Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Она пожелала Малышу спокойной ночи, а сама тихонько постучала к другу. Он не спал. Морган даже не переоделся, а сидел на кровати в том же, что и пришел от канцлера — в полном боевом обмундировании, и смотрел отрешенными глазами себе под ноги.

— Морган, всё в порядке?

— Да, — сухо ответил капрал.

— А чего ты..? Я тебе вот куртку принесла, новую. Капитанша сказала подарить как будто бы от себя, зачем-то. В знак глубокой дружбы. Что между вами происходит?

— Я не знаю, — вздохнул Морган, на мгновение оживая. — Муся почему-то забыла, как выглядят катарские поцелуи и что они означают.

— Так может она и не знала? — тактично подсказала Клара. — Ты уверен, что капитанша вообще в курсе о ваших отношениях? Вон с Коди опять в совещательской закрылась.

— Мы с ним поговорили серьёзно. Он меня заверил, что не имеет насчет Мурси никаких планов.

— Мало ли что он имеет! Если капитанша захочет поиметь его, то никуда Коди не денется.

— Ладно, как выпадет удобный случай, я обязательно с ней и об этом поговорю. Просто если бы ты слышала, что нам рассказал канцлер Гидрос! Не до геройства на любовном поприще.

— Морган, ку-ку, очнись! Мужчины делятся на две категории. Те, кто пользуется случаем, и те, кто эти случаи создает. Тебя ничему не научила история с Джимми и остальными её кавалерами? Пока ты тут ждешь своего шанса, Коди в совещательской с ней заперся и неизвестно чем занимается.

— А, не говори мне такого! — подскочил Морган, хватаясь за голову. — Хочешь, чтобы я с ума сошел? То они про союз какой-то говорили, то про совместную постель.

— Офигеть, про постель? И ты тут до сих пор сидишь?

— А что я сделаю? Что? — выкрикнул остервенело Морган, начиная наворачивать круги по каюте. — Набить лицо Коди? Укусить Мусю? Я итак ей признался в своих чувствах! Знаешь, как мне было трудно! Я ног рядом с ней не чувствую, меня трясет в лихорадке, язык немеет.

— Иногда любовь оборачивается злым роком. Давай я тебе пропишу курс порошков, и ты просто постараешься забыть о ней? А?

— Ты лечишь меня, ты — доктор. Буду пить твой веселый пепел? Но если любовь — рок, её лечить — детский лепет! Просто у меня под крылом солнце и оно меня жарит.

— Красиво, — неожиданно покраснела Клара. — Ты когда мне говорил, что стихи пишешь, я думала вроде капитанских. Ну знаешь — баю-баюшки-баю, не погибнешь ты в бою, придет пьяненький качок, нож воткнет тебе в бочок.

— Что? — замер Морган.

— А капитанша тебе свои не зачитывала? У неё много такого. А твои — пронзительные, за душу берут.

— Клара, какие стихи! Ты сейчас вообще о чем? Мы говорили о Мусе! Я четко признался ей, она меня потом приласкала, под рубашку рукой залезла и… В общем, я не сомневаюсь в том, что Мурси всё предельно четко поняла. Но вот после этого и попросила тебе не рассказывать. Слушай, а могла Муся иметь планы насчет тебя? Ведь по-человечески вы целовались. Вы, люди, сколько партнеров заводите? Возможно так, что она хочет и с тобой отношения и со мной? Говорила, что с девушками ей больше понравилось. Может, поэтому и просила ничего тебе не рассказывать?

— Капитанша с девушками? Офигеть! — озарилась Клара.

— Ты бы мне сказала, если бы вы… ну вы с ней… Если бы вы с ней иногда развлекались?

— Морган, что за чушь! — не сдержала радостного возгласа Клара. — Может она думает, что мы с тобой встречаемся, поэтому и запрещает рассказывать о ваших совместных выглаживаниях?

— Тогда бы она напрямую меня спросила в момент признания, не находишь? Нет, скорей всего, она боится твоей ревности. А сама ты, что к ней чувствуешь?

— Я и капитанша? Смеешься? Коди говорит, что она током бьется. Кстати, откуда он знает? Ты лучше бы этим озаботился. По мне — всё понятно, она просто играет с вами обоими. Ей нужна свита. Вот и держит каждого рядом. А ты тут сидишь, пока капитанша утешается в объятиях другого мужчины и пытаешься выждать момент, чтобы забрать то, что по праву твоё, раз уж она обещала хранить тебе верность.

Морган сорвался с места и помчался в комнату для совещаний. Клара вздрогнула от звука хлопнувшей двери и еще раз прошептала.

— Если любовь злой рок, её лечить — дерзкий лепет. Ну, дает! Коди точно проиграет.

***

Мурси получила фотографию брата Изврата той поры, когда он еще именовал себя Дуку, и поспешила в комнату для совещаний. Она поставила её рядом со старыми снимками Жовани и Кавота и углубилась в анализ, стараясь подмечать каждую деталь в образах. Не только внешние характеристики, но и позы, взгляд, привычку держать руки.

Полученное изображение от Гидроса было с какой-то вечеринки. Мастер Дуку с её наставником, совсем еще молодым, без растительности на лице, Гидрос, Бакич, Локич и остальные участники Совета Храмовников стоят кружком с бокалами. Видимо, отмечали что-то. А на заднем фоне, совсем неприметно, тоже знакомое лицо. Мужчина средних лет, с проседью на короткой, зачесанной вправо челке. Волосы его смоляные, и от этого седина так бросалась в глаза. Изучающий взгляд из-под широких бровей, тоже с проседью, как всегда внимательный и дотошный. Ничего от него не укроется, никакая деталь. Черная капелька на подбородке, в ямочке — острая, четкая, как и всё в жизни Шерифа. Высокие скулы, впалые щеки, видимо давно не спал. Морщины уже изломили его лицо возле розовых губ, на лбу и в районе темных глаз. В черной бионической с золотым отливом руке хрупкий стеклянный бокал. Да и сам одет в дорогой костюм в той же тональности. С таким человеком — угловатым, принципиальным, несговорчивым самой Мурси легко было найти общий язык. Потому он и заменил ей никогда не существовавшего отца. И как сильно Шериф отличался от проводников рядом! В нём виделось больше силы, напора, чем в них. Но, значит, Шефе лично знает мастера Дуку. Может тоже в деле? Нет, в это верить не хотелось. Да и не спалился бы Шериф так глупо. Не в его это привычке.

Мурси увеличила Изврата до максимума, чтобы перед её глазами было четко видно лицо. Включила художественный редактор, намереваясь поиграть с внешними признаками и вызнать, что именно улучшил в себе этот канцлер косметическими процедурами. В словах Гидроса больше смысла, чем он, наверное, сам мог представить. Голубая кровь и их наследники. Не Императрица это придумала. Дети во все времена считались главной опорой своим родителям.

Даже у вакуйев так. Придется Ванно рассказать о хитровымудренном плане Христова и Гидроса. Без сомнения, Морган прав. Даже если их встреча была подстроена, то к последующим событиям канцлеры не имеют никакого отношения. Это всё же её выбор — не убивать вакуйя, её выбор — вылечить на своем корабле. А выбор Ванно состоял в том, чтобы дать клятву и телепаться с ней по закоулкам галактики, несмотря на уже давно выполненные обещания. Но получается, она настолько предсказуема? Настолько считываемая? И как разграничить, дальше она делает то, что считает нужным или то, что запрограммировал Христов? И только ли наставник предугадывает её шаги?

Вот для чего нужен храмовникам этот блок на возможность нанести упреждающий удар. Не для общей безопасности, как Мурси когда-то казалось. А для управления. Наставник повелевает Силой ученика. Но если ментальные оковы — слова, на которые капитан в свое время безотчетно реагировала, она преодолела терапией, то, что случится, если Инквизиция выставит на линию обороны, например, детей, котят, щенков? Они знают — невинных Мурси точно не убьет. Какой же из неё тогда противник и спаситель смертных? И почему-то стало нестерпимо интересно узнать, какие кодовые слова у Христова. Не будет же Изврат ему нашептывать — «Будь хорошим мальчиком, доверься мне». Такая картина казалась полным абсурдом! Христову уже за двести лет, какой он мальчик?

Мурси опять глянула на фото, отгоняя совсем уж несвоевременные мысли. Про наставника она подумает как-нибудь потом, когда время будет. А вот среди этих троих явно прослеживается общее сходство, но какое именно, Мурси не смогла уловить. Она увеличила фото Жовани и пририсовала ему такие же аккуратные усы, как у Изврата. Потом проделала тоже самое с Кавотом.

131
{"b":"779736","o":1}