Тиинь — отождествляется с тюркским tegin или tigin (ИКОЛ, с. 432), означающим в орхонских памятниках титул, присоединяемый к именам младших членов ханской семьи (ДС, с. 547). В словаре киданьских слов объясняется как «чиновник, ведающий членами императорского рода» (ЛШ, гл. 116, л. 3а). Рассматриваемая должность впервые была введена Абаоцзи в 910 г. (ЛШ, гл. 1, л. 3а), причем выражение впервые указывает лишь на то, что на тииня были возложены новые для него функции, связанные с делами членон императорского рода. Сам же термин тиинь существовал среди кидансй задолго до образования государства и соответствовал китайской должности сыту (ЛШ, гл. 46, л. 16) —букв. «ведающий народом» или, как обычно переводится на русский язык, «блюститель. нравов». Сыту, одна из наиболее древних должностей в Китае, упоминается еще в Шан-шу (ШШЧИ, гл. 1, с. 103). Обязанности сыту состояли в распространении среди населения, пяти принципов в отношениях между людьми, согласно которым отцы должны быть справедливыми, матери — любящими, старшие братья — дружественно относиться к младшим, младшие братья — уважать старших и дети — проявлять почтение к родителям.

В служебной иерархии киданей должность тииня стояла очень высоко.

Во всяком случае, она указывается сразу же после должности великого юйюэ, который, хотя и не нес официальных обязанностей, считался выше всех других чиновников (ЛШ, гл. 45, л. 76).

Далян — современный город Кайфын в пров. Хэнань.

Шэли —должность и титул у киданей, о которых говорится: «Богатые кидане, желавшие обматывать голову платком, вносили десять голов крупного рогатого скота и верблюдов и сто лошадей, после чего им давался чиновничий титул шэли» (ЛШ, гл. 116, л. 56). Отождествляется со словом salla, которое на языке чагатайцев и таранчей означает тюрбан (ИКОЛ, с. 290).

Согласно Ляо-ши, в плен был взят военачальник Чала (ЛШ, гл. 3, л. 26), названный в Цидань го чяси Шила. Когда кидане потребовали выдачи пленных, в том числе Шила, Чжао Дэ-цзюнь сказал императору: «То, что кидане в течение нескольких лет не нападали на границы и неоднократно добивались мира, объясняется тем, что эти лица находятся у нас на юге. Если их отпустить, на границах снова возникнут бедствия». Еще определеннее высказался Ян Тань, правитель области Цзичжоу: "Шила, храбрый киданьский военачальник. В прошлом он помогал Ван Ду, стремясь погубить наше государство. К счастью, Шила взяли в плен, и то, что ваше величество не предало его казни, само по себе является слишком большой милостью. Кидане, потеряв Шила, лишились как бы рук и ног. Он пробыл при дворе несколько лет, поэтому знает сильные и слабые стороны Китая. Если Шила вернется на родину, то, несомненно, причинит нам большие бедствия. Едва он выедет за границу, как сразу же начнет посылать стрелы в направлении юга. Боюсь, что раскаиваться тогда будет поздно» (ЦЧТЦ, гл. 277, с. 9067). В связи с этим император отпустил лишь одного шэли Цяньгу, чтобы как-нибудь успокоить киданей (ЦЧТЦ, гл. 277, с. 9072).

Военный округ Чжэнъу —современный уезд Хэлиньгээр в пров. Суйюань.

Фэн Дао (881-954). Занимал высшие должности при Поздних династиях Таи, Цзинь, Хань и Чжоу, состоял на службе у десяти сменивших друг друга императоров. Многочисленные посты, которые довелось занимать Фэн Дао, он сам перечисляет в написанной им работе «Собственное предисловие старца из Чанлэ».

Столь необычная даже для смутного периода Пяти династий служебная карьера заставила Оуян Сю предпослать биографии Фэн Дао небольшое предисловие, в котором он упрекает его в отсутствии честности и стыда. Тем не менее в самом жизнеописании ничего не говорится о каких-либо поступках, которые бросали бы тень на доброе имя Фэн Дао. Наоборот, отмечается, что, когда Фэн Дао умер в возрасте семидесяти трех лет, современники превозносили его и говорили, что он прожил столько же лет, сколько и Конфуции. Уже одно сравнение с возрастом Конфуция является, с точки зрения китайца, высшей похвалой.

Чжао И (1727-1814) объясняет подобное отношение к Фэн Дао тем, что он проянлял заботу и народе, и приводит ряд мелких примерен, свидетельствующих об этом (ЭШЭШЧЦ, гл. 22, с. 440).

Крайне резко критикует Фэн Дао другой выдающийся историк Китая —Сыма Гуан (1019 —1086). Его критика любопытна тем, что выражает в концентрированном виде традиционные взгляды китайцев на верного чиновника, поэтому приводим ее полностью: «Небо и Земля установили для всего места, исходя из чего при выработке ритуала и установлении законов мудрые определили в семье отношения между мужем и женой, а вне семьи отношения между государем и слугами. Жена должна следовать за мужем, не изменяя ему, в продолжение всей жизни, слуга должен служить государю, не изменяя ему даже под угрозой смерти. Такова великая основа человеческих отношений. Если нарушить ее, возникают величайшие смуты.

Фань Чжи восхваляет Фэн Дао, говоря, что он обладал огромными добродетелями, равные которым можно встретить только в древности, отличался большими талантами и способностями, и хотя служил различным династиям, никто не осудит его. Он величественно стоит, как огромная гора, которую не сдвинешь с места.

Я же, по своему неразумению, считаю, что женщина достойного поведения не имеет двух мужей, а верный слуга не служит двум господам. Женщину недостойного поведения нельзя назвать добродетельной, если она обладает даже поразительной красотой и умеет искусно ткать. Неверного сановника нельзя высоко ставить, если даже он имеет большие таланты и знания, обладает огромным искусством управления. Почему? Потому что они утратили высокое чувство долга.

Фэн Дао являлся помощником императора при пяти династиях и восьми правителях, к которым относился так, как относится проезжий постоялец к гостинице. Утром он являлся врагом нового правителя, а к вечеру становился его сановником, меняя свои чувства и слова, никогда не чувствуя стыда. Таково было его отношение к великому, долгу, и хотя он творил мелкие добрые дела, разве его можно превозносить за это!

Некоторые считают, что после гибели династии Тан началась упорная борьба между выдающимися личностями. Императоры появлялись и свергались сначала через каждые десять с небольшим лет, а позднее через каждые три-четыре года, так что же могли поделать отдельные лица, даже отличавшиеся верностью и умом! И то время долг чиновника нарушил не один Фэн Дао, и как можно обвинять только его одного!

Я же, по своему неразумию, считаю, что верный слуга беспокоится о государе, как о своей семье; при встрече с опасностью отдает свою жизнь; если государь совершает ошибку, упорно увещевает его и изо всех сил борется с [ ошибкой]; если государство терпит поражение и гибнет, —умирает, выполняя до конца свой долг.

Мудрые мужи появляются, когда государство идет по правильному пути, и скрываются, когда государство идет по неправильному пути, либо удаляясь в покрытые лесами горы, либо проводя время на должности мелкого чиновника. Фэн Дао же пользовался большим почетом и любовью, чем три наставника наследника престола, обладал большей властью, чем все помощники императора, причем, когда государство существовало, он в нерешительности безмолвствовал, напрасно получая жалованье за занимаемую должность, когда же государство гибло, то, чтобы сохранить жизнь и как-то избежать опасности, встречал нового правителя и убеждал его вступить на престол. Поэтому, хотя правители непрерывно сменяли друг друга, Фэн Дао сохранял в неприкосновенности богатство и знатность, т. е. коварством превосходил всех дурных чиновников, и как его можно сравнивать с другими!