- Ты говоришь так, словно я не сделала так же.
Надо было уйти, но Амадин слишком растерялась.
- Ты? - взвизгнула Шарлотта. - Ты живешь, как королева, одеваешься в лучшие наряды, тебе даже учиться не надо, диплом с отличием уже подписан!
- Что? - упоминание о дипломе привело в чувство. - С чего ты взяла?
- Да в Академии все только об этом и говорят! Твой герцог приказал выдать тебе диплом!
- Это - ложь! - вспылила Амадин.
- Неужели? Можешь спросить у ректора сама. не думаю, что откажет он любовнице Великого инквизитора. Да он даже экзаменов дожидаться не будет! - Она истерично рассмеялась.- Конечно, не будет!
- Хватит, - оборвала ее Амадин. - Я не желаю это слышать!
Она попыталась уйти, но Шарлотта больно схватила ее за руку.
- Идешь в Академию? Замолви и за меня словечко… - ее глаза вдруг увлажнились. - Меня отчислили… все из-за тебя!
- Отпусти! - испугавшись этих перепадов настроения, девушка попыталась вырваться, но Шарлотта намертво вцепилась в ее запястье.
- Ты никуда не уйдешь, пока не пообещаешь мне..
- Да пусти же!
Дальнейшее произошло в один миг. чугунные плетения ограды вдруг выпрямились и потянулись к Шарлотте. Переливаясь алыми искрами прутья обвили ее тело. Чугунные завитки сжали руки так, что она вынуждена была разжать пальцы.
Вместо того чтоб отскочить, Амадин растерянно замерла не зная как помочь. Шарлотта трепыхалась, словно бабочка попавшая в паутину, а прутья обвивали ее все сильнее, укутывая в чугунный кокон.
- Замри! - вдруг сообразила Амадин.
- Что?
- Не двигайся, - повторила девушка, с тревогой следя за вестником, сорвавшимся с одного из прутьев. Интересно, куда он направился. Она сомневалась, что к Рейнарду - вряд ли инквизитор будет лично карать тех, кто осмелился нарушить покой его любовницы.
Словно в подтверждение ее мыслей из-за поворота показалась карета. Казенный экипаж остановился около ограды, и оттуда выскочили два жандарма. Заметив Шарлотту, они многозначительно переглянулись.
- Что, не повезло тебе? - сочувственно поцокал языком один из них, подходя к пленнице. - Что поделаешь, аристократы - они такие… Сегодня одна, завтра другая, а уж герцог…
Он махнул рукой.
- Огаст, хватит болтать! - оборвал его усатый напарник. - нам не за это платят.
Он с опаской прикоснулся рукой к ограде. По чугунным завиткам пробежали сполохи, а потом они разжались, выпуская свою жертву. Амадин они почтительно проигнорировали. Девушка знала, что ее заметили, но оба стража предпочли не заострять на ней свое внимание.
Жандармы сразу же обступили ее с двух сторон.
- Вам придется поехать с нами, барышня, - предупредил Огаст.
В ответ Шарлота только горько усмехнулась.
- Разумеется, ведь вы все - псы герцога!
Жандармы переглянулись.
- Оскорбление при исполнении? Да вы, барышня, похоже совсем того…
Теперь уже без деликатности они подхватили Шарлотту под руки и двинулись к карете.
- Подождите, - Амадин устремилась за ними. - Постойте! Она… ничего же не произошло! Может быть, вы ее отпустите?
Огаст обернулся и с интересом взглянул на девушку.
- Простите, барышня, не могу, - вежливо пояснил он. - Вы же понимаете - у нас четкие распоряжения хозяина особняка.
- Да, но…
Дальше слушать жандармы не стали, споро запихнув Шарлотту в карету, они заскочили следом.
- Похоже, та - новая пассия герцога, - донеслось до Амадин.
- Темноволосая? С чего вдруг?
- Да об этом все говорят…
Карета покатила по мостовой, Амадин проводила ее злым взглядом и направилась обратно в дом. Лора все так же гремела посудой на кухне, но девушка была готова поклясться, что секунду назад она вместе с Гердой прильнули к окну, наблюдая за происходящим за оградой. странно, что ни одна из них не выбежала на помощь Амадин. Но, скорее всего обе служанки были осведомлены о защитных чарах особняка, потому предпочли не вмешиваться.
Поколебавшись, Амадин прошла на кухню.
- Лотта, это правда, что все любовницы герцога были светловолосые? - поинтересовалась девушка.
Служанка поставила огромную сковороду на плиту и обернулась.
- Так и не упомнить, - осторожно отозвалась она, вытирая руки передником. - Но да, большинство было блондинками.
- А… Дезире? - Амадин поняла, что вступает на скользкую почву.
- А что мадемуазель Дезире? - насторожилась служанка. - Светловолосая она.
- И долго она… - девушка набрала в грудь воздуха. - Долго она была любовницей его светлости?
- Я не считала, - Лотта снова повернулась к плите, делая вид, что занята готовкой.
- Лотта, пожалуйста!
Та снова обернулась:
- К чему вам это знать? Блондинки, брюнетки… Его светлость - щедрый человек, но влюбляться в него не стоит.
- Я и не пытаюсь, - фыркнула Амадин, коря себя за излишнее любопытство.
- Тогда и спрашивать нечего. Наслаждайтесь тем, что имеете, многим и этого не дано.
- Верно, - кивнула девушка, невольно вспомнив о Шарлотте и салоне Шуаз.
Стоило признать, что ей действительно повезло и не требовать от судьбы большего. Амадин бросила на кухарку задумчивый взгляд, но та уже занялась своими делами.
Девушке ничего не оставалось, как вернуться в гостиную. Книги все так же стояли стопкой на подоконике. Амадин прошла к ним, отобрала несколько и присела за стол, погрузившись в работу. Чтобы не говорила Шарлотта, времени до сдачи дипломной работы оставалось все меньше времени. А помимо нее следовало заняться и более перспективным проектом. Собственным.
Мысли, до этого момента сумбурные, упорядочились, как только Амадин открыла книгу. Здесь было все кристально ясно, и девушка с наслаждением погрузилась в текст. Теоремы и аксиомы завораживали, а их решения, в отличии от жизненных проблем было простым и однозначным.
Кажется, Лотта заходила и приносила что-то, но Амадин ее не слышала, слишком увлеченная структурой магических плетений. Она опомнилась только когда стало темно. Распрямившись, девушка встала, намереваясь зажечь свечи. внезапно они вспыхнули сами, дверь распахнулась, а на пороге показалась высокая фигура:
- Птичка вдруг стала совой?
- Рей! - она кинулась ему навстречу, чувствуя, как тревоги покидают ее, и все вокруг становится неважным. - Ты вернулся!
Глава 32
В гостинице Блодетта Рейнард заснул только под утро, а проснувшись долго не мог вспомнить как и зачем он оказался тут. В голове шумело, а во рту пересохло. Он повернул голову. Стены пошатнулись, а виски словно сжало тисками. Видимо, вчера он все-таки напился - удовольствие, которое не позволял себе уже очень много лет. Наконец, память о событиях прошедшего дня вернулась к нему: Блодетт, взрыв на складах, гибель Джофруа Рейвейна, вечерние похождения по злачным кварталам, приезд Лайонеля… Хотелось снова закрыть глаза и никогда не открывать их.
Рей вздохнул и медленно поднялся с кровати. К горлу подкатила тошнота. Герцог поморщился и нетвердой походкой направился в ванную комнату. Ледяная вода принесла облегчение, и одевался герцог уже с ясной головой. О вчерашней ночной несдержанности напоминала только тупая боль в затылке. Заказав завтрак, Рей отправил вестника Лионелю. Тот появился почти сразу, словно ждал за дверью. Хотя, на самом деле находился в соседнем номере.
- Ты как-то не торопишься! - заметил он, садясь к столу.
- Спешить надо было раньше, - мрачно отозвался Рей. - Сейчас время роли не играет. Если хотели что-то спрятать, то уже давно спрятали.
Граф Аткинсон только пожал плечами. Плотно позавтракав, оба приятеля направились в городскую ратушу. Небольшое здание, построенное много столетий тому назад напоминало сонный улей.
Как Рейнард и предполагал появление Великого инквизитора вызвало переполох. Служащие замельтешили в коридорах, по монументальной лестнице, достойной украшать собою крепость, скатился глава города.