Бекк опустил пистолет.
И тогда Горюн выстрелил ему в лицо. Пуля вошла Бекку в левый глаз, пробила малое крыло клиновидной кости и начала путешествие внутри мозга, по очереди пробив левое большое полушарие, гипоталамус и средний мозг.
Бекк умер еще стоя, перед смертью узрев невыносимую карусель цветов из-за поврежденных зрительных нервов.
* * *
Помирать не хило, было его первой мыслью при воскрешении.
Пантанал, чего ты ждал?
Если раньше Проект заигрывался со временем, то теперь решился на игры с жизнью и смертью.
— Что здесь делает молодежь? Это слишком серьезное дело, его надо поручить спецназу МГБ! — откуда-то выплыло лицо Горюна.
Бекк снова находился в фургоне со штабом операции. Ничего не изменилось. Гипоталамус был цел. Будущий убийца без эмоций вперил в него тяжелый взгляд.
А что ему переживать? Настоящий профи. Убив его, убрал препятствие и забыл.
У каждого хорошего разведчика за плечами целое кладбище!
Бекк смотрел на своего будущего убийцу и мучительно соображал. Зачем?
Шестеренки в еще неповрежденном навылет мозгу с огромным трудом стали проворачиваться.
Еще в первый раз Бекк подумал, зачем Горюн оделся в камуфляж? Ведь он не должен был участвовать в штурме.
А на самом деле зашел самый первый. Вероятно, через ту же злосчастную веранду. Убил бандюганов. Но зачем заложников? Ребенка? Это не укладывалось в голове.
Ищи, кому выгодно, потом будет повторять его начальник в МГБ генерал Мельник, кстати неплохой бизнесмен и миллиардер.
После провала операции был отстранен генерал-майор Кабанов, начальник ГУ МВД по Самарской области.
Что же получается? Из-за генеральской должности контора пошла на убийство?
Надцать лет назад лейтенант Бекк ни за что бы не поверил в подобную трансформацию. Но с тех пор произошло столько событий, которые позволяли считать это событие не выходящим за рамки допустимого. Бывало, что и за полковничью должность убивали. И даже капитанскую.
Бекк стоял, мучительно соображая, чтобы предпринять.
— Вы что-то хотели сказать, лейтенант? — заметил его волнение Кабанов.
— Нет, ничего! — ответил Бекк.
— Тогда вам будет поручено ответственное задание! Прикроете объект с тыла! Со стороны Огурцовой улицы!
— Никифоров! — вызвал генерал. — Пойдешь старшим!
Вперед выдвинулся лобастый бровастый мужик слегка за 30.
Они открыли заднюю дверь фургона и вышли.
— Товарищ капитан… — Бекк слегка тронул Никифорова за плечо.
Этого оказалось достаточно, чтобы тот взорвался. Бровастый повернулся к нему всем телом.
— Слушай сюда, сынок!
Дальше Бекку было не интересно. Он снова как в первый раз заехал капитану в горло. Тот поперхнулся, глаза смотрели в разные направления, но четкую картину не давали.
Бекк подхватил тело и мягко усадил на лавочку у ограды. Тут везде были такие лавочки.
Надо было торопиться. Судя по всему, Горюн вышел практически одновременно с ними. А вот и он.
Горюн.
Горюн вышел, бросил на него неприязненный взгляд, что-то буркнул. Отвислая губа, свет особым образом лег на лицо. И Бекк понял. Перед ним был человек другой расы. А может быть, и не человек вовсе.
— Товарищ… — Бекк запнулся, ибо не знал звания последнего. — Товарищ старший!
— Выполняйте свое задание! — бросил Горюн на ходу.
— А я и выполняю! Вы ведь из Альянса?
Горюн встал как вкопанный.
— Что вы сказали?
— Идете, чтобы убить заложников и поставить во главе Главка своего человека? Сколько детей вы убили?
Что-то произошло и Бекк едва не лоханулся. Возможно, Горюн и не хотел его убивать, а имел намерение убрать с пути неожиданно возникшее препятствие. Что-то вроде гусеницы на тропинке. Поднять и отбросить в сторону брезгливо.
Они встретились на встречных курсах. Тело Горюна утратило черты твердого физического материала, размазалось в воздухе, без паузы поменяло положение. То он стоял спиной к Бекку, а потом сразу оказался лицом. Расстояние между врагами исчезло. Неимоверным по скорости движением Бекк ушел с траектории живого тарана. Они лишь соприкоснулись миллиметрами тел, и то каждый почувствовал, как будто рядом пронесся трехтонный грузовик.
Горюн остановился и ошарашенно уставился на него.
— Ты кто?
— Я работаю на Пантанал! — сказал Бекк. — И скажу почему. Проект уничтожил главного гавнюка Америку и подарил нам победу. Теперь Россия номер один в мире! Весь мир говорит по-русски и это правильно.
— Ты ничего не знаешь! Ваша победа равносильна поражению. У Пантанала свои цели. Придет время, вы об этом узнаете, и они вам не понравятся. Вы неправильно называете Пантанал Проектом. На самом деле Пантанал несет смерть всему живому.
— В данный момент смерть несет Альянс!
— Альянс старается смягчить удар. Грядут сильные изменения. Вы уже под контролем, а будет только хуже! Ваша победа-фикция!
— Сам ты фикция! — сказал Бекк и напал первым.
Платформа Вершинина.
Они переодевались молчаливо и тщательно.
В группе было человек 10. Мужчин, женщин. С Вершининым поздоровались Володя с Асей. Поздоровались и прошли мимо, будто вчера виделись, а не много лет назад. Володя был в смешной шляпе, бывшей в моде еще до войны, да еще не этой, а той. Ася в платке, словно бабушка. Вершинин видел ее фотки молодой, та еще красотка.
Вы должны соответствовать, сказал инициатор переодевания.
Вершинин тоже был в шляпе и костюме, правда, не настолько старомодном.
Наконец группа оделась, и все двинулись вглубь обширного помещения явно промышленного характера. Бетонный пол с разбросанным крепежом и остатками оборудования. Большие пыльные окна с железными ставнями.
В конце пандуса, на втором этаже, стоял большой контейнеровоз. Дверцы были распахнуты. Рядом стоял мужчина в плаще и капюшоне.
Они поднялись.
— Разбираем оборудование! — скомандовал мужчина.
Рядом с машиной лежали неровно оторванные картонки. Все с невозмутимым видом разобрали «оборудование». Вершинин повертел в руках картонку-обычный прямоугольник с неровными краями, и отбросил в сторону.
Тем временем люди по одному поднимались и исчезали за распашными воротами контейнера.
— Вам вроде рано! — сказал мужчина Вершинину. — И где ваше оборудование? Без оборудования не положено!
Пришлось вернуться за картонкой.
К этому времени людей «на посадку» уже не оставалось.
Ступеньки лестницы оказались для Вершинина недопустимо высоко. Мужчина помог ему взобраться.
— Возможно, вам и не рано, а в самый раз! — проворчал он.
Вершинин выпрямился в контейнере и замер удивленный.
Контейнер был пуст. Это был странный контейнер. Справа оказалось большое окно, которого там не могло быть по определению, потому что снаружи контейнер выглядел цельным, и в которое наблюдался только покинутый цех.
В передней же части контейнера имелась узкая щель параллельно полу, которой тоже не могло быть по причине, указанной выше, и за которой виднелся пологий спуск. Вершинин понял, куда делись остальные пассажиры, и направился туда, но был остановлен яростным шепотом.
— Стой! Куда? Вот свалился мне на голову! Садись на картонку!
Вершинин был вынужден подчиниться. Едва уселся, как контейнер наклонился словно живой, и он стремительно понесся в щель. После короткого спуска он оказался в точно таком же контейнере, в окне которого виднелся только что покинутый цех.
И так несколько раз.
Скорость он набрал, словно скользил с ледяной горки, но «оборудование» исправно защищало не только его, но и целостность одежды.
После нескольких циклов скольжение прекратилось. Он сидел в пустом контейнере и глядел в окно.
Цех был полон оборудования. Кругом были красные флаги и вымпелы.
Он с трудом выбрался из контейнера и спустился по пандусу. Вокруг стояла техника-трактора, автомобили, комбайны непонятных моделей, но под русскими марками.