Влад сдавленно хрюкнул.
— …А когда займёмся астероидами нам что, для каждого булыжника свою логию выдумывать? Тем более, что основа-то везде одна…
Люся также сосредоточенно изучает. На экране её планшета устройство оранжерей "Федерации" и она тоже что-то записывает в тетради.
И только Аскар и Света спят. Им нести первую вахту после отбоя.
Кабинет начальника Сводной оперативной группы по сопровождению Первой пионерской экспедиции, здание ГУ КГБ по вопросам космической безопасности, утро 15 июля
Начальник оперативной группы, Макар Макарыч Макаров, смотрел на пришедшие к нему бумаги с явной неприязнью. С одной стороны, это, конечно, его прокол, что сами не отработали этот источник при подготовке к экспедиции. С другой, то что сообщал этот Ковалёв — явный бред. С третьей — это всё-таки космос, а там всякое случается. К тому же по результатам первичной проверки, сам Ковалёв получается источником надёжным. Ну или, как минимум, может и в самом деле располагать какой полезной информацией. Так что, как ни крути, а этот сигнал надо отработать. Прикинув, кто из его подчинённых сейчас занят меньше всех, он снял трубку и вызвал:
— Козлевич! Зайди-ка ко мне!
Уже через пять минут означенный Козлевич стоял пред строгие очи начальства и получал наставления, как занять своё рабочее время на сегодня:
— Значит тут, один мужик принёс информацию по нашей теме. Дичь, конечно, лютая, но с другой стороны, сам мужик серьёзный, потомок одного из космонавтов, которые на нашей базе работали. Так что ты возьми его материалы, посмотри, вдруг там есть чего полезное для ребят. Если найдёшь — сразу докладывай. А потом съезди, покопайся по архивам. Вдруг там что-то есть? Тогда такой бардак везде творился, дивизии забывали, а уж о космической станции и подавно могли.
Кабина корабля Ла-20-ЛП, 16 июля, ближе к вечеру (по московскому времени)
Расстыковка с лунным орбитальным танкером прошла в штатном режиме и корабль с вновь заполненными внутренними баками (которые составляли чуть больше половины всего его объёма) начал сложный манёвр смены плоскости орбиты и выхода на траекторию снижения. Экипажу, вновь облачившемуся в скафандры, предстояла весьма напряжённая и бессонная ночь которая должна была закончиться посадкой в заданном районе, уже ранним утром следующего дня. И ранним лунным утром.
— А знаете, — сказал вдруг Аскар, — мы ведь одни из последних, кто летает вот так, на одном корабле с Земли на Луну!
— Ну скажешь тоже! — возразил Влад. — Пока то ещё этот танкер построят!
— Ребята, вы о чём? — удивилась Люся.
— А ты не слышала? — удивилась Света. — Сейчас у Земли строят такой же танкер, как вот этот.
— Не такой! — возмутился Аскар. — Настоящий космопорт! Лапоть будет летать только до космопорта. Там все будут пересаживаться на специальную баржу до Луны, а здесь снова пересаживаться на посадочный модуль.
— А смысл? — спросила Лена.
— Ну как же! Чтобы лететь от Земли к Луне не нужна ни термозащита, ни посадочные устройства, да и с аэродинамикой можно не заморачиваться. Значит и груза можно взять больше, вместо всего этого. С Земли до орбиты наоборот, не нужен плазменный двигатель, реактор, например. Вместо них можно взять больше груза. Ну и с посадкой на Луну тоже, как-то так.
— Будет совсем так, как на поезде в Крым поехать, — с некоторым разочарованием вздохнула Света.
— Но это правильно, — подал свой голос Джон. — Прогресс идёт. Сначала летали с Земли напрямую, сейчас мы заправляемся тут и поэтому полёт дешевле. А так, будет уже регулярное сообщение. Можно будет строить тут гостиницы.
— Вот, американец! Сразу же бизнес придумал! — подколол его Влад.
— Работа такая! — гордо расправил плечи Джон.
— Кстати, вы обратили внимание, здешний танкер тоже достраивают до космопорта, — обратил внимание товарищей Аскар.
Все прильнули к иллюминаторам, разглядывая торчащие в разные стороны от орбитального заправщика строительные конструкции.
Кратер Страбон, посадочная площадка в двухстах мерах от корпуса базы "Федерация", кабина корабля Ла-20-ЛП, 17 июля, 8 часов утра (по московскому времени)
Короткий четырёхчасовой сон освежил ребят и они были готовы к трудовым свершениям. Однако прежде всего предстояла разведка. И как ни ценно было в их условиях ракетное топливо, но разведку поручили ракетному летающему дрону. Вернее Лене, которая этим дроном мастерски управляла. Вместе с ней к экрану склонился Джон. Влад поглядывал на это тесное сотрудничество с едва осознаваемым недовольством, но молчал. Работа же!
Через некоторое время Джон откинулся в своём кресле:
— Ничего не понимаю! Никакой пробоины нет!
— Может метеорит ударил рядом? — предположил Влад.
— Не было никакого метеорита! — решительно заявила Лена. — Если бы он ударил так, как написано в отчётах, вот здесь, — она покрутила одну из панорам, сделанных дроном и показала место маркером, — был бы кратер метр — полтора в диаметре.
— И что это значит? — задала очевидный вопрос Люся.
— Кто-то где-то накосячил, — рассеянно бросил Влад и тут же обратился к Джону: — Связаться с базой можешь?
Тот какое-то время стучал по клавиатуре, после чего сообщил:
— База поддерживает внешний радиоканал, но чтобы подключиться мне нужны коды. Я могу попытаться взломать, но проще сделать это изнутри.
— Внутрь нельзя… — отрешённо сказала Света.
— Почему?
Вопрос настолько висел в воздухе, что трудно даже сказать, кто его задал. Главный микробиолог экспедиции столь же отрешённо пояснила:
— Там наверняка сохранилась атмосфера, а значит пятьдесят… почти шестьдесят лет там шла эволюция, по крайней мере бактерий. Кто знает какие там штаммы появились? А у нас к ним нет иммунитета. К тому же, здесь повышенная радиация. У нас хорошая защита, а тогда такой ещё не делали. Значит мутаций там выше крыши.
— Так что же делать? — снова вставила своё веское слово Люся. Слова про эволюцию легли на благодатную почву и ей очень хотелось пошарить по тамошней оранжерее. Увы, будучи сама из юннатов, она прекрасно понимала, насколько её подруга права.
Все повернулись к командиру и тот после секундного размышления принял решение:
— Начинаем работать по программе. Аскар, Люся, выгружаете и разворачиваете базовый лагерь. Джон, Света, подходите к базе, осмотритесь, попытайтесь заглянуть в окна. Лена, у тебя есть щупы с камерами, чтобы заглядывать в трещины, там, в полости?
— Да.
— Выдай один, чтоб им до окон не тянуться.
— Пусть сами берут, они в багажнике.
Сказав это, Лена сбросила Джону номер погрузочного места.
— Джон! Постарайся получить телеметрию, но так, чтобы не разгерметизировать базу.
— Yes!
— Тогда приступаем! Группы работающие на поверхности готовятся к выходу. Первыми идут Джон и Света, Аскар с Люсей вторые. Лена, сколько ещё в дроне топлива?
— Семьдесят процентов.
— Отлично! Тогда осмотрим реактор. Джон! На всякий случай к реактору не подходите.
— Yes!
Кратер Страбон, кабина корабля Ла-20-ЛП, 17 июля, 11 часов утра (по московскому времени)
Настало время очередного сеанса связи. Влад включил передатчик дальней космической связи и на экране появилась одна из аппаратных дальней космической связи в ЦУПе.
— Добрый день, Николай Николаевич! — поприветствовал он начальника экспедиции.
— Как у вас дела? — спросил Ник Никыч.
— Оборудование корабля работает штатно, начали работы по плану первого дня экспедиции. Но у нас есть важная информация. Относительно этой самой базы.
— Докладывай!
— Следов метеоритного удара на корпусе базы не обнаружено, признаков разгерметизации тоже. И вообще никаких внешних повреждений. По наблюдениям через окна, внутри сохранилась биосфера. Света считает, что входить внутрь базы нельзя, там могут быть болезнетворные бактерии, неизвестные штаммы. Джон считает, что база находится в состоянии стенд-бай, сейчас он пытается получить доступ к телеметрии.