– А вот и встречающая делегация, – сказал я.
Остановившись, мы молча смотрели на мужчину. Тот поклонился Карине, начал распрямляться, но так и замер в полусогнутом положении.
– Что скажешь? – вполголоса спросил я девушку, задумчиво глядящую на человека.
– Пока ничего, – ответила она и громко обратилась к неизвестному: – Кто ты и что тут делаешь?
– Если будет угодно госпоже чародею, я Мук, охотник. – И снова замолчал.
– Там дальше твоя деревня? – продолжила расспросы Карина.
Я не стал вмешиваться. Опасности я не ощущал, хотя в самом мужчине чувствовалась первобытная сила. Руки-то у него голые, мышцы хоть и небольшие, но прямо веревки какие-то, притом ни капли лишнего жира. В общем, крепкий, быстрый и сильный. Похоже, действительно охотник.
– Если будет угодно госпоже чародею – да.
– Угодно, угодно, – молвила Карина, переглянулась со мной и спросила: – Что за деревня, чем занимаетесь?
– Просто живем тут.
– А как деревня называется-то?
– Просто деревня. – Мужик даже плечами пожал, мол, и так же понятно.
– Рядом нет других поселений? – уточнила Карина.
– Нету. У нас почти не бывает гостей.
– Мы хотим на некоторое время остановиться у вас.
– Если будет угодно госпоже чародею, я провожу.
Интересно, Карину он как чародейку определил, а меня проигнорировал? Хотя… Я мысленно окинул нас со спутницей взглядом. Молодая девушка, за спиной которой в воздухе висит тюк, одета явно не как крестьянка. Я же свой шест уже несколько дней несу в руках – просто чтобы привыкнуть к его весу, за мной ничего такого не летит. Хоть я и одет не в стиле слуги или воина, а вполне прилично, но все же попроще, по-походному. Мага во мне не видно: когда мы засекли чародейского наблюдателя, я на всякий случай постарался привести свою ауру к состоянию как у обычного человека. Хотя этот индеец навряд ли ее видит. Ладно, примем за основу. Вот только как он в Карине распознал именно чародейку? Насколько я понял, чародеям сложновато проделывать такой фокус с висящими в воздухе предметами. Хотя, с другой стороны, посоха у Карины нет. Можно списать на это, а также еще на то, что жители глухой деревни не разбираются в видах магов.
А все-таки странный типаж. Аура у него какая-то необычная. Вроде бы все с ней в порядке, но за что-то взгляд цепляется. Вот только за что, никак не пойму, и мне это не нравится. После встречи со жрецом я стал болезненно относиться ко всем непоняткам в чужих аурах… Ладно, разберемся…
Мужчина повернулся и легким шагом отправился в путь. Мы последовали за ним. На дальнейший контакт проводник не шел, отмазываясь тем, что нам, мол, лучше говорить со старостой деревни.
Деревня встретила нас относительной тишиной, которую разрывали лишь редкие крики детворы, гоняющей на улице. Дома практически все каменные, благо горы недалеко, откуда можно брать строительный материал. Постройки простые, одноэтажные. Без всяких изысков. Каждый домик окружен двориком и имеет большой хлев, где бебекает и мумукает разная живность. Причем жители, похоже, коллекционируют черепа своей забитой скотины – вон сколько развесили на кольях изгородей. Чуть справа за крышами домов вижу крылья ветряной мельницы, у дороги роют землю куры. Практически все местные сопровождали нас внимательным взглядом, а наткнувшись на встречный, слегка кланялись. Вежливые, итить… Короче, обычная европейская деревушка века восемнадцатого. Вот только я не увидел ни одной кошки или собаки. Я еще могу понять отсутствие сторожевых псов – одна община, воровать друг у друга никто не будет. Но как они от грызунов спасаются – вопрос! Хотя вроде как с кошками раньше на Руси напряженка была. Может, и здесь так.
– Все-таки это Арфика, – вынесла окончательный вердикт Карина.
– Как определила?
– Общее впечатление, складывающееся из мелочей.
– А язык?
– У них он такой же, как и у нас.
– Понятно.
Местные, кстати сказать, все как один босяки. Может, обычай у них такой? Как староверы из земной истории убежали в леса, чтобы креститься двумя пальцами, так и эти оставили города, чтобы спокойно босиком ходить на природе… Бред, конечно, но факт. На нашу обувку, надо заметить, никакого внимания не обращают.
Наконец нас привели к местной мэрии. Сама по себе избушка старосты от остальных ничем не отличается, кроме расположения. Прочие жители предпочитают прятать свои домики во дворах, а тут фасад выходит на маленькую площадь, треть которой как раз перед домом заставлена врытыми в землю скамейками. Весьма необычно.
Нас ждали. На «председательском» месте восседал старый, но все еще крепкий дед – эдакий аксакал. Его седые волосы и длинная борода по местной моде скручены кожаным ремешком. Этим он мне слегка напомнил гномов, среди которых частенько встречалось нечто подобное. Судя по ауре, магическими способностями он не обладает: я почему-то думал, что наш чародей окажется главным. Может, тут какой-нибудь шаман есть? Только что-то его не видать – прячется, гад, и это нехорошо!
Мы прошли до первого ряда лавочек, а наш сопровождающий переместился за спину старику.
– Кто вы, незнакомцы, и куда путь держите? – еще нестарческим голосом с легким акцентом поинтересовался староста. Смотрел при этом он только на Карину.
Та бросила взгляд на меня, я пожал плечами, мол, веди разговор, раз уж тебя признали главной.
– Мы мирные путешественники, идем оттуда и туда. – Карина махнула рукой, обозначив наш маршрут. Ишь ты, язва! Поднабралась у меня подначек. – Мы слегка заблудились, идем долго и порядком устали. Мы бы остановились у вас на денек-другой отдохнуть. За постой заплатим. И еще хотелось бы узнать, где мы оказались.
А вот это она зря. Насчет «заблудились». Народ тут дикий, нам явно не рады. Еще подумают, что лучше прикопать нас под забором, чем помогать, – все равно никто не знает, что мы здесь. Не особо страшно, но если такое случится, просто неприятно. Вряд ли они нам могут что-то сделать, но хочется спокойствия. Хотя бы краткого.
Мужчина, сопровождавший нас, нагнулся к старику и что-то прошептал. Аксакал слегка кивнул.
– Хорошо, – после некоторого молчания ответил староста. – Вы можете остановиться у нас. Но ненадолго. Надеюсь, двух дней вам хватит. Денег за постой мы у вас не возьмем. Мук проводит вас. – Старик встал и потопал к двери, но прежде чем он скрылся за ней, я задал ему вдогонку еще один вопрос:
– А где ваш чародей?
Старик резко остановился и, повернувшись вполоборота, обронил:
– У нас нет чародеев.
– Колдун или ведьма? – встряла Карина, но в ответ получила лишь отрицательное покачивание головой.
На том староста и исчез в своем доме.
Девушка нахмурилась.
– Что? – тихонько спросил я.
– Понимаешь… Что-то тут не так. Мы видели зачарованного волка, который убежал сюда. А теперь вроде как нет у него здесь хозяина. Да и к нам отношение неправильное: чародеев не так встречают.
– А как?
Карина пожала плечами:
– Простые люди нас боятся до судорог и стараются не перечить. Тут же нас пусть вежливо, но допросили, а потом вроде как оказали милость, разрешив переночевать, будто мы никто.
– И звать нас никак, – продолжил я и улыбнулся. – Расслабься! Просто у них есть тайна, – таинственно прошептал я и сделал большие глаза, – которую они от всех скрывают. А тут появляемся мы, все такие из себя непонятные и важные!
Карина фыркнула и не заметила, как напряглась спина идущего впереди нас Мука. А вот я отметил сей примечательный факт.
– А может, мы зря их подозреваем? Может, и в самом деле никаких загадок нет – просто мы видели обычную дрессированную собаку? А староста такой высокомерный, потому что он здесь король и привык всем приказывать? – добавил я тише, чтобы провожатый не грел уши.
Карина снова пожала плечами и ничего не ответила.
Привели нас к старому дому на самой окраине. Сразу видно, что нежилой. Правда, этому противоречил вьющийся из трубы дымок, но общее впечатление запущенности лишь усилилось, когда мы вошли. Заметно, что внутри по-быстрому убрались, но… Ощущение пустоты не покидало меня. Кроме того, очень мало следов аур. Любой дом, когда в нем живут, пропитывается энергетикой жильцов. И даже когда структурированные аурные отпечатки развеиваются, энергетика места еще долго остается повышенной. Тут же ничего подобного нет. Хозяйкой оказалась сухонькая старуха опрятного вида. Лет ей явно немало, но бодрость и подвижность ей удалось сохранить. В отличие от остальных она встретила нас приветливо, смотрела открыто, с интересом.