невредимым? Едва ли, хотя этот вариант единственный, который хоть как-то объясняет случившееся. Пожалуй, стоит хорошенько его обдумать.
Еще одной новостью стало появление здесь, уже после происшествия, группы даймонов. Они тоже входили внутрь и что-то там вынюхивали. Вроде бы раньше эти воины-торговцы не сильно интересовались такими вещами. Причем, если свалить все странности в кучу, как то: появление на побережье «новых даймонов», таинственного пленника небывалой силы, разговаривающего на новодаймонском, и это недавнее событие – можно сделать вывод о том, что трехглазые тоже хотят заполучить Никоса и теперь идут по его следу, опережая в этом деле даже искусников. Бездоказательная трактовка, но очень занятная. Пожалуй, это как раз та мысль, которую, по словам Меллуса, не нужно озвучивать в открытых докладах, а стоит приберечь лично для него.
Река Солнцеликая
Ник
Слившись сознанием с элементалем воды, я одновременно ощущал себя лежащим на воде и покоящимся на перине илистого дна реки. Сквозь меня текла река, но восприятие перестроилось и теперь я сам тек с рекой, в то же время оставаясь на месте. Скользнул вниманием далеко вниз, а затем вверх по течению реки, чтобы прочувствовать ее, как свое тело. Присмотрелся к окрестностям реки, к свесившейся над водой ветке разросшегося берегового кустарника. Махнул невидимой рукой – и мириады брызг сорвались с поверхности реки, облив и окутав водяной взвесью не только ветку, но и весь куст. При этом зрительное восприятие утроилось. Я смотрел снизу на ветку, летел с брызгами навстречу ей и в то же время видел окружающий мир через капельки воды, словно во множестве осколков разбитого зеркала.
В следующий момент сознание перестроилось, и облитый водой куст воспринялся как бы изнутри. При этом ощутил, что могу стать и самим кустом (поскольку куст тоже состоит из большого количества воды), но вернулся в восприятие реки. Попробовал пощупать дно, погружаясь в ил. В следующий момент он стал моим продолжением, а я начал по капиллярам просачиваться в глубь пород, ощущая, как вода в них стала волокнистой. В какой-то момент я достиг расщелины в скальной породе, заполненной жидкостью. Она была словно стекло, а в окружающих песчаных водоносных слоях пород она ощущалась как состоящая из множества кристалликов. Отметив эти особенности, я вернул свое сознание к реке и ощутил в ней воду как мыльно-перетертую, что ли. И в этот момент меня выбросило в реальность.
Я мысленно сплюнул и открыл глаза. Загорать я не люблю, солнце меня раздражает и жару не уважаю. Поэтому, несмотря на то что я вполне мог создать себе необходимый комфортный температурный режим даже на солнце, лежал в теньке. Хотя вру, конечно, – чтобы кожа на солнце не нагревалась, плетение охлаждения нужно внедрять прямо в нее, но ощущения тогда не особо приятные. Вернее, некомфортные – назвать их неприятными тоже нельзя.
Связь с элементалем разорвалась по уже привычной в последние дни причине: Комп активно перекраивал мои мозги, встраиваясь в них, разворачиваясь во всю свою мощь. При этом постоянно ломая мне эксперименты. То есть все мои способности магичить постоянно сбоили, причем в самые неожиданные моменты. Поэтому в основном я старался не пользоваться ими, а просто загорал, купался и кувыркался с Кариной, ожидая окончания этого безобразия. Ну и в меру своих сил терпел периодические классические блэкауты, пару раз чуть на разбив голову, когда на ходу падал. Благо Дракоша перехватывал мою тушку и аккуратно опускал на землю.
А один раз вырубился, когда нырнул под воду. Забавно, мой Комп чуть не отправил меня к праотцам! Вот тут и вскрылись дополнительные фичи, оставленные мне на память Умником. Я пробыл под водой больше часа! Когда Карина, обеспокоенная моим долгим отсутствием, которое она не сразу заметила, так как, загорая, придремала на солнышке, с помощью конструктов нашла меня, то жутко перепугалась – никаких признаков жизненной активности я не подавал. С трудом вытащила мое тяжелое тело с глубины около двух метров (хорошо хоть течением не унесло, впрочем, в заводи было тихо) и тут еще больше перепугалась: вцепившись в мой бок, на мне висела местная разновидность очень ядовитой и очень редкой змеи. Почему она сдохла, не знаю. А вот почему не сдох я – догадываюсь. Видимо, плетение, внедренное Умником в мою систему, под названием «организм», постоянно чистит кровь. Ну или не постоянно, но как только яд попал внутрь, его тут же или убрали из организма или разложили. Что и говорить – приятная фича!
А вторая приспособа – каким-то образом это плетение обогащало мою кровь кислородом. То ли извне его брало и выводило туда же шлаки и углекислый газ, то ли проводило какие-нибудь преобразования – химические или физические. Как только смогу полноценно магичить, обязательно разберусь. Причем Драко в этом никак не участвовал, видимо, посчитав, что я сам прекрасно справляюсь. В общем, я даже испугаться не успел и пропустил все веселье.
Да, я ведь не рассказал, как мы оказались на этом острове посреди реки! Что ж, надо исправить это упущение. Когда я разогнал всех своих спутников, то решил, что и нам пора. И тут же сообразил, что зря отпустил земного элементаля. Видимо, все же я был несколько выведен из себя нападением богов и испытал легкий шок, раз мне пришла в голову такая «замечательная» во всех отношениях мысль. А может, подсознательно у меня появилась иррациональная установка, что использование земного элементаля тесно связано с проблемами, и я от него побыстрее избавился, точнее, от связи с ним. Но в любом случае снова вызывать его не решился.
Помню, огляделся я тогда, посмотрел на реку, далеко внизу несущую свои быстрые воды, и подумал о водном элементале. Однако вовремя одумался. На месте богов я бы отслеживал вызовы любых элементалей в непосредственной близости от места, где расположен противник. Если кто не понял, противник – это я. Вообще боги не показали себя титанами мысли, но рисковать я не хотел. По крайней мере, пока не удалюсь на достаточное расстояние. Тем не менее что-то надо было делать, а лучший способ унести ноги, унести в буквальном смысле, – по воде. По воде перемещаться удобно во всех смыслах: и быстро, и никаких следов не остается. Даже энергетических – например, следов аур. Хоть я и могу их затирать, но еще остается такая штука, как информационный след. Вон, даже Карина может снимать информацию с предметов, даже если там отпечатков аур нет. А кто его знает, кто пойдет по моим следам!