И ничего не произошло. Галакс был нем, словно подпольщик на допросе. Я лишь без толку нажимал курок раз за разом.
На индикаторе бегали радужные круги. Не смотря на остаточный заряд, пукалка отказывалась стрелять. Сработала внешняя блокировка! Некий «Вечный Щит», имевшийся в арсенале бандитов. А ведь меня не удивило отсутствие реакции Профессора на продемонстрированный галакс. А должно было!
Я отбросил ставшей бесполезной игрушкой галакс и взял со стола помповое ружье как раз в тот момент, когда Пика рванул дверь на себя и возник в дверном проеме. Я сразу выстрелил. Тупоносая пуля 20 калибра угодила бандиту в грудь. Он исчез на пороге, чтобы пропахать газон в 10-ти метрах дальше.
Смотреть, убил я его или только ранил, времени не было от слова совсем. Выстрелив, я сразу сменил позицию, и это на какое-то время меня спасло, потому что в дверь выстрелили из галакса.
Грохот был настолько осязаемый, словно у меня в голове самосвал вывалил кучу кирпичей из кузова. Я видел превращение внутреннего убранства дома в своеобразный атриум. Мгновенно смялись и исчезли мебель и внутренние стены. К тому же теперь многострадальный дом имел два независимых выхода плюс сквозной проход с северной стороны на южную.
По южной атаковал Беда. Я произвел пару выстрелов, и бандит упал. Все-таки я офицер или где. Стрелять меня учили.
Трубчатый магазин помпового ружья имел емкость 5 патронов. 3 я использовал. Запаса боеприпаса не имел. Так что теперь прикидывал, куда лучше стрельнуть. По выстрелу на юг и север, или вломить пару раз в одну сторону. Тем самым создать психологический эффект и обмануть противника. Пусть думает, что патронов у меня уйма. Объективности ради надо признать краткосрочность указанного эффекта. Бандиты очень быстро прочухают, что я слишком долго не стреляю.
Пока я прижимался к стене, прикидывая свои варианты, один проигрышнее другого, как в Русском лото, начался настоящий ад.
Я-то думал, что ад уже состоялся, но как оказалось, это был рекламный мультик перед основным сеансом.
Вокруг поднялась оглушительная бесперебойная стрельба. Дом просто обязаны были изрешетить и меня прищучить, но оказалось, что стреляют не в меня. Через сквозной проход в персональном атриуме я наблюдал бешеную перестрелку в близлежащих кустах. Там же еще раз ахнул галакс, его низко частотный удар по ушам ни с чем не спутаешь. Ночь сделалась светлой как день. Кусты мгновенно облетели и стали видны насквозь. В проеме на секунду мелькнул стоящий Беда. Как оказалось, такой зверский стрелок, как я, кичущийся офицерской меткостью, даже не зацепил его. Я видел этапы трансформации бандита. Сначала со здоровяка исчезла вся одежда, испарилась, а потом и сам здоровяк улетел к чертовой матери, словно сдуло ураганом.
Я понял, что другая банда напала на Профессора с тыла и этим грех не воспользоваться. Надо было уходить и немедля. Не успел я подняться на ноги, как в окно просунулось чье-то мурло. Я дал по нему пинка, отправляя в обратный путь. Я не сторонник эффектных ударов ногой, а и колено давно травмировано. Вот и в этот раз бы ногу потянул, если бы не пара синтетических мышц, вшитых во время старой операции.
Я открыл дверь спальни и отпрянул. В проеме застыла громоздкая неподвижная фигура. Встроенный ПНВ высветил лошадиное длинное лицо как у писателя Пастернака.
— Я партак! — произнес бандит грубым голосом, в руке у него было что-то вроде обреза.
Я ничего говорить не стал, а выстрелил ему в лицо. Забрав выпавший обрез, пошёл дальше.
Вокруг происходила какая-то дичь. Партаки ломились со всех щелей. Я быстро расстрелял оставшийся патрон из помпушки, а потом разрядил обрез. Он выплюнул мелкую сечку из рубленных гвоздей, и его едва не разорвало у меня в руках.
Орудуя обрезом как дубиной, я прорвался к ванной комнате, где пряталась Сандра.
— Все кончилось? — с надеждой спросила девушка.
Не отвечая, я сорвал со стены жесткую подводку душа и с ходу воткнул в лезущую в дверь харю. Харя выпучила глаза еще больше и провалилась в целую кучу других харь, лезущих на смену. Тут бы нам и конец, но они застряли в узких дверях.
Внезапно всех осветил мощный свет прожектора. Я схватил Сандру в охапку и повалил внутрь чугунной ванны. Я думаю, крыша в доме к этому времени уже частично отсутствовала, так что «Тапир» мог без помех использовать подвижную пушечную установку с автоматической пушкой калибра 30 мм и боекомплектом 500 выстрелов. Он израсходовал все и разнес все-и партаков, и дом, и частично близлежащий квартал. И если бы не включившаяся опция «киллер», позволившая мне не выключиться и вынести Сандру на безопасное место, на этом моя командировка вкупе с моей беспокойной жизнью и закончилась бы.
16. Резня на Большой Никитской
3 день войны. Большая Никитская
Большая Никитская закатана в асфальт словно рыцарь в броню. Ни одного газона, ни одного деревца. Ни травинки. Она тянется до Кремля. Здесь тусовалась элита. Центральный дом литератора с пьяными никому не нужными писателями, консерватория с кучей евреев, скрипящих на скрипках, ТАСС-телеграфное агентство преданного и издохшего мамонта, музеи всякие. Что ни дом-мемориальная доска.
Тут Пестель увидел первые трупы. Они лежали кучками и поодиночке. Все в странных позах. Рубашки-платья приподняты, штаны наоборот приспущены, точно после смерти их хотели поиметь. Тут же стояли брошенные машины. С выбитыми стеклами и пробитыми баллонами.
Спасенные шиншиллы к утру разбежались, и лишь одна увязалась за ним. Он назвал ее Шуша.
Смешная зверюшка. Напоминающая крупную мышь с большими ушами, выросшая в неволе и ничего не видевшая кроме клетки, Шуша не могла похвастать хорошей координацией. Ее крупную попу время от времени заносило и тогда Шуша смешно заваливалась на бок. В такие моменты ее охватывала паника, она подскакивала на метр в воздух и кидалась наутек, забиваясь в любые щели.
В этом деле Шуша была виртуозом. Могла лезть боком, становясь практически плоской. После очередного побега Пестель был уверен, что она застрянет и отстанет, но она каждый раз догоняла, даже оказываясь впереди. Смотрела черными бусинками глаз.
У Шуши имелись две крохотные передние лапки, которыми она ничего путного не могла удержать. Пестель недоумевал. Какой от них толк, пока не увидел, как Шуша коротким движением утирает себе носик.
Не привыкшая долго бегать, Шуша скоро устала, остановилась и жалобно запищала. Пестель вздохнул и подхватил ее. Шуша сразу извернулась, но не спрыгнула, а забралась на плечо.
Пестель осмотрел из-под руки улицу в оба конца. Тишина. Только ветерок несет пыль.
Не радиоактивная ли? Обеспокоился Пестель.
Шуша снова заскулила.
— Жрать хочешь! — понял Пестель.
Он прихватил сухой корм и сено из зоомагазина. Шиншиллы не ели ничего, что ели нормальные животные.
Двери во множестве своем еще оставались закрытыми. Предыдущие хозяева еще надеялись вернутся, в очередной раз обманутые. Это уже потом Москва будет открыта нараспашку. Что дворец съездов, что пентхауз мироеда.
Пестелю удалось найти незапертую дверь и войти в подъезд. Дом был 4-х этажный, на каждом этаже лишь одна элитная квартира, и Пестель заробел. Он и представить себе не мог, что может вломиться в чужое жилье, хоть и брошенное.
Устроился на подоконнике в подъезде, достал шуршащие пакеты из сумки. Шушу охватила истерика. Она лезла в сумку, и морда ее делалась плоской и вездесущей.
Если еда для Шуши имелась, то сам Пестель голодал и пил лишь воду. Он так и не смог заставить обыскать скарб убитого палача. Был выше этого. Догадываясь, что в квартирах в паре шагов от него может быть еда, много еды, он знал, что никогда не войдет туда.
Я наказан, я не имею права брать чужое, думал он.
И вообще. Хорошо бы уйти в монастырь.
Мазда.
Шуша первой учуяла опасность.
Она грызла семечку тыквы, удерживая ее передними лапками. Смешно и старательно кусала, и после каждого укуса на семечке оставался крохотный аккуратный след.