1-я Дама Мамиллий Меня целуешь ты и говоришь, Как с маленьким. – Тебя люблю я больше. 2-я Дама Мамиллий
Уж не за то, что брови Твои черней, – хоть женщинам идет, Чтоб брови были черны, говорят; Не слишком только густы, а дугою, Как лунный серп, начерченный пером. 2-я Дама Мамиллий Я сам Узнал из женских лиц. – А у тебя Какие брови? 1-я Дама Мамиллий О нет, ты шутишь. Синий нос я видел У женщины, бровей же синих – нет. 1-я Дама Вот королева все круглей. Смотрите, Придется скоро нам за новым принцем Ходить. Тут вы и поиграли б с нами, — Да захотим ли мы? 2-я Дама Да, раздалась Она заметно. В добрый час, сказать! Гермиона Что там у вас за тайны? – Ну, пойди-ка Опять ко мне; сядь, расскажи мне сказку. Мамиллий Веселую иль грустную ты хочешь? Гермиона Мамиллий К зиме подходит грустная. Я знаю Одну про ведьму и духов. Гермиона Вот отлично! Садись, рассказывай, да хорошенько Меня ты напугай: ведь ты умеешь. Mамилий Жил-был когда-то человек… Гермиона Мамиллий Он жил на кладбище… Я буду тихо Рассказывать, а то сверчки услышат. Гермиона Входят Леонт, Антигон, придворные и свита. Леонт Его видали? И его людей? И с ним Камилло? 1-й Придворный Да, у рощи пиний. Я в жизни не видал, чтоб так спешили. Смотрел им вслед до самых кораблей. Леонт Как счастлив я, что прав, что не ошибся! О, если б меньше знать! В подобном счастье — Проклятье! Если в чашу попадет Паук, мы можем выпить и от яду Не заболеем, ибо в нас сознанье Отравлено не будет; если ж нам Покажут эту мерзость, скажут, что Мы пили, – стиснет судорога горло И грудь. Я пил – и видел паука. Камилло помогал им, этот сводник! На жизнь мою, на трон тут покушенье. Все подозренья верны. Лживый плут, Мной избранный, был перекуплен им: Открыл мое намеренье, и я Остался в дураках, им на потеху Игрушкою! Но как же им открыли Все выходы? 1-й Придворный Имел он полномочья: Ведь раньше это так не раз бывало По вашему приказу. Леонт (Гермионе) Дай сына. Рад, что не тобой он вскормлен. Да… он в меня; но все же слишком много В нем крови есть твоей. Гермиона Леонт Ребенка прочь! Его к ней не пускайте. Убрать его! Мамиллия уводят несколько стражников. Пусть с тем она играет, Кем тяжела. Ведь этим Поликсену Обязана она! Гермиона Неправда, нет! Готова клятву дать, что ты мне веришь, Как сам ни отрицал бы! Леонт (вельможам) Господа, Взгляните хорошенько на нее. Вы скажете: «Красива!» Но при этом Прибавите вы в справедливом сердце «Как жаль, что не чиста и не честна!» Но лишь похвалите ее за внешность, (Достойную хвалы, по правде), – тотчас Пожатья плеч и «гм»… и «ах»: те клейма, Что клевете нужны; нет, я ошибся: Что жалости нужны: ведь клевета Клеймит невинность даже! «Гм» и «ах» Появятся, лишь скажете «красива», Скорей, чем скажете «чиста». Но знайте, – хоть мне горше всех признаться: Она – прелюбодейка! Гермиона
Если б это Сказал злодей, чернейший в целом мире, Вдвойне б он стал злодеем. Вы ж, супруг мой, Ошиблись. Леонт Вы ошиблись, королева, Принявши Поликсена за Леонта. О, ты созданье… – я не назову Тебя, как стоишь ты, чтоб не подать Примера черни всех равнять названьем И разницу пристойную забыть Меж королем и нищим. Я сказал: Она прелюбодейка; с кем – сказал; К тому ж она изменница: Камилло Ее сообщник; знает он отлично То, что ей стыдно знать самой: она, Как и ее презренный соучастник, Клятвопреступница, не лучше тех, Кого позором чернь клеймит; и знала О бегстве их. |
